Несколько слов о молодых поэтах Оренбурга

 ПОРТАЛ «ЗАРУБЕЖНЫЕ ЗАДВОРКИ», ГЕРМАНИЯ 

 «Валерий Яковлевич Брюсов успевал прочесть буквально все книги стихов. При этом, если на столе лежала книга известного поэта и начинающего, то Брюсов всегда разрезал и читал сначала молодого.       

– Все, что я могу найти у Блока и Сологуба, я уже знаю. Ну, несколько лучше или несколько хуже. А тут может быть что‐нибудь замечательное». 
 (Вадим Шершеневич, «Брюсов глазами современника»).

И верно, и правильно. Стихотворные строки молодых поэтов, а именно о них наш отзыв, начинаешь читать прежде всего с надеждой. Надеждой на свежее видение только еще открываемого мира, с надеждой на новое понимание всего в нем, этом мире, сущего. И, конечно, любопытно, что считают Гармонией «новые» стихотворцы, не пресекается ли преемственность поколений в многотрудном деле служения этой капризной богине.

«Здравствуй племя младое, незнакомое!» – уместно было бы сказать вслед за Пушкиным. Но, читая стихотворные опыты молодых поэтов Оренбурга, не приходится делать чрезмерных умственных усилий, чтобы понять и образный ряд стихотворца и ход его мыслей. Молодая поэзия растет на той же культурной почве, что и «маститая», питается теми же токами общей культурной традиции. Культурного шока пережить не удалось.

Случилось это как раз в тот момент, когда я «листала» в интернете «страницы» толстых журналов, их поэтические подборки. «И скучно и грустно, и некому руку подать.…» Странная картина современной поэзии пишется редакторами наших уважаемых журналов. Стихи – частью беспомощные, частью – малограмотные. Словом – грустно.

И вдруг – Оренбург, Лито, Дмитрий Ким, Валерия Бескостая (Диана Арта), Максим Кольцов, Марина Сухарева – молодые, двадцатилетние.

Недавно прочитанная статья Шершеневича о Брюсове живо пришла в голову, после того, как я познакомилась с творчеством молодых оренбургских поэтов. Спасибо нашему автору Виталию Молчанову, прислал, познакомил… Первое впечатление – у молодых поэтов есть и воображение и хороший русский язык, образный ряд без «общих мест» и «заезженных» метафор. Следить за развитием стиха интересно. А то обстоятельство, что ни глаз, ни ухо (я всегда читаю стихотворение вслух) почти нигде не улавливает ритмических сбоев, произведение «выпивается» одним глотком.

Дмитрий Ким назвал свой последний сборник стихов «Транслитерация» 

«Транслитерация — передача одной письменности средствами другой письменности», – читаем мы в толковом словаре.

Папа не будет дзен — он слишком вложился в сына,
А сын хочет мешать краски и ночью писать картины.
Мама выбила место менеджера в корпорации X,
А дочь закрылась от мира ушами, сводит в Cubase‘е ремикс.
Прадед хотел стать священником, а стал частью истории,
Дед мечтал о почтовой службе, но влюбился в море,
Отец отрёкся от сопромата и стал торговать рыбой,
А сыну 35 лет. Он давно забил на свой выбор.
У него шаманка‐жена и дочка с папиными глазами,
Два кредита, золотые запонки, гастрит и удалённая работа в Казани.
И дочка гуляет одна, она растет хулиганкой,
Воюет с маминым красным бисером и папиным калифорнийским фанком. 

Цивилизация, имевшая письменность, никогда не исчезнет окончательно – научный факт. «Письменность» современной молодежи – вербальная, в приведенном стихотворении – ритм рэпа. Мне, человеку другого поколения, этот ритм кажется заклинанием, почти ритуальным камланием. Его монотоннность компенсируется, однако, смысловой нагрузкой. В приведенном стихотворении Кима вербальная «письменность» ритма органично сочетается с «письменностью» смысловой, не заменяя, а дополняя друг друга. В этом стихотворении, по сути, извечный конфликт поколений, изложенный в гармоничной пэтической форме, даже если эта форма называется «рэп».

молодому поэту Диане Арте (Валерии Бескостой) — 20 лет

Сложность ее самоиндентификации оправдана, наверное, прежде всего возрастом. И ее псевдоним, означающий «божественное знание» вовсе не так уж чрезмерен, как может показаться на первый взгляд. Автор действительно демонстрирует, например, умение литературно отразить мир своих переживаний, привлекая в свидетели своей внутренней жизни вещный мир. Старый дом (стихотворение «Дом») становится существом, давшим душе героини, ищущей понимания, чувство защищенности и сопереживания.

Он, мудрый, знал, что я ищу не сожаленья.
Он видел выжженные рвы в низинах глаз.
И, взяв меня на шаткие колени
Дощатого крыльца, он целый пласт
Разрыл в глубинных залежах рыданий. 

Пока еще многое в поэзии Арты требует выверенности и чувства меры, но это неизбежно приходит к человеку, обладающему литературным вкусом. Все предпосылки для этого у молодой поэтессы уже есть.

стихотворение Максима Кольцова «Тишина»

Тишина живет по углам,
Как какое‐то злое лихо.
У других по углам – хлам,
У меня по углам – тихо.
У других – то сверчок живой,
То паук, как какой‐то ссыльный,
На худой конец – домовой,
У меня – тишина и пыльно.
Мне бы ей объявить шах,
Мне бы мат объявить с чувством,
Может многое жить в углах –
Отчего у меня пусто?!
Объявлю тишине войну,
Нападу на нее с ходу –
Как шагну к ней.
И утону. Словно я угодил в воду.
Только без толку вся борьба –
Если есть тишина в доме,
Если быть ей в доме судьба –
Даже гнев ее не прогонит.
И живет она по углам,
И привычно все звуки душит.
И смеется по вечерам –
С каждым годом страшней и глуше. 

«Тишина» – мастерски сделанная пьеса. Здесь все по законам жанра маленького театра – экспозиция – действие — кода. Единство места и времени действия, почти мистический сюжет. А главное – поэзия. Она не блистает метафорами, но этот простой рассказ передает весьма сложное душевное состояние героя. Передает достойными поэтическими средствами. Может быть, Максим Кольцов – наш новый Заболоцкий? Успеха ему!

Итак, молодые поэты Урала порадовали и, отчасти, даже удивили. Какие крепкие стебли у этих новых побегов! Да окрепнут их корни, да пребудут полновесными плоды их творчества!

Литературная газета «Зарубежные задворки», www.zaza.net

Shares

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Вы робот? *