Из сборника «Точка невозврата»

 ЛИДИЯ ИЗМАЛКИНА 

* * *

От оби­ды боль не такая, как от ножа,
Обжи­га­ет не сра­зу, но глуб­же, ярост­ней, злей,
И чем даль­ше, тем тяже­лей от нее дышать,
И почти невоз­мож­но забыть­ся, забыть о ней.

Но оско­лок осен­не­го неба скво­зит в гла­за,
Запах пер­во­го сне­га бин­ту­ет сквоз­ной ожог,
И нель­зя удер­жать эту боль, и про­стить нель­зя,
Мож­но толь­ко на душу руб­цом поло­жить урок.

Мож­но толь­ко гло­тать, как отра­ву, тоск­ли­вый вой
И сле­пы­ми гла­за­ми смот­реть сквозь заве­су век,
Как смы­ка­ет­ся небо, седея, над голо­вой,
И ложит­ся, ложит­ся, не тая, соле­ный снег.

* * *

…а ранит не изме­на, не уход.
Куда боль­ней та лег­кость и небреж­ность,
С кото­рой чело­век пере­шаг­нет
Все то, что вас объ­еди­ня­ло преж­де.
Все­го лишь миг. Все­го лишь взмах рес­ниц –
И целый мир в тру­ху одним дви­же­ньем,
И  сли­зы­ва­ет  пла­мя  со  стра­ниц
Судь­бу, что недо­стой­на про­дол­же­нья.
Вот эта лег­кость обо­жжет, как плеть,
Но пра­во жгу­чей боли непре­лож­но:
Лег­ко – сго­рать.
Невы­но­си­мо – тлеть.
Но не вос­стать из пеп­ла – невоз­мож­но.

* * *

Ты зна­ешь, этот вечер так хорош…
Сего­дня солн­це зака­ти­лось рано,
А ты сидишь и дол­го мол­ча пьешь
Деше­вую надеж­ду из ста­ка­на.
Она горит сквозь мут­ное стек­ло,
Она пья­нит, не обжи­гая душу…
За всех – за тех, кому все­гда вез­ло
На искрен­ность и пре­дан­ную друж­бу.
Кому еще откры­ты все пути
И по пле­чу пока любое дело.
…а снег – тяже­лый, мок­рый – все летит.
И пуст ста­кан.
Но жизнь не опу­сте­ла.
…ты зна­ешь, этот вечер так хорош…

* * *

Не рас­ска­зы­вай обо мне
Той, что будет с тобою после.
Я при­сни­лась тебе во сне
И угас­ла, как гас­нут звез­ды.
Не рас­ска­зы­вай ей про лед
Тем­ной стра­сти пре­вы­ше воли.
Та, влюб­лен­ная, не пой­мет
Нашей жгу­чей, холод­ной боли.
Отпу­сти меня и забудь  –
Тают сны на исхо­де ночи.
Был корот­ким счаст­ли­вый путь.
Горь­кий будет еще коро­че…
Не рас­ска­зы­вай той, живой,
Без­мя­теж­ной тво­ей подру­ге,
Как одна­жды, утра­тив все,
Мы иска­ли себя друг в дру­ге…

* * *

Гор­ча­щее в гор­ле имя
Ста­но­вит­ся новой пес­ней.
Сен­тябрь засти­ла­ет дымом
Холод­ное под­не­бе­сье.
А ветер листа­ет память,
Летят в нику­да стра­ни­цы…
Душа начи­на­ет пла­кать:
Она была пти­цей.

Из глаз выжи­га­ют сле­зы
Росой ледя­ной рас­све­ты.
Послед­ний листок бере­зы
Ложит­ся в ладонь моне­той.
Но золо­том лег­ким этим
От боли не отку­пить­ся…
И душу уно­сит ветер:
Она была пти­цей.

Закат­ный густой баг­ря­нец
Над убран­ны­ми поля­ми.
Душа начи­на­ет танец
С послед­ни­ми журав­ля­ми.
А ветер про­пал, как не был,
Ей не за что ухва­тить­ся…
И бьет­ся душа о небо:
Она была пти­цей.

…тан­цу­ет судь­ба сле­пая
По лез­вию белой вью­ги.
А снег на вис­ках не тает,
И сло­же­ны крылья-руки.
Незри­мое тяж­ко бре­мя –
Не сбыть­ся, не поза­быть­ся…
Душа вспо­ми­на­ет вре­мя,
Когда была пти­цей.

* * *

Небе­са померк­ли и осты­ли…
Я пой­ма­ла ветер за узду.
Выро­ни­ла в сумер­ки густые
Бубен­цом упав­шую звез­ду.
Теп­лый вечер пада­ет под ноги,
Теп­лый ветер тро­га­ет ладонь,
И уво­дят звезд­ные доро­ги
Сквозь закат­ный гас­ну­щий огонь.
Там, на кром­ке неба, гас­нут искры,
Лег­кий пепел опа­да­ет вниз.
…на листе судь­бы, как небо чистом,
Ветер пере­пи­сы­ва­ет жизнь.

Пол­но­стью сбор­ник Вы може­те про­чи­тать, ска­чав его в раз­де­ле «Наши кни­ги» или вот по этой ссыл­ке.


Лидия Евге­ньев­на Измал­ки­на (Леви­на) роди­лась в Тольят­ти, дет­ство про­ве­ла в селе Боль­шое Алпа­е­во Бугу­рус­лан­ско­го рай­о­на Орен­бург­ской обла­сти, шко­лу окон­чи­ла в селе Акса­ко­во, а педа­го­ги­че­ское учи­ли­ще — в Бугу­рус­лане. Учи­лась в Лите­ра­тур­ном инсти­ту­те име­ни А.М. Горь­ко­го в Москве. Её сти­хи печа­та­лись в рай­он­ной и област­ной орен­бург­ской пери­о­ди­ке, поэ­ти­че­ских сбор­ни­ках, анто­ло­гии «Веч­ный берег». Автор книг сти­хов «У края дождя» и «Мой малень­кий город».

Если вы нашли ошиб­ку, пожа­луй­ста, выде­ли­те фраг­мент тек­ста и нажми­те Ctrl+Enter.