…Ястребок, птица вещая!

 ОЛЬГА ХАПИЛОВА 

«…Пусть над Родиной моей зорким сторожем
Зависает ястребок, птица вещая!..»

Сиби­ряч­ка Оль­га Хапи­ло­ва ста­ла одним из поэ­ти­че­ских откры­тий Меж­ре­ги­о­наль­но­го семинара-совещания моло­дых писа­те­лей «Мы вырос­ли в Рос­сии». Объ­ём­ный «вкус­ный», само­быт­но коло­рит­ный язык, совер­шен­но непо­вто­ри­мая и слов­но бы чура­ю­ща­я­ся вся­кой выве­рен­но­сти рит­ми­ка сти­ха, кото­рая бли­же ско­рее к певу­чей сибир­ской речи, неже­ли к клас­си­че­ской мане­ре сти­хо­сло­же­ния.  Явно выра­жен­ная эпич­ность… Сто­ит при­ве­сти мне­ние одно­го из руко­во­ди­те­лей поэ­ти­че­ско­го мастер-класса, к кото­ро­му была на семи­на­ре при­пи­са­на Оль­га Хапи­ло­ва. Это извест­ный поэт из Ека­те­рин­бур­га Андрей Рас­тор­гу­ев. Его мне­ние одно­вре­мен­но ста­ло  реко­мен­да­ци­ей для Оль­ги Хапи­ло­вой в Союз писа­те­лей Рос­сии. Два дру­гих руко­во­ди­те­ля это­го же мастер-класса – Диа­на Кан и Денис Дома­рёв так­же осо­бо отме­ти­ли сти­хи Оль­ги Хапи­ло­вой и обе­ща­ли реко­мен­до­вать авто­ра в Союз писа­те­лей Рос­сии.

 Сло­во поэту Андрею Рас­тор­гу­е­ву (Ека­те­рин­бург):

«Сре­ди почти двух десят­ков под­бо­рок, кото­рые были пред­став­ле­ны на меж­ду­на­род­ный семинар-совещание моло­дых авто­ров «Мы роди­лись в Рос­сии», про­шед­ший 21–23 сен­тяб­ря в Орен­бург­ской обла­сти, сти­хи Оль­ги Хапи­ло­вой при­влек­ли мое вни­ма­ние сра­зу. Выде­ля­ясь на общем фоне, они явно сви­де­тель­ство­ва­ли, что автор не толь­ко боль­ше дру­гих «семи­на­ри­стов» познал нату­раль­ную жизнь, но и ощу­ща­ет свою орга­нич­ную связь с род­ной зем­лей и наро­дом.

Дело не толь­ко в пря­мых выска­зы­ва­ни­ях – напри­мер, о рус­ском Алтае, отку­да, как я узнал потом в раз­го­во­ре с авто­ром, вышел один из ее пра­де­дов: «…О мой туч­ный Алтай, слов­но пёст­рое ста­до коров! // Зазве­нит коло­коль­чик, маня­щий, зали­ви­стый, ран­ний — // И оста­нет­ся серд­це меж сёл в девя­но­сто дво­ров, // Уди­ви­тель­но рус­ских, про­стых и хоро­ших назва­ний…» И не толь­ко в сво­бод­ном и отнюдь не наро­чи­том обра­ще­нии с при­род­ным рус­ским сло­вом, как, напри­мер, в сти­хо­тво­ре­нии «Хле­бо­зо­ры»: «Ночь. Цика­ды зве­нят в тра­вя­ной кузне. // Обле­пи­ли стол­бы фона­рей сóв­ки. // Чёр­ной глы­бой вда­ли, гори­зонт сузив, // Выпи­ра­ют на юг из зем­ли соп­ки. //
В тём­ных пих­тах тре­вож­но кри­чат жёл­ны. // Разо­рвав в небе­сах полот­но в кло­чья, // Заго­рит­ся про­свет моло­дым жёл­тым, // Буд­то солн­це отту­да вста­ёт ночью…»

Сре­ди автор­ских нахо­док встре­ча­ет­ся и такой гово­ря­щий о вла­де­нии лите­ра­тур­ным мастер­ством при­ем, как неожи­дан­ное раз­ви­тие при­выч­но­го фра­зео­ло­гиз­ма: «Не тронь­те нас, мы люди от сохи, // От оча­га, мехов и нако­валь­ни…» И осво­ен­ные до спо­соб­но­сти само­сто­я­тель­но транс­фор­ми­ро­вать их еван­ге­ли­че­ские обра­зы и лек­си­ка: «…Там уста­лый апо­стол доста­нет из волн свой улов, // Сереб­ри­стые рыбы блес­нут одесную-ошую…» И отнюдь не огра­ни­чен­ный окрест­ны­ми гора­ми зем­ной мас­штаб поэ­ти­че­ско­го взгля­да: «Всё на месте пока: и Синай, и Афон, и Тибет – //
За века меж­ду гор ни одна не отправ­ле­на в море…»

Это соче­та­ние само­род­но­сти и осво­ен­ной куль­ту­ры под­твер­ди­лось и во вто­рой кни­ге сти­хов Оль­ги Хапи­ло­вой «Запо­вед­ное рус­ское сло­во», кото­рая вышла в 2017 году в Кеме­ро­ве. А опуб­ли­ко­ван­ный в ней автор­ский пере­вод «Сло­ва о пол­ку Иго­ре­ве», рабо­та над кото­рым заня­ла око­ло три­на­дца­ти лет, сви­де­тель­ству­ет о дер­зо­сти авто­ра брать­ся за гро­мад­ную рабо­ту, на кото­рую уже не отва­жи­ва­ют­ся дру­гие.

Как и мно­гим само­род­кам, это­му отнюдь не поме­ша­ет допол­ни­тель­ная огран­ка. Места­ми в той же кни­ге ска­зы­ва­ет­ся отсут­ствие редак­то­ра, кото­рый бы мог, напри­мер, посо­ве­то­вать еще поду­мать над загла­ви­ем. Ино­гда ощу­ща­ет­ся и есте­ствен­ная для уда­лен­но­го посел­ка нехват­ка про­фес­си­о­наль­но­го лите­ра­тур­но­го обще­ния. Досад­но и то, что сти­хи Оль­ги до сих пор не печа­та­лись за пре­де­ла­ми реги­о­на, хотя, на мой взгляд, вполне достой­ны более широ­кой извест­но­сти, под­твер­жден­ной авто­ри­те­том сто­лич­ных жур­на­лов.

Уве­рен, что вступ­ле­ние в Союз писа­те­лей Рос­сии помо­жет поэту окон­ча­тель­но обре­сти уве­рен­ность в сво­ем талан­те, ощу­тить себя частью про­фес­си­о­наль­но­го лите­ра­тур­но­го сооб­ще­ства и поста­вить перед собой новые твор­че­ские зада­чи. Рад воз­мож­но­сти реко­мен­до­вать кол­ле­гам при­нять Оль­гу Хапи­ло­ву в наш Союз писа­те­лей Рос­сии».

***

А когда все­рьёз сля­гу, обо­млев –
Жизнь нель­зя купить-выменять –
Пой­те надо мной, пой­те обо мне,
И от мое­го име­ни;

На любой  мотив, голо­сом любым –
Толь­ко бы сло­ва Божии,
Чтоб ненаст­ным днём све­том голу­бым
Небе­са на миг ожи­ли,

Чтоб кре­стом про­плыл бело­кры­лый стерх
Над моей зем­ной при­ста­нью,
Чтоб от пес­ни той устре­ми­лись вверх
Взо­ры, как один, при­сталь­но,

Чтоб блес­нул про­свет жёл­то­го жел­тей
Звёз­доч­кой Пути Млеч­но­го,
Что­бы ста­ла вдруг вера у людей
Твёр­же в тор­же­ство веч­но­го!

***

Вновь душа вос­па­ри­ла под свод голу­бо­го шат­ра,
Выше хвой­ных вер­шин, выше хрип­ло­го пти­чье­го грая -
Это кров­ная память во сне дого­ня­ет вет­ра,
Весе­ля­щие хлеб в белых нивах Алтай­ско­го края.

Всё по тем же доро­гам кива­ют вослед ковы­ли,
И тяжё­лое обла­ко веч­но клу­бит­ся в при­це­пе,
Где дав­ниш­ние пред­ки тону­ли в горя­чей пыли,
Намо­тав на запя­стья литые кан­даль­ные цепи.

О мой туч­ный Алтай, слов­но пёст­рое ста­до коров!
Зазве­нит коло­коль­чик, маня­щий, зали­ви­стый, ран­ний -
И оста­нет­ся серд­це меж сёл в девя­но­сто дво­ров,
Уди­ви­тель­но рус­ских, про­стых и хоро­ших назва­ний.

Мой далё­кий Алтай, мы поку­да с тобою на «Вы»,
Но ты вспом­нишь меня, ты узна­ешь, конеч­но, взгляни-ка!
И почу­дит­ся, буд­то, дыха­нье мед­вя­ной тра­вы,
И средь ночи подуш­ка пах­нёт моло­ком с зем­ля­ни­кой.

***

А когда на отчий край псы не лезли-то,
Не скры­ва­ло воро­ньё солн­ца ясно­го?!
Что ты ведал, милый друг, в жиз­ни, если ты
Не дер­жал ещё в руках птицу-ястреба?!

Не видал его полё­та былин­но­го,
Опе­ре­ния рябо­го, коль­чуж­но­го?!
Он стре­лой игра­ет, слов­но былин­кою,
Он чура­ет­ся спо­кой­ствия чуж­до­го!

Яст­реб спит и видит зорь­кой рас­свет­ною
Золо­чён­ную хоругвь, поле чистое,
И хра­нит теп­ло пле­ча Пере­све­то­ва
Сквозь сто­ле­тья его лапа ког­ти­стая!

Эх, былые вре­ме­на, невоз­врат­ные,
Про­мельк­ну­ли, слов­но сон, в Лету кану­ли!
Поки­да­ли греш­ный мир люди рат­ные,
Но пари­ли яст­ре­ба над кур­га­на­ми.

И сего­дня, погля­ди, шут­ки в сто­ро­ну –
Надви­га­ет­ся, гре­мит мгла зло­ве­щая.
Пусть над Роди­ной моей зор­ким сто­ро­жем
Зави­са­ет яст­ре­бок, пти­ца вещая!

***

А пом­нишь, бра­тиш­ка, мы виде­ли бел­ку? -
Всё было как буд­то на про­шлой неде­ле;
Снег сыпал за ворот, колю­чий и мел­кий,
Сорвав­ший­ся с лапы встре­во­жен­ной ели.

Пет­ля­ла лыж­ня в колее сне­го­хо­да,
Шеп­та­ли друг дру­гу с тобой без утай­ки:
Вот вырас­тем — тоже пой­дём на охо­ту
И купим соба­ку, конеч­но же, лай­ку;

А луч­ше упряж­ку задор­ных и прыт­ких.
Как явствен­ны в памя­ти зву­ки, ты слы­шишь? -
Отец воз­вра­щал­ся со скри­пом калит­ки
И ски­ды­вал мехом оби­тые лыжи;

Насви­сты­вал, кря­кал, сту­чал в рука­ви­цы.
За всех не руча­юсь, не знаю, а наша
Меч­та отда­ва­ла кед­ро­вой живи­цей
И сер­ни­стым запа­хом из патрон­та­ша.

А в зер­ка­ле лица нет-нет, да помя­ты,
Но столь­ко в них жиз­ни, души, инте­ре­са,
Что кажет­ся — в сущ­но­сти те же ребя­та
Гля­дят с при­ды­ха­ни­ем в сто­ро­ну леса.

***

Ночь. Цика­ды зве­нят в тра­вя­ной кузне.
Обле­пи­ли стол­бы фона­рей сов­ки.
Чёр­ной глы­бой вда­ли, гори­зонт сузив,
Выпи­ра­ют на юг из зем­ли соп­ки.

В тём­ных пих­тах тре­вож­но кри­чат жёл­ны.
Разо­рвав в небе­сах полот­но в кло­чья,
Заго­рит­ся про­свет моло­дым жёл­тым,
Буд­то солн­це отту­да вста­ёт ночью.

Оста­ёт­ся муд­рё­ным сло­вам верить:
Хле­бо­зо­ры парят обла­ков выше,
Буд­то кто-то на миг рас­пах­нул две­ри -
И алтай­скую рожь наяву вижу.

До неё, до роди­мой — в пыли вёр­сты;
Ястреб-птица и тот доле­тит ред­ко.
И, каким ни каза­лось сухим, чёрст­вым,
Откли­ка­ет­ся серд­це на зов пред­ков.

Слов­но в Ките­же, веч­ном свя­том гра­де,
Про­дол­жа­ет­ся жизнь там сво­им ходом;
И хотя их поки­нул ещё пра­дед,
Снит­ся, буд­то и я с этих мест родом.

***

Всё на месте пока: и Синай, и Афон, и Тибет –
За века меж­ду гор ни одна не отправ­ле­на в море.
О небес­ная сила, мол­ча­ние имя тебе!
Есть ли вера на све­те, увы мне, увы мне и горе?!

А, каза­лось, любую со све­ту дав­но бы сме­ли,
Но пло­ды нашей веры на ощупь не труд­но про­ве­рить -
Как лег­ко на миру пре­кло­нять­ся лицом до зем­ли
И как тяж­ко ноча­ми молить­ся при запер­той две­ри.

Пре­сло­ву­тую веру отку­да в душе наскре­сти,
Если горь­ким уко­ром до боли, забы­тое все­ми,
Мно­гим мень­ше сле­зин­ки, в сухой заско­руз­лой гор­сти
Зате­ря­лось в борозд­ках ладо­ни гор­чич­ное семя.

*** 

Где в бара­ки сбит лес ког­тя­ми скоб,
Где под номе­ром ссох­лось дерев­це,
Крест­ный ход идёт по Октябрь­ской,
В позо­ло­те риз ветер гре­ет­ся,
Тот, что зло сте­гал спи­ны пот­ные,
Пере­счи­ты­вал рёб­ра впа­лые;
А теперь, гля­ди, сып­лет под ноги
Пята­ки лист­вы медно-алые,
Чтоб осен­нее спря­тать меси­во.
Покро­пит водой свет­лый батюш­ка -
Со дво­ров рукой машут весе­ло,
Да и сам идёшь, улы­ба­ешь­ся.
Тихий свет кре­ста с полу­ме­ся­цем,
Новиз­ной горит образ смаль­то­вый;
А иным уже снится-грезится,
Как валя­ли нас по асфаль­ту бы;
Как в пре­крас­ный день да за озе­ром
Поки­да­ют нас в зем­лю тыща­ми,
Заров­ня­ют поле буль­до­зе­ром -
И кон­цов вовек не оты­ще­те.
К тем воро­тит­ся згой про­то­рен­ной,
Кто учить­ся впрок жиз­ни гре­бу­ет,
На кру­ги своя мать-история -
Спра­вед­ли­вость, знать, шиб­ко тре­бу­ет.
Упа­дут кро­вя струй­кой сплю­ну­той,
Надо­ест зем­ле их вына­ши­вать,
Под­на­ту­жит­ся  — и про­клю­нут­ся
Поко­ле­ни­ем луч­ше наше­го.

***

Пусть на сон­ном марш­ру­те осо­бых пред­вест­ни­ков нет,
Вре­ме­на пару­са­ми уны­ло повис­ли на реях –
Я меч­таю доплыть до чер­ты, за кото­рой рас­свет
Вспых­нет новым све­ти­лом, и тём­ное серд­це про­зре­ет.

Там уста­лый апо­стол доста­нет из волн свой улов,
Сереб­ри­стые рыбы блес­нут одесную-ошую;
Но тогда надо мною испол­нит­ся истин­ность слов,
И отвер­стое небо вовек ни о чём не спро­шу я.

Может про­сто к покою потя­нет­ся брен­ная плоть –
Хоть кого изве­дёт чере­да без­на­дёж­ных ски­та­ний,
Толь­ко вымолв­лю серд­цем: «Воис­ти­ну прав Ты, Гос­подь!»
И на веру при­му роко­вой пара­докс миро­зда­нья.

***

Ты зна­ешь, конеч­но, о том, что смер­тель­но устав­ший
И жут­ко боль­ной нико­гда не ста­но­вит­ся в позу…
Одна­жды, навер­но, я ста­ну муд­рее и стар­ше,
Наш спор без­рас­суд­ный закон­чит­ся в Божию поль­зу.

Не тем мы стра­да­ем по жиз­ни, не тем себя лечим…
В душе обна­жён­ной рас­пла­чет­ся Божья сирот­ка,
И с радост­ной болью при­знаю, что крыть уже нечем,
И руки по швам опу­щу утом­лён­но и крот­ко.

Вели­кое чудо — ещё улы­ба­ют­ся с неба,
В кото­рое, верю, смот­ре­ла все­гда без лукав­ства;
И хло­пья пуши­стые белого-белого сне­га
Падут на лицо моё самым желан­ным лекар­ством.


Хапи­ло­ва Оль­га Сер­ге­ев­на роди­лась 14 июля 1981 года в пгт. Темир-Тау Таш­та­голь­ско­го рай­о­на Кеме­ров­ской обла­сти. Закон­чи­ла Ново­куз­нец­кое меди­цин­ское учи­ли­ще по спе­ци­аль­но­сти «Лечеб­ное дело».
Пишет с 1996 года. Пуб­ли­ко­ва­лась в лите­ра­тур­ных жур­на­лах «Огни Куз­бас­са» (г. Кеме­ро­во), «Союз писа­те­лей» (г. Ново­куз­нецк);  аль­ма­на­хах «Ташта-Гол» (г.Таштагол), «Оза­ре­ние» (г.Новокузнецк), «Образ», «Коль­чу­гин­ская осень» (г. Ленинск-Кузнецкий); кол­лек­тив­ных сбор­ни­ках, на лите­ра­тур­ных пор­та­лах в интер­не­те. Автор сбор­ни­ков сти­хов «Моло­дое вино»,  2012 г. и «Запо­вед­ное рус­ское сло­во», 2017г.

Пер­вая пре­мия в номи­на­ции «Дебют» област­но­го лите­ра­тур­но­го кон­кур­са «Энер­гия твор­че­ства» в 2014 году. I место Тре­тье­го все­рос­сий­ско­го фести­ва­ля поэ­зии им. Алек­сея Бель­ма­со­ва в 2015 году. I место Област­но­го кон­кур­са сти­хов и про­зы «Новая кни­га»  в номи­на­ции «Поэт» в 2015 году. Живёт в пгт. Темир-Тау.  Рабо­та­ет фельдшером-лаборантом  участ­ко­вой боль­ни­цы.

Если вы нашли ошиб­ку, пожа­луй­ста, выде­ли­те фраг­мент тек­ста и нажми­те Ctrl+Enter.