Новогодние каникулы в Дивногорье

 Юрий Полуэктов 

То ли затя­нув­ше­е­ся пред­зи­мье, то ли зима — при­шла, но по пути в Орен­бург изве­ла, рас­тра­ти­ла все снеж­ные заря­ды. Белый пух едва при­крыл зем­лю, затем его поби­ла, при­мя­ла дожд­ли­вая отте­пель. А потом вста­ла пого­да ска­зоч­ная – новогодне-солнечная, по-рождественски радост­ная. Искрят­ся, сле­пят рябо­ва­тые зер­каль­ца ледя­ной кор­ки, засты­ли на январ­ском мороз­це заин­де­ве­лые стеб­ли степ­ных зла­ков.

ЕСЛИ доро­ги не испор­че­ны пере­мё­та­ми, овра­ги не засы­па­ны ковар­ны­ми сугро­ба­ми, раз­ве уси­дишь у теле­ви­зо­ра, где одни и те же лица и люби­мые кино­филь­мы, кото­рые уже сами кажут­ся уста­лы­ми от чрез­мер­но­го упо­треб­ле­ния?.. Куда же подать­ся на длин­ные зим­ние выход­ные? Если хоти­те, куда угод­но, доста­точ­но выехать из горо­да, ланд­шаф­ты у нас заме­ча­тель­ные, не лени­тесь смот­реть и видеть!

Хре­бет Кара­му­рун, дру­гое его полу­офи­ци­аль­ное, рож­дён­ное в нед­рах турин­ду­стрии, наиме­но­ва­ние — Извест­ня­ко­вое Див­но­го­рье, это пере­до­вые отро­ги Ураль­ских гор, пере­се­ка­ю­щие нашу область с севе­ра на юг. Гор­ные гря­ды и отдель­ные соп­ки рас­тя­ну­лись от баш­кир­ско­го села Исян­гу­ло­во по Сарак­таш­ско­му рай­о­ну мимо села Андре­ев­ка на Кан­ду­ров­ку, что на Сак­ма­ре, по Беля­ев­ско­му рай­о­ну на Дон­ское, сто­я­щее уже на Ура­ле, далее, заце­пив кра­е­шек Куван­дык­ско­го рай­о­на, ушли в Казах­стан. Гря­да  — это изящ­но смя­тые (сло­во­со­че­та­ние пара­док­саль­ное, но точ­ное) в склад­ки извест­ня­ки перм­ско­го гео­ло­ги­че­ско­го пери­о­да палео­зой­ской эры. Воз­раст при­лич­ный – боль­ше двух­сот пяти­де­ся­ти мил­ли­о­нов лет.

Яман­ское уще­лье.

Ново­год­ний неза­мёрз­ший Киль­кан.

При­по­ро­шён­ный хре­бет Кара­му­рун.

Свято-Андреевский муж­ской мона­стырь.

Андре­ев­ский свя­той источ­ник.

Вид на доли­ну реки Уса­лык от свя­то­го источ­ни­ка.

Андре­ев­ские шиш­ки. Гора Длин­ная и гора Круг­лая.

Все пере­чис­лен­ные обсто­я­тель­ства явно бла­го­при­ят­ство­ва­ли тому, что­бы прыг­нул я в маши­ну и помчал­ся любо­вать­ся почтен­ной орен­бург­ской ста­ри­ной. Зим­ние дни корот­кие, при­шлось ездить два дня, зато и удо­воль­ствия – тоже вдвое.

Начал с Яман­ско­го уще­лья, рас­по­ло­жен­но­го меж­ду сёла­ми Новоага­фа­ро­во и Кан­ду­ров­ка. Твор­цом уще­лья явля­ет­ся одно­имён­ный ручей. Вто­рое его, тоже доста­точ­но рас­про­стра­нён­ное, назва­ние – Киль­кан. Дав­но хоте­лось здесь побы­вать, да в тёп­лое вре­мя года как-то не полу­ча­лось. Выбрал­ся толь­ко теперь. Что ж, зим­ние пей­за­жи по-своему при­вле­ка­тель­ны. Ручей бод­ро бежал меж­ду ряда­ми тём­ных мно­го­лет­них ство­лов чёр­ной оль­хи, с кро­на­ми, обиль­но укра­шен­ны­ми хло­пья­ми тёмно-серых одре­вес­нев­ших сопло­дий. Как буд­то зима и не насту­пи­ла. Выше, места­ми более или менее поло­ги­ми, ручей пря­тал­ся под сне­гом, соблаз­няя пере­брать­ся на про­ти­во­по­лож­ный берег, но вско­ре сно­ва являл­ся взгля­ду, лука­во выгля­ды­вая из про­мо­ин: «Как я тебя? Почти обма­нул».

Над излу­чи­ной из гущи оль­хов­ни­ка взле­те­ли две круп­ные пти­цы. Мне пока­за­лось, что один из них селе­зень. Воз­мож­но ли это? Если толь­ко ручей неза­мер­за­ю­щий. По бере­гу тяну­лась цепоч­ка сле­дов доволь­но круп­но­го живот­но­го, вни­зу, к про­мо­ине, нари­со­вал свои сле­ды заяц. Я от души фото­гра­фи­ро­вал и, про­ха­жи­ва­ясь по рус­лу, и, под­няв­шись на высо­кий белый лоб одной из вер­шин хреб­та, любо­вал­ся казав­шей­ся свер­ху не такой и высо­кой, немно­го печаль­ной оль­хой, наспех загрун­то­ван­ны­ми белым ува­ла­ми Кара­му­ру­на, кро­шеч­ны­ми фигур­ка­ми сво­их спут­ни­ков.

Потом про­ехал до Кан­ду­ров­ки, где хре­бет нена­дол­го пре­рвал своё при­вле­ка­тель­ное шествие, что­бы про­пу­стить авто­стра­ду и желез­ную доро­гу  на Орск. Стро­го гово­ря, за все эти транс­порт­ные удоб­ства нуж­но бла­го­да­рить реку Сак­ма­ру. Вода камень, как гово­рит­ся, точит. Закан­чи­ва­ет­ся пред­сак­мар­ская часть хреб­та Нос-горой. Ланд­шафт­ный памят­ник Орен­бур­жья. При­ме­ча­те­лен про­из­рас­та­ни­ем мно­гих рас­те­ний, зане­сён­ных в Крас­ную кни­гу. Мы попро­бо­ва­ли опре­де­лить чей нос под­ра­зу­ме­ва­ет­ся в назва­нии горы и при­шли к выво­ду, что нос ничей, точ­нее, нос само­го хреб­та. Как у моря­ков мыс: Свя­той Нос, Канин Нос, Морьин Нос и т. д.

Через день я сно­ва был в пути, и меня ждал тот же Кара­му­рун, толь­ко на этот раз окрест­но­сти села Андре­ев­ка. Село эффект­но откры­лось со взгор­ка на фоне двух гор­ных вер­шин. Все­го таких вер­шин пять, и они име­ют общее назва­ние Андре­ев­ские шиш­ки. Две север­ные (Длин­ная и Круг­лая, вто­рое её назва­ние Сер­ге­ев­ская) отде­ле­ны от трёх южных (Боль­шая или Часов­ная, Про­валь­ная, Марьев­ская) доли­ной реки Уска­лык. На пра­вой окра­ине села выде­ля­лась пяти­гла­вая цер­ковь с коло­коль­ней Свято-Андреевского муж­ско­го мона­сты­ря.

В 1901 году на этом месте куп­цом М. А. Чисто­зво­но­вым был воз­ве­дён храм Архи­стра­ти­га Божия Миха­и­ла. Кро­ме того были постро­е­ны две часов­ни, дом свя­щен­ни­ка и цер­ков­но­при­ход­ская шко­ла. Поз­же на вер­шине горы за хра­мом была устро­е­на ещё одна часов­ня во имя Свя­то­го Нико­лая. Во вре­ме­на боль­ше­вист­ско­го бого­бор­че­ства свя­щен­ни­ка и дья­ко­на рас­стре­ля­ли, храм разо­ри­ли и пре­вра­ти­ли в зер­но­хра­ни­ли­ще, часов­ню Свя­то­го Нико­лая раз­ру­ши­ли до фун­да­мен­та.

В прис­но­па­мят­ные девя­но­стые сель­ская адми­ни­стра­ция реши­ла разо­брать на кир­пи­чи и про­дать остат­ки цер­ков­ных стро­е­ний. Бла­го­да­ря вме­ша­тель­ству про­то­и­е­рея Нико­лая Стрем­ско­го эта дея­тель­ность была пре­кра­ще­на. Впо­след­ствии  цер­ковь пере­да­ли Свято-Андреевскому муж­ско­му мона­сты­рю.

На обрат­ной сто­роне самой высо­кой горы Часов­ной, доволь­но высо­ко от подош­вы, бьёт род­ник, кото­рый обло­жен при­род­ным кам­нем, освя­щён. Над Андре­ев­ским свя­тым источ­ни­ком уста­нов­ле­на ико­на свя­ти­те­ля Нико­лая Чудо­твор­ца.

Вид от род­ни­ка на доли­ну реки Уса­лык строг и одно­вре­мен­но живо­пи­сен. Река раз­ре­за­ла не толь­ко Андре­ев­ские шиш­ки на две нерав­ные доли, но и про­пи­ли­ла весь хре­бет. Густая щёт­ка ого­лён­ных вет­вей при­бреж­ных дере­вьев изви­ли­стой цепоч­кой сбе­га­ет из сосед­не­го Баш­кор­то­ста­на. Сле­ва узкие кули­сы из дере­вьев и кустар­ни­ков, встав­шие по рус­лу реч­ки обра­ми­ли неболь­шую полянку-сцену. Кру­то­бо­кие гор­ные шиш­ки Длин­ная и Круг­лая пред­ста­ли изящ­ной сце­ни­че­ской деко­ра­ци­ей. На белой, отли­ва­ю­щей сине­вой, пло­щад­ке смут­но зеле­не­ли зим­ней корой застыв­шие в тан­це­валь­ном па оди­но­кие топо­ли.

При­ез­жал я нака­нуне Рож­де­ства, и наряд­ный вид оби­те­ли, кра­си­вое при­род­ное окру­же­ние при­умно­жа­ли празд­нич­ное настро­е­ние. Неча­сто наши пра­во­слав­ные хра­мы рас­по­ла­га­ют­ся в столь выра­зи­тель­ных местах. В этом отно­ше­нии пока­за­те­лен при­мер Гре­ции. Там тра­ди­ция стро­и­тель­ства хра­мов на фоне пора­жа­ю­щих взгляд ланд­шаф­тов ухо­дит в дохри­сти­ан­ские вре­ме­на, и сей­час, посе­щая древ­ние раз­ва­ли­ны или совре­мен­ные гре­че­ские мона­сты­ри, пора­жа­ешь­ся вели­ко­ле­пию выбран­ной для стро­и­тель­ства мест­но­сти.

Бла­го­ле­пию хра­мо­вых тер­ри­то­рий в нема­лой сте­пе­ни спо­соб­ству­ет пра­виль­но выпол­нен­ное озе­ле­не­ние. При­ме­ча­те­лен в этом отно­ше­нии муж­ской Свято-Успенский Псково-Печерский мона­стырь, озе­ле­нён­ный с любо­вью и изя­ще­ством. Меня пора­зи­ло искус­ное исполь­зо­ва­ние совре­мен­ных хвой­ных куль­ти­ва­ров, бла­го­да­ря чему и в зим­нее вре­мя, когда я там ока­зал­ся, хра­мо­вый ком­плекс выгля­дел вели­ко­леп­но. Со сво­им уста­вом в чужой мона­стырь не ходят, но, как буд­то само оно про­сит­ся, что­бы есте­ствен­ные ланд­шафт­ные и архи­тек­тур­ные осо­бен­но­сти хра­ма в Андре­ев­ке были при­умно­же­ны хоро­ши­ми озе­ле­ни­тель­ны­ми рабо­та­ми. Несколь­ко берёз и кустар­ни­ков, сего­дня рас­ту­щих у фаса­да не в счёт.


Юрий Лео­ни­до­вич Полу­эк­тов родил­ся в Дро­го­бы­че (Укра­и­на) в семье воен­но­го. Через три года семья пере­еха­ла в Орен­бург, где Юрий  позд­нее учил­ся в шко­ле №55. Окон­чил Ленин­град­ский элек­тро­тех­ни­че­ский инсти­тут. Рабо­тал в КБ «Ори­он», зани­мал­ся испы­та­ни­я­ми кры­ла­тых ракет. Увле­ка­ет­ся садо­вод­ством и фото­гра­фи­ро­ва­ни­ем живой при­ро­ды. Живёт в Орен­бур­ге, явля­ет­ся чле­ном област­но­го лит­объ­еди­не­ния име­ни С.Т. Акса­ко­ва при Орен­бург­ском Доме лите­ра­то­ров. 

Если вы нашли ошиб­ку, пожа­луй­ста, выде­ли­те фраг­мент тек­ста и нажми­те Ctrl+Enter.

Один комментарий к “Новогодние каникулы в Дивногорье”

  1. Храм у под­но­жья горы очень впе­чат­ля­ет даже сре­ди впе­чат­ля­ю­щих кра­сот. Юрий Лео­ни­до­вич про­сто моло­дец! Поболь­ше бы таких подвиж­ни­ков род­но­го сло­ва и род­ной при­ро­ды!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Вы робот? *