Как песни долгие — века…

 ДИАНА КАН 

В горо­де Элек­тро­сталь про­шли Пер­вые Все­рос­сий­ские Чте­ния, посвя­щён­ные поэту Ана­то­лию Пере­д­ре­еву

СКОЛЬ мно­го легенд и мифов име­ет хож­де­ние в лите­ра­тур­ных кру­гах об Ана­то­лии Пере­д­ре­еве, столь же ред­ко писа­ли о нём лите­ра­тур­ные кри­ти­ки.

Ана­то­лий Кон­стан­ти­но­вич и при жиз­ни был цен­тром при­тя­же­ния людей, и спу­стя 30 лет после сво­ей смер­ти собрал писа­те­лей Рос­сии в уют­ном зале цен­траль­ной биб­лио­те­ки им.К.Паустовского горо­да Элек­тро­сталь.

Прав­да, зато писа­ли име­ни­тые, как на под­бор, кри­ти­ки – Вадим Кожи­нов, Вла­ди­мир Бон­да­рен­ко, Сер­гей Куня­ев…  Хотя и был при­пи­сан Ана­то­лий Пере­д­ре­ев к бли­ста­тель­ной поэ­ти­че­ской пле­я­де Вади­ма Кожи­но­ва, всё рав­но жил, да и умер,  как-то наосо­би­цу…

Вла­ди­мир Лесо­вой.

Впро­чем, такие поня­тия, как рож­де­ние и смерть, в при­ме­не­нии к поэтам, услов­ны. Поэт рож­да­ет­ся отнюдь не одно­вре­мен­но с тем, как его при­ни­ма­ет аку­шер­ка в род­до­ме. Поэт может родить­ся в любом воз­расте. И момент этот мисти­че­ский. Рож­де­нию поэта в обыч­ном чело­ве­ке  могут спо­соб­ство­вать как тра­ги­че­ские обсто­я­тель­ства, вызы­ва­ю­щие точ­ку лири­че­ско­го отсчё­та. Так и обы­ден­ные вро­де бы собы­тия, после кото­рых вдруг обыч­ный чело­век начи­на­ет писать сти­хи. Смерть поэта – тоже услов­на. Уми­рая физи­че­ски, поэты про­дол­жа­ют жить в сво­их сти­хах…

Вечер ско­ро нач­нет­ся…

Итак, нач­нём с того, что лич­но с Ана­то­ли­ем Пере­д­ре­евым я не была зна­ко­ма. Пото­му  при­гла­ше­ние на Пер­вые Пере­д­ре­ев­ские Чте­ния, что я полу­чи­ла от мос­ков­ско­го поэта, лау­ре­а­та лите­ра­тур­ной пре­мии им. Чехо­ва, обла­да­те­ля Гран-при Мос­ков­ско­го фести­ва­ля искусств «Вдох­но­ве­ние» и Золо­той Есе­нин­ской меда­ли, и  проч. и проч… В общем при­гла­ше­ние от Вла­ди­ми­ра Лесо­во­го, изда­те­ля посмерт­ной кни­ги избран­ных сти­хов Пере­д­ре­ева «Роди­на внут­ри нас», ста­ло для меня неожи­дан­но­стью… и пово­дом пере­чи­тать пере­д­ре­ев­ские сти­хи. А уж легенд и мифов о Пере­д­ре­еве я слы­ша­ла столь­ко, сколь­ко не слы­ша­ла, навер­ное, ни про одно­го поэта его поко­ле­ния. Да он и сам был  – муж­чи­на из мифа. Кра­си­вый стат­ный чуба­тый Стень­ка Разин. А уж учи­ты­вая у него нали­чие  «пер­сид­ской княж­ны» и «шема­хан­ской цари­цы» одно­вре­мен­но – жены-чеченки Шемы, тем более вызы­ва­ло инте­рес. Мало кто зна­ет, что этот семей­ный союз дал жизнь одной из кра­си­вей­ших жен­щин Рос­сии: дочь Пере­д­ре­ева и Шемы была вице-мисс одно­го из пер­вых все­рос­сий­ских кон­кур­сов кра­со­ты!

После меро­при­я­тия.

Пере­д­ре­ев в моём вос­при­я­тии  – поэт, напрочь раз­ру­ша­ю­щий рам­ки и сте­рео­ти­пы, в кото­рые  обыч­но окру­жа­ю­щие ста­ра­ют­ся вогнать любо­го чело­ве­ка. С Пере­д­ре­евым это, что гово­рит­ся, не про­ка­тит, несмот­ря на всю про­ник­но­вен­но тра­ди­ци­он­ную уко­ре­нён­ность его сти­хов в рус­ской поч­ве. Ана­то­лий Кон­стан­ти­но­вич и после смер­ти не при­ем­лет чужих сце­на­ри­ев. Знав­шая Пере­д­ре­ева лич­но и дру­жив­шая с его женой  поэтес­са из Элек­тро­ста­ли Нина Кра­сов­ская, руко­во­ди­тель лите­ра­тур­ной гости­ной име­ни Ана­то­лия Пере­д­ре­ева, при­ят­но удив­ля­ет­ся тому, что Пер­вые Пере­д­ре­ев­ские Чте­ния не толь­ко состо­я­лись, но и более-менее уло­жи­лись в сце­на­рий устро­и­те­лей (адми­ни­стра­ция горо­да Элек­тро­сталь).

Диа­на Кан у фото­порт­ре­та Пере­д­ре­ева.

Ведь на памя­ти Нины Кра­сов­ской 1987 год, год гибе­ли Пере­д­ре­ева, когда в Элек­тро­ста­ли, где поэт про­жил пять лет до сво­е­го отъ­ез­да в Моск­ву, реши­ли устро­ить Вечер его памя­ти. Кра­сов­ская была в чис­ле ини­ци­а­то­ров про­ве­де­ния вече­ра. И вдруг ей нака­нуне меро­при­я­тия зво­нят мос­ков­ские кол­ле­ги и сооб­ща­ют «при­ят­ную новость», что в Элек­тро­сталь едет Обще­ство «Память» чуть ли не в пол­ном соста­ве. Было в те пере­стро­еч­ные годы такое обще­ство с весь­ма  неод­но­знач­ной репу­та­ци­ей. Вро­де за рус­ское раде­ли, но как-то это  раде­ние про­тив рус­ских же и обо­ра­чи­ва­лось, при­да­вая дви­же­нию спе­ци­фи­ку некой мар­ги­наль­но исте­ри­че­ской оди­оз­но­сти. В гла­зах вла­сти Обще­ство «Память» име­ло нега­тив­ный отте­нок, чьё появ­ле­ние гро­зи­ло вылить­ся в скан­дал. И ВЕЧЕР ПАМЯТИ (каким его и поже­ла­ло сде­лать обще­ство «Память», пере­фор­ма­ти­ро­вав из вече­ра поэ­зии), был в сроч­ном поряд­ке отме­нен. Так вечер рус­ско­го поэта был фак­ти­че­ски сорван обще­ством, раде­ю­щим за рус­скость. Пара­докс или про­во­ка­ция, вда­вать­ся за дав­но­стью трид­ца­ти минув­ших лет не будем.

Высту­па­ет Сер­гей Куня­ев.

Ана­то­лий Пере­д­ре­ев и при жиз­ни рушил  сте­рео­ти­пы, и после смер­ти пред­по­чи­тал свой соб­ствен­ный сце­на­рий. Кста­ти, я тако­му каче­ству Пере­д­ре­ева ничуть не удив­ля­юсь, памя­туя, что он урож­дён­ный вол­жа­нин зем­ли сара­тов­ской.

И вот плы­ву её раз­до­льем,
Уста­лый взрос­лый чело­век,
Зем­ных дорог хлеб­нув­ший вдо­воль,
Узнав­ший нрав морей и рек.
И паро­ход, видав­ший виды,
Взры­вая хрип­лые гуд­ки,
Везет меня туда, где сли­ты
И синь небес, и синь реки…
А на кор­ме, где песен празд­ник,
Вол­ну­ет душу мне до слёз –
Объ­ятый думой Стень­ка Разин
И в диком мху седой утес…
Плы­вет раз­до­лье песен дол­гих,
Где Вол­га – Матуш­ка – река
И слы­шу я, шумят над Вол­гой,
Как пес­ни дол­гие, века…

Дав­но заме­че­но, что поэты, так или ина­че, био­гра­фи­че­ски или гео­гра­фи­че­ски, «повя­зан­ные» с Вол­гой, в душе Стень­ки Рази­ны уда­лые. Знаю это точ­но, пото­му что сама такая, несмот­ря на то, что жен­щи­на! А уж Ана­то­лий Кон­стан­ти­но­вич, деся­ти­ле­ти­я­ми жив­ший к тому же на Кав­ка­зе и поне­во­ле про­ник­ший­ся гор­де­ли­вым гор­ским мен­та­ли­те­том, и подав­но был такой. Уди­ви­тель­но дру­гое – соче­та­ние этой непред­ска­зу­е­мо­сти в жиз­ни и тро­га­тель­ной про­ник­но­вен­но­сти в твор­че­стве:

В этом доме дума­ют, гада­ют
Обо мне мои отец и мать…
В этом доме ждёт меня года­ми
При­бран­ная, чистая кро­вать.
В чёр­ных рам­ках -
Бра­тьев стар­ших лица
На белё­ных гли­ня­ных сте­нах…
Не скри­пят, не гнут­ся поло­ви­цы,
Навсе­гда забыв об их шагах…
Стар отец, и мать совсем седая…
Глох­нут дни под низ­ким потол­ком…
Год за годом тихо осе­да­ет
Под дождя­ми мой саман­ный дом.
Под весен­ним — про­лив­ным и частым,
Под осен­ним — мед­лен­ным дождём…
Поче­му же всё-таки я счаст­лив
Вся­кий раз, как думаю о нём?!
Что ещё не все иссяк­ли силы,
Не погас­ли два его окна,
И вста­ёт дымок над кры­шей синий,
И живёт над кры­шею луна!

Ана­то­лий Кон­стан­ти­но­вич и при жиз­ни был цен­тром при­тя­же­ния людей, и спу­стя 30 лет после сво­ей смер­ти собрал писа­те­лей Рос­сии в уют­ном зале цен­траль­ной биб­лио­те­ки им.К.Паустовского горо­да Элек­тро­сталь. Боль­шая деле­га­ция писа­те­лей и культ­ра­бот­ни­ков из Сара­то­ва, с малой роди­ны Пере­д­ре­ева, при­су­ство­ва­ла с подар­ка­ми. А ещё так слав­но было встре­тить­ся с выда­ю­щим­ся кри­ти­ком Сер­ге­ем Куня­е­вым, мос­ков­ски­ми поэта­ми Гри­го­ри­ем Калюж­ным, Вла­ди­ми­ром Лесо­вым, Кари­ной Сей­да­ме­то­вой и мно­ги­ми дру­ги­ми, кто при­е­хал ска­зать своё сло­во о Пере­д­ре­еве. Вот этим сло­вом поэта о поэте, напи­сав­шим­ся вне­зап­но для меня самой в вагоне поез­да на обрат­ной доро­ге, я и хочу закон­чить:

Поэту АНАТОЛИЮ ПЕРЕДРЕЕВУ

Пере­ез­ды. Пере­го­ны.
Пере­су­ды. Пере­д­ре­ев…
Кто такой? Поэт в законе,
Чьи сти­хи в моро­зы гре­ют.
Толь­ко ты пред­по­чи­та­ешь,
Мой попут­чик, греть­ся вод­кой.
Толь­ку вряд ли ты чита­ешь.
Толь­ка был поэт не крот­кий.
Впро­чем, он тебя бы вряд ли
Осу­дил – был сам не про­мах
Горечь намах­нуть до кап­ли
Средь зна­ком­цев незна­ко­мых.
Дух око­лиц и окра­ин
Ове­ва­ет наши лица…
Не тос­кою стран­ствий ранен,
Едет мой сосед в сто­ли­цы.
Не счи­тая кило­мет­ры,
В Урен­гой из Орен­бур­га
Едет он по белу све­ту…
Гово­рит, с день­га­ми туго.
Выжи­ва­ем, выжи­ва­ем,
Но не из ума, наде­юсь,
Хоть сти­хи вос­при­ни­ма­ем,
Как неслы­хан­ную ересь.
Пахарь и поэт-изгнанник…
Перед небом все еди­ны.
Что ж ты наши души ранишь,
Ана­то­лий Кон­стан­ти­ныч?
Душ люд­ских путе­во­ди­тель,
Как поло­же­но поэту,
Носит в серд­це (не хоти­те ль?)
Ере­ти­че­скую мету.
Пере­ме­ны. Пере­дря­ги…
Но серд­ца сти­ха­ми гре­ет
Вдох­но­вен­ный рабо­тя­га
Ана­то­лий Пере­д­ре­ев.

Как бы хоте­лось, что­бы в горо­де Элек­тро­сталь появи­лась не про­сто памят­ная дос­ка, но – памят­ник поэту Ана­то­лию Пере­д­ре­еву.

Оренбург-Электросталь-Оренбург


Диана Кан

КАН Диа­на Ели­се­ев­на – поэт, член Сою­за Писа­те­лей Рос­сии. Окон­чи­ла МГУ и ВЛК Мос­ков­ско­го Лит­ин­сти­ту­та. Автор книг: «Висо­кос­ная вес­на», «Под­дан­ная рус­ских захо­лу­стий», «Сог­ди­а­на», «Поку­да гово­рю я о люб­ви», «Обре­чён­ные на сла­ву». Лау­ре­ат мно­го­чис­лен­ных лите­ра­тур­ных пре­мий, в т.ч. Орен­бург­ской пре­мии им. В. Прав­ду­хи­на. (Гости­ный двор). Диа­на Кан роди­лась  в Узбе­ки­стане, в горо­де Тер­мез, с юно­сти мно­го лет жила в Орен­бур­ге, зани­ма­лась жур­на­ли­сти­кой, после жила в Москве, в Сама­ре, где рабо­та­ла руко­во­ди­те­лем лите­ра­тур­но­го объ­еди­не­ния «Отчий дом», сей­час ведет заня­тия лит­объ­еди­не­ния при Орен­бург­ском Доме лите­ра­то­ров.

 

Если вы нашли ошиб­ку, пожа­луй­ста, выде­ли­те фраг­мент тек­ста и нажми­те Ctrl+Enter.