Я числюсь по России!

 АЛЕКСАНДР КОСТЮНИН 

Алкал страст­но, чтоб на этом месте искрил­ся афо­ризм соб­ствен­но­го измыш­ле­ния. Ниче­го не измыс­лил. Лад­но… Все рав­но дочь уве­ря­ет: «Эпи­гра­фы не чита­ет никто».
Алек­сандр Костю­нин

Указ Пре­зи­ден­та объ­явил 2011 год Годом рос­сий­ской кос­мо­нав­ти­ки. («УАЗ Пре­зи­ден­та…», – читаю в одной из работ.)

А ну как с мер­кой кос­ми­че­ской под­сту­пить к вопро­сам зем­ным?

Одна­жды гени­аль­ный про­ви­дец, кон­струк­тор пило­ти­ру­е­мых ракет Сер­гей Коро­лев в запаль­чи­во­сти ска­за­нул: «Без книг, как без воз­ду­ха, чело­век жить не может!» Да могут, могут, доро­гой вы наш Сер­гей Пав­ло­вич… Живут при­пе­ва­ю­чи. И людей таких ста­но­вит­ся все боль­ше. Чита­те­лей же, напро­тив, впо­ру зано­сить в кни­гу Крас­ную. Ско­ро библиотеки-передвижки у остав­ших­ся кни­го­че­ев будут слу­жить на посыл­ках. При­смот­ри­тесь: за послед­ние сто лет инте­рес к писа­тель­ско­му сло­ву летит по нис­хо­дя­щей орби­те, точ­но заблу­див­ший­ся искус­ствен­ный спут­ник, от апо­гея к пофи­гею сво­ей сла­вы – слу­чил­ся в про­грамм­ном обес­пе­че­нии какой-то серьез­ный сбой. Ошиб­ку пыта­ют­ся испра­вить мно­гие, но пока не уда­ет­ся нико­му.

Сле­дом зава­лил­ся в пике пре­стиж лите­ра­то­ра рос­сий­ско­го.

Это в нашей-то, самой чита­ю­щей стране мира?! Да такое не мог­ло при­снить­ся даже в кош­мар­ном сне. Еще отго­лос­ком слы­шит­ся басок Сер­гея Довла­то­ва: «Ска­зать о себе: “Я – писа­тель” в Рос­сии крайне непри­лич­но, все рав­но как ска­зать: “Я – кра­са­вец”, “Я – сек­су­аль­ный гигант” или “Я – хоро­ший чело­век”». [1] Пред­те­ча ему Осип Ман­дель­штам: «Поэ­зию ува­жа­ют толь­ко у нас – за нее уби­ва­ют. Ведь боль­ше нигде за поэ­зию не уби­ва­ют. Зна­чит, ей воз­да­ют долж­ный почет и ува­же­ние, зна­чит, ее боят­ся, зна­чит, она – власть!» [2] «Ува­же­ние» заслу­жи­ли сам Ман­дель­штам, Бабель, Цве­та­е­ва…

Бун­та­рям – Лер­мон­то­ву с Некра­со­вым – повез­ло: раз­ми­ну­лись во вре­ме­ни с Совет­ской вла­стью. А то бы она их вме­сте с пии­том Пуш­ки­ным «ува­жи­ла» тож.

Само­вла­сти­тель­ный зло­дей!
Тебя, твой трон я нена­ви­жу,
Твою поги­бель, смерть детей
С жесто­кой радо­стию вижу.
Чита­ют на тво­ем челе
Печать про­кля­тия наро­ды,
Ты ужас мира, стыд при­ро­ды,
Упрек ты Богу на зем­ле.

Да, за одну эту оду [3] «солн­цу рус­ской поэ­зии» бакен­бар­ды бы повы­щи­па­ли.

Послед­ние две звез­доч­ки нари­со­ва­ли на кабине «чер­но­го ворон­ка» в кон­це ХХ сто­ле­тия: устра­ни­ли излишне люби­мых в наро­де масте­ров сло­ва – Васи­лия Шук­ши­на, Иго­ря Таль­ко­ва. И – тиши­на… Надол­го ли? Неве­до­мо.

Нескон­ча­е­мые деся­ти­ле­тия кара­тель­ные орга­ны слу­жи­ли сво­е­го рода глу­хой опра­вой бес­цен­ным ада­ман­там изящ­ной сло­вес­но­сти, авто­ри­тет­но удо­сто­ве­ряя: чем опра­ва вну­ши­тель­ней, тем боль­ше в бри­льян­те кара­тов. Отте­няя собой, они неволь­но фоку­си­ро­ва­ли взор пуб­ли­ки на гра­нях талан­та, на том боже­ствен­ном мер­ца­ю­щем отблес­ке, кото­рый заво­ра­жи­вал… Гони­мый, запре­щен­ный сло­во­тво­рец в одно­ча­сье ста­но­вил­ся про­ро­ком, речь его – про­по­ве­дью, запо­ве­дью… Руко­пис­ное сло­во заучи­ва­ли, твер­ди­ли как молит­ву. Помо­лить­ся тра­ди­ци­он­ным спо­со­бом, послу­шать про­по­ведь дипло­ми­ро­ван­но­го свя­щен­ни­ка в церк­ви воз­мож­но­сти не было. Хра­мы и Бог нахо­ди­лись под стро­жай­шим запре­том.

И вдруг раз­ре­ши­ли всё…

Боль­ше того, Рос­сия отка­за­лась при­ме­нять край­нюю сте­пень поли­ти­че­ской цен­зу­ры к «инже­не­рам чело­ве­че­ских душ». «Щел­ко­пе­ров» теперь не тра­вят, не отстре­ли­ва­ют, хоть засо­чи­няй­ся. Сла­ва тебе, Гос­по­ди! (Ина­че какой бы кон­курс сочи­не­ний?!) Для Пре­зи­ден­та РФ это – ста­тус циви­ли­зо­ван­но­го пра­ви­те­ля, а стра­на…

Расея неча­ян­но смы­ла роди­мое пят­но, по кото­ро­му нас узна­вал весь мир.

Ба! Ока­за­лось, это запек­ша­я­ся кровь.

Пропало желание читать?

Плод пере­стал быть запрет­ным и пото­му желан­ным.

Появи­лось нема­ло дру­гих соблаз­нов.

Как вер­нуть охо­ту?

Судя по рекла­ме, взрос­лым доста­точ­но запла­тить нало­ги, и любое хоте­ние вер­нет­ся. Это ежли вкус рас­про­бо­ван рань­ше… А как при­вить инте­рес к чте­нию худо­же­ствен­ной лите­ра­ту­ры школь­ни­кам, когда боль­шин­ство из них поня­тия не име­ют, насколь­ко это слад­ко? Коли не про­бо­ва­ли ни разу? Как влю­бить в кни­гу детей?

Рабо­ты участ­ни­ков кон­кур­са «Купель», поми­мо уни­каль­но­го собра­ния твор­че­ства буду­щих рома­ни­стов, – огром­ная база дан­ных, поз­во­ля­ю­щая объ­ек­тив­но отве­тить на дан­ный вопрос.

Вспо­ми­наю дет­ство свое…

Уро­ки лите­ра­ту­ры напо­ми­на­ли мне рыбий жир: вос­пи­та­тель­ни­ца вли­ва­ла каж­до­му питом­цу по сто­ло­вой лож­ке: «Полез­но!», а на вкус – про­тив­но до тош­но­ты. Я шел парал­лель­ным кур­сом. Зачи­ты­вал­ся себе при­клю­чен­че­ской лите­ра­ту­рой: сна­ча­ла «Вол­шеб­ник Изу­мруд­но­го горо­да» Алек­сандра Вол­ко­ва – читал на ходу, на уро­ке, в туа­ле­те, в кро­ва­ти… Вез­де! Затем «Сын пол­ка» Вален­ти­на Ката­е­ва, сле­дом Арка­дий Гай­дар – всё, потом недо­ступ­ный Конан Дойль со сво­и­ми леген­дар­ны­ми сыщи­ка­ми, «Малыш и Карлсон», «Ост­ров сокро­вищ», «Три муш­ке­те­ра», «Граф Мон­те Кри­сто», Миха­ил Шоло­хов – всё. А коли­че­ство маня­щих кни­жек впе­ре­ди не умень­ша­лось – рос­ло… Зва­ло за собой, к гори­зон­ту. И я семе­нил, буд­то стри­гу­нок за маткой-кормилицей. Неот­ступ­но. Наби­рая с года­ми ско­рость, при­об­ре­тая уве­рен­ность, потреб­ность в эмо­ци­о­наль­ной нагруз­ке, глу­бине. Не за пар­той при­шло ко мне пони­ма­ние взрос­лых про­из­ве­де­ний. И, зача­стую, не с пер­во­го раза. Стыд­но при­знать­ся, я понял содер­жа­ние рома­на «Бра­тья Кара­ма­зо­вы» лишь в воз­расте трид­ца­ти лет. Пере­чи­тал и неожи­дан­но полю­бил. Так же непро­сто уга­ды­вал­ся пота­ен­ный смысл «сказ­ки для взрос­лых» Анту­а­на де Сент-Экзюпери и мисти­че­ско­го рома­на Бул­га­ко­ва. И то, и дру­гое сокро­ви­ще забли­ста­ло ярки­ми гра­ня­ми в зре­лом, «стре­ля­ном» воз­расте.

Что если не один я такой… с удли­нен­ным веге­та­тив­ным пери­о­дом?

Заме­ча­тель­ная идея пред­ло­же­на Вла­ди­ми­ром Пути­ным: «Сфор­ми­ро­вать спи­сок из 100 книг, кото­рые дол­жен про­чи­тать каж­дый рос­сий­ский школь­ник». Но опять-таки… Лишь бы про­из­ве­де­ния те рас­счи­та­ны были не на вун­дер­кин­дов. Таких на шко­лу – еди­ни­цы, а в мас­се сво­ей… Зачем повто­рять армей­ские ошиб­ки: «При­зы­ва­ют слу­жить здо­ро­вых, а спра­ши­ва­ют, как с умных». Запой­но­му кни­го­лю­бу спис­ки те без надоб­но­сти: будет жад­но загла­ты­вать лите­ры ночью с фона­ри­ком под оде­я­лом, как мы в дет­стве. Тай­ком.

Не побо­юсь тав­то­ло­гии: в юно­сти спо­соб­на заин­те­ре­со­вать лите­ра­ту­ра юно­ше­ская!

Мне кажет­ся, див­ная муза сло­вес­но­сти долж­на увле­кать, зама­ни­вать, тон­ко флир­то­вать с неопе­рив­шим­ся чита­те­лем. Никак не «гряз­но домо­гать­ся» или хуже того, насиль­ни­чать мало­ле­ток (кста­ти, за это «све­тит» ста­тья Уго­лов­но­го кодек­са РФ). Пусть фея лите­ра­ту­ры пред­ста­нет в обра­зе див­ной незна­ком­ки из «Сол­неч­но­го уда­ра» Ива­на Буни­на:

«Рука, малень­кая и силь­ная, пах­ла зага­ром. И бла­жен­но и страш­но замер­ло серд­це при мыс­ли, как, веро­ят­но, креп­ка и смуг­ла она вся под этим лег­ким хол­стин­ко­вым пла­тьем после цело­го меся­ца лежа­нья под южным солн­цем, на горя­чем мор­ском пес­ке (она ска­за­ла, что едет из Ана­пы)».

И уж никак не в обра­зе Дуэ­ньи – ста­рой свод­ни с дра­ко­ньей внеш­но­стью из пье­сы Ричар­да Шери­да­на:

«Боже мой! Так она стар­ше… чем-мммы… чем-м… сест­ры моей мамы». 
– Не угод­но ли при­сесть?
– Сеньо­ри­та, вы очень любез­ны… но…
– А я, сеньор, пред­став­ля­ла вас совер­шен­но дру­гим. Когда уви­де­ла, я была про­сто пора­же­на!
– То же самое про­изо­шло и со мной! Как гром уда­ри­ло, пони­ма­е­те…»

А пока отро­ки истош­но вопи­ют, про­те­стуя: «Нам неин­те­рес­ны про­из­ве­де­ния, напи­сан­ные две­сти лет назад. О чем пишут? Зачем?»; «И в 5-м, и в 6-м, и в 7-м – Тур­ге­нев. Есть в стране хоть один живой писа­тель?»

Вдо­ба­вок ко все­му, быту­ет суж­де­ние: «Ай! Сей­час лите­ра­ту­ра по жиз­ни не нуж­на, осо­бен­но тех­на­рям». Глу­пость какая! Я почти десять лет руко­во­дил заво­дом и, думаю, меня под­дер­жит любой управ­ле­нец: креп­кое зна­ние лите­ра­тур­но­го рус­ско­го не обу­за для карье­ры – вол­шеб­ные сапо­ги с кры­лья­ми, помо­га­ю­щие обо­гнать любой соци­аль­ный лифт. Поче­му об этом помал­ки­ва­ют?

Реплика внутреннего голоса

– Откры­то это­го не при­зна­ет никто, но любой вла­сти­тель на прак­ти­ке про­во­дит поли­ти­ку праг­ма­тич­ную – «мень­ше зна­ют, креп­че спят!»: «Обыч­ные граж­дане долж­ны уметь про­чи­тать вывес­ку, под­пи­сать заяв­ле­ние, соб­ствен­ные пока­за­ния и доволь­но. Обще­об­ра­зо­ва­тель­ное базо­вое обу­че­ние долж­но быть не фун­да­мен­таль­ным – при­клад­ным. Лите­ра­ту­рой, не загнан­ной в стро­гие рам­ки идео­ло­гии, в стране с гра­ни­ца­ми откры­ты­ми управ­лять труд­но. Целе­со­об­раз­но это воль­но­дум­ство све­сти на нет, сде­лать увле­че­ни­ем узко-элитарным, лич­ным делом каж­до­го. Не финан­си­ро­вать, не заме­чать писа­ку! При слу­чае, пустить “шеп­тун­ка”…» У нас так.
При­ме­ча­ние: Со сво­им душе­при­каз­чи­ком я кате­го­ри­че­ски не согла­сен…

Сонм клас­си­ков, помя­ну­тых шко­ля­ра­ми с непри­яз­нью, про­дол­жа­ют Лев Тол­стой с пудо­вым четы­рех­том­ни­ком, Федор Досто­ев­ский с садо­ма­зо­хист­ским рома­ном «Пре­ступ­ле­ние и нака­за­ние»…

Кри­чит Рас­коль­ни­ков из кух­ни:
Неси­те, бабуш­ка, топор!
Кля­нусь, от голо­да со мною,
Вы не умре­те нико­гда. [4]

Согла­си­тесь, Тол­сто­го, Досто­ев­ско­го нель­зя осмыс­лить в шест­на­дцать лет.

Что вос­при­ни­ма­ют дети? Набор сюжет­ных линий. А пол­но­та пере­жи­ва­ний, под­текст уче­ни­кам не откро­ют­ся! Оско­ми­ну лишь набьют…

Может, уста­ми мла­ден­цев дей­стви­тель­но гла­го­лет исти­на?

К тому же коли­че­ство часов в про­грам­ме неуклон­но уре­за­ют. В физико-математическом клас­се тру­ды гени­ев вооб­ще «про­хо­дят» по сокра­щен­ным эрзац-шпаргалкам – «взлет-посадка». Один урок в неде­лю! При такой мето­ди­ке мак­си­мум, что мож­но узнать: роман Льва Тол­сто­го – про вой­нуш­ку. Эдак ско­ро под­го­тов­ка к экза­ме­ну по клю­че­во­му гума­ни­тар­но­му пред­ме­ту будет напо­ми­нать сце­ну из филь­ма «Место встре­чи изме­нить нель­зя» по сце­на­рию бра­тьев Вай­не­ров, где «репе­ти­тор» Жег­лов натас­ки­ва­ет моло­до­го сотруд­ни­ка МУРа Шара­по­ва:

– Ну что, поеха­ли даль­ше?
– Поеха­ли…
– Так, Льво­ва Анна Вла­ди­ми­ров­на, два­дцать пер­во­го года – воров­ка на дове­рии. Шума­ко­ва Анна Бори­сов­на, тыся­ча девять­сот два­дцать вто­ро­го года, воров­ка… малень­кая такая, как пацан вось­ми­лет­ний, в фор­точ­ку лази­ла – скоп­щи­ца.
– Кто? Кто?
– Квар­тир­ные кра­жи.

Без лири­ки. Сжа­то. По-военному.

Но ведь озна­ко­мить­ся с содер­жа­ни­ем – мало. Глав­ное: что в «сухом остат­ке».

«Души! пре­крас­ные поры­вы» – мой сосед-администратор дан­ное изре­че­ние Пуш­ки­на счи­та­ет «при­зы­вом», само­го поэта – сво­им вдох­но­ви­те­лем и цити­ру­ет вся­кий раз, когда соби­ра­ет­ся твор­че­скую ини­ци­а­ти­ву «то-воо!.. попри­жать». Свой школь­ный лит­за­пас «пуш­ки­нист» попол­ня­ет за счет поли­ти­че­ских детек­ти­вов. Так «Сем­на­дцать мгно­ве­ний вес­ны» пода­ри­ли ему вто­рой перл: «Ай да Пуш­кин, ай да сукин сын!» Сери­ал «КГБ в смо­кин­ге» озна­ко­мил с клас­си­ком аме­ри­кан­ской лите­ра­ту­ры:

Как живе­те, штат Айо­ва?
Ниче­го. Хэмин­гу­ё­во…

А страст­ной при­хо­жан­ке церк­ви из всей нагор­ной про­по­ве­ди Хри­ста полю­би­лось одно един­ствен­ное сло­веч­ко: «Сту­чи­те!» Этим тихо живет и вдох­нов­ля­ет­ся.

Какой прок от тако­го чте­ния?

Пре­дви­жу бурю воз­му­ще­ний: «Как про­жить без гра­фа Тол­сто­го?!»

Пуш­кин ведь жил. А созре­ет душа моло­до­го чело­ве­ка, воз­жаж­дет пре­крас­но­го, и при­льнет он к вели­ким тво­ре­ни­ям. Тогда сам насла­дит­ся и еще с дру­зья­ми поде­лит­ся. Кста­ти, эпо­пею «Вой­на и мир» не чита­ют сего­дня даже сту­ден­ты фило­ло­ги­че­ских факуль­те­тов феде­раль­ных вузов – МГУ и СПб­ГУ. «Пер­вый том еще тис­ка­ют, а начи­ная со вто­ро­го – стра­нич­ки не раз­ре­за­ны», – жало­ва­лись на твор­че­ской встре­че тамош­ние биб­лио­те­ка­ри. Зачем же на малых детях испы­ты­вать? Да, если на то пошло, сам автор, Лев Нико­ла­е­вич, чисто­сер­деч­но при­зна­вал­ся Н.С. Лес­ко­ву в июле 1893 года: «Начал было про­дол­жать одну худо­же­ствен­ную вещь, но, пове­ри­те ли, совест­но писать про людей, кото­рых не было, и кото­рые ниче­го это­го не дела­ли. Что-то не то. Фор­ма ли эта худо­же­ствен­ная изжи­ла или я отжи­ваю?» [5] Дела-ааа…

Для меня оче­вид­но: в наш дина­мич­ный век сле­ду­ет отда­вать пред­по­чте­ние малым лите­ра­тур­ным фор­мам. Это поз­во­лит зна­ко­мить с «необ­ре­зан­ным» про­из­ве­де­ни­ем во вре­мя уро­ка. Пусть про­цесс чте­ния при­но­сит эсте­ти­че­ское удо­воль­ствие. Напри­мер, в част­ной шко­ле име­ни Миха­и­ла Ломо­но­со­ва в Москве, куда при­гла­си­ли меня в апре­ле, суще­ству­ет тра­ди­ция: роди­те­ли чита­ют все­му клас­су свои люби­мые про­из­ве­де­ния. Давай­те устра­и­вать подоб­ные празд­ни­ки чита­тель­ских удо­воль­ствий!

И вот еще одна «заго­гу­ли­на»: пред­мет в учеб­ной про­грам­ме хоть и чис­лит­ся под назва­ни­ем «лите­ра­ту­ра», но школь­ни­кам ско­рее пре­по­да­ют… «лите­ра­ту­ро­ве­де­ние»!

Откро­ем сло­варь:

«ЛИТЕРАТУРОВЕДЕНИЕ – нау­ка, изу­ча­ю­щая зако­ны постро­е­ния лите­ра­тур­ных про­из­ве­де­ний, раз­ви­тие лите­ра­тур­ных форм – жан­ров, сти­лей и т. д. Она раз­де­ля­ет­ся на две основ­ные части – тео­ре­ти­че­ское и исто­ри­че­ское лите­ра­ту­ро­ве­де­ние. Тео­ре­ти­че­ское лите­ра­ту­ро­ве­де­ние – это тео­рия лите­ра­ту­ры, или поэ­ти­ка. Она иссле­ду­ет основ­ные эле­мен­ты худо­же­ствен­ной лите­ра­ту­ры: образ, роды и виды, сти­ли и т. д. Пред­мет иссле­до­ва­ния исто­рии лите­ра­ту­ры – свое­об­ра­зие раз­лич­ных нац. лите­ра­тур, лите­ра­тур­ных пери­о­дов, направ­ле­ний и тече­ний, твор­че­ства отдель­ных авто­ров. Исто­рия лите­ра­ту­ры рас­смат­ри­ва­ет любое лите­ра­тур­ное явле­ние в исто­ри­че­ском раз­ви­тии. Отдель­ная часть лите­ра­ту­ро­ве­де­ния – сти­хо­ве­де­ние. Его пред­мет – клас­си­фи­ка­ция, опре­де­ле­ние свое­об­ра­зия основ­ных форм сти­хо­сло­же­ния: рит­ми­ки, мет­ри­ки, стро­фи­ки, риф­мы, их исто­рия. Сти­хо­ве­де­ние исполь­зу­ет мате­ма­ти­че­ские под­сче­ты, ком­пью­тер­ную обра­бот­ку тек­ста; по сво­ей точ­но­сти, стро­го­сти оно бли­же к есте­ствен­но­на­уч­ным, неже­ли к гума­ни­тар­ным дис­ци­пли­нам…»

И так далее, все глу­хим непро­лаз­ным лесом, топ­ки­ми боло­та­ми, на край­няк – ого­ро­да­ми.

Лите­ра­ту­ро­ве­де­ние!.. Бр-ррр! Читаю опре­де­ле­ние… аж само­го ото­ропь берет.

Как мож­но увлечь этим в свет­лой вос­тор­жен­ной юно­сти?!

Да никак!!!

Подоб­ные «сла­сти» исклю­чи­тель­но наши, стар­че­ские. Плюс лекар­ство в одном. Типа вали­до­ла под язык. Лич­но меня озна­чен­ная дис­ци­пли­на заин­те­ре­со­ва­ла после того, как стал писать! Это уж не про­сто увле­че­ние – смысл жиз­ни. Точ­ку невоз­вра­та я дав­но про­шел. А юных отро­ков жаль. Вме­сто увле­ка­тель­но­го чти­ва – ана­лиз… Вы поставь­те на место школь­ни­ков себя… Зака­за­ли бокал мароч­но­го вина, пред­вку­ша­е­те бла­го­род­ный вкус, а вам под нос – трех­лит­ро­вую бан­ку… с ана­ли­за­ми.

Пред­став­ля­е­те?! Кому это понра­вит­ся?..

А коли серьез­но…

За бра­ва­дой, иро­ни­ей пыта­юсь скрыть тре­во­гу. Ситу­а­ция в шко­ле с лите­ра­ту­рой, рус­ским язы­ком непро­стая. Знаю не пона­слыш­ке. Одна из участ­ниц кон­кур­са, преподаватель-русист под­мос­ков­ной шко­лы пове­да­ла:

– У нас в шко­ле стар­шие клас­сы сфор­ми­ро­ва­ны по пред­ме­там: класс углуб­лен­но­го изу­че­ния мате­ма­ти­ки, класс исто­рии, био­ло­гии. Три основ­ных направ­ле­ния. Из того, что оста­лось, ском­плек­то­ва­ли класс «г» – сей­час это выпуск­ной, один­на­дца­тый. Кол­ле­ги меж­ду собой назы­ва­ют его «Боль­шим Г». Я там веду лите­ра­ту­ру. Реши­ла вашу «Рука­вич­ку» про­чи­тать вслух, посмот­реть на реак­цию… (До это­го, где бы ни чита­ла, – рав­но­душ­ных не было.) Слу­ша­ли из все­го клас­са три девоч­ки. Осталь­ные зани­ма­лись сво­им делом: кто «бал­дел» под музы­ку, так и не сняв науш­ни­ки за весь урок; кто пере­пи­сы­вал­ся SMS-ками; кто в кар­ты резал­ся. Рустам, маль­чик с юга, на зад­нем сто­ле сосре­до­то­чен­но раз­би­рал, сма­зы­вал пнев­ма­ти­че­ский писто­лет… Каж­дый раз после уро­ка в этом клас­се я раду­юсь, что не плю­ну­ли в лицо. Непри­ят­но и… страш­но. А дома – ско­рей, ско­рей при­нять ван­ну… Смыть с себя все…»

Книга или ридер?

Наткнул­ся в Интер­не­те на мне­ние педа­го­га. Рас­ска­зы­ва­ет, как в быт­ность уче­бы в уни­вер­си­те­те, под­би­рая мате­ри­ал для кур­со­вой, она обна­ру­жи­ла один из лето­пис­ных источ­ни­ков. Цер­ков­ный иерарх на чем свет сто­ит поно­сит нов­ше­ство – кни­го­пе­ча­та­ние на Руси и вле­че­ние к кни­гам. Мол, теперь отро­ки, вме­сто того чтоб слу­шать заве­ты ста­ри­ков, про­по­ве­ди цер­ков­но­слу­жи­те­лей ЧИТАЮТ!!! «Сия воль­ность вред при­не­сет непо­пра­ви­мый, ибо печат­ное сло­во… без­душ­но».

Вам это не напо­ми­на­ет сего­дняш­нюю ситу­а­цию? Мы точ­но так же кля­нем ком­пью­те­ры, Интер­нет, теле­ви­де­ние. Сету­ем, что «недо­гля­де­ли, упу­сти­ли детей…» А может, это не они «упу­щен­ные», это мы их не дого­ня­ем?! Ведь и в нашем дет­стве суще­ство­ва­ли, наря­ду с фоли­ан­та­ми, кол­лек­ции пла­сти­нок со сказ­ка­ми Пуш­ки­на, Чуков­ско­го, Мар­ша­ка – декла­ми­ро­ва­ли про­фес­си­о­наль­ные акте­ры. Зата­ив дыха­ние, мы слу­ша­ли увлекательно-таинственные голо­са, пред­став­ля­ли в роли геро­ев себя, фан­та­зия кло­ко­та­ла, рас­плес­ки­ва­ясь… Пре­вра­ще­ния, коз­ни царя Гви­до­на и иже с ним засе­ли в моей памя­ти на всю жизнь.

Клас­си­че­ский вид кни­ги – не дог­ма!

Помни­те, ходил анек­дот про неуго­мон­ную мать, пере­пе­ча­тав­шую на машин­ке «Вой­ну и мир»: сын при­зна­вал исклю­чи­тель­но маши­но­пис­ный Сам­из­дат. Ехать нуж­нее, чем шашеч­ки! В древ­но­сти люди писа­ли на бере­сте, гли­ня­ных дощеч­ках, пер­га­мен­те и даже на камне. Такая любов­ная запис­ка мог­ла избран­ни­цу с ног сва­лить не охаль­ным наме­ком – физи­че­ски. Cовре­мен­ные дети уткну­лись в экра­ны мони­то­ров, слу­ша­ют аудиок­ни­ги в MP3 фор­ма­те, чита­ют на смарт­фоне, план­шет­ни­ке, риде­ре… Носи­тель сме­нил­ся, все­го и делов. Гос­по­ди, да лишь бы не доволь­ство­ва­лись сур­ро­га­том, а тяну­лись к «золо­то­му фон­ду» лите­ра­ту­ры…

Сыз­но­ва вспом­ню Ломо­но­сов­скую шко­лу: там про­во­дит­ся кон­курс на луч­шую SMS-ку. По-моему, здо­ро­во!

Имен­но поиск совре­мен­ных форм, эффек­тив­ных мето­дов при­об­ще­ния к худо­же­ствен­но­му тек­сту под­тал­ки­вал орга­ни­за­то­ров интернет-конкурса «Купель». Мы изна­чаль­но отка­за­лись от пани­че­ских ноток в суж­де­ни­ях: «Дети не чита­ют!», «В наше вре­мя было луч­ше!», «Все про­па­ло, гипс сни­ма­ют, кли­ент уез­жа­ет!..» Как при­охо­тить к лите­ра­ту­ре в сло­жив­шей­ся ситу­а­ции? Как сде­лать, что­бы рус­ское сло­во заиг­ра­ло новы­ми гра­ня­ми, пока­зать его со всех сто­рон, покру­тить, дать про­чув­ство­вать фак­ту­ру, живую мощь?

Базо­вый текст рас­ска­за, эссе реши­ли пре­вра­тить в стер­жень, на кото­рый нани­зы­ва­лись смеж­ные жан­ры. При этом сло­во из плос­ко­го – сде­ла­лось выпук­лым, объ­ем­ным. Мы как бы пере­ве­ли его в фор­мат 5D. Сло­во полу­чи­ло вес, цвет, фор­му, запах, зву­ча­ние на дру­гом язы­ке. Обре­ло новую жизнь!.. С гор­до­стью докла­ды­ваю: на сего­дняш­ний день достиг­ли мно­го­го. Вве­де­ние допол­ни­тель­ных номи­на­ций «Фото­гра­фия» и «Рису­нок» (иллю­стра­ция к про­из­ве­де­нию), «Дра­ма­тур­гия», «Худо­же­ствен­ный пере­вод» поз­во­ли­ло каж­до­му жела­ю­ще­му про­явить свой талант. Одних толь­ко работ в номи­на­ции «Мето­ди­че­ские мате­ри­а­лы к уро­ку, иссле­до­ва­тель­ские рабо­ты» посту­пи­ло 126!

А насколь­ко высок уро­вень!

Обя­за­тель­но посмот­ри­те рисун­ки Татья­ны Алек­сан­дро­вой (137), кура­тор Луки­на Еле­на Аст­ра­тов­на, Надеж­ды Бей (558), кура­тор Чере­ми­со­ва Татья­на Вик­то­ров­на, Ксе­нии Вели­ко­род (300), кура­тор Упо­ро­ва Гали­на Геор­ги­ев­на, Еле­ны Каша­фут­ди­но­вой (180), кура­тор Хох­ло­ва Ната­лья Вик­то­ров­на, Юлии Гера­си­мо­вой (621), кура­тор Баклу­ши­на Гали­на Мак­си­мов­на – это про­фес­си­о­наль­ные иллю­стра­ции к тек­сту.

Кон­курс сбли­зил наци­о­наль­но­сти, язы­ки.

Вот что пишет в сопро­во­ди­тель­ном пись­ме Айсель Гаджи­е­ва (012): Я – азер­бай­джан­ка, но уже дав­но живу в Рос­сии, учусь в 8-м клас­се обыч­ной петер­бург­ской шко­лы. Здесь учат­ся ребя­та более деся­ти наци­о­наль­но­стей; мно­гие из них – мои зем­ля­ки. Кто-то при­е­хал в Рос­сию дав­но и доста­точ­но хоро­шо гово­рит по-русски, у кого-то еще есть про­бле­мы с язы­ком… Не все наши роди­те­ли, к сожа­ле­нию, пока лег­ко обща­ют­ся на рус­ском язы­ке… Поэто­му мне очень захо­те­лось помочь им позна­ко­мить­ся с твор­че­ством Алек­сандра Костю­ни­на, про­из­ве­де­ния кото­ро­го я недав­но “откры­ла” для себя». Айсель пере­ве­ла рас­сказ «Рука­вич­ка» на род­ной азер­бай­джан­ский язык.

Дол­жен при­знать­ся: достой­ных работ в этом году, как все­гда, мно­го боль­ше, чем при­зо­вых мест. Высок авто­ри­тет наше­го меж­ду­на­род­но­го лите­ра­тур­но­го кон­кур­са! Поис­ко­вые систе­мы Яндекс, Гоголь, Mail.ru и Bing при запро­се «лите­ра­тур­ный кон­курс» нахо­дят «Купель» на пер­вой стра­ни­це. Кон­курс не име­ет госу­дар­ствен­но­го ста­ту­са, но от это­го яркие, горя­чие, само­быт­ные стро­ки ребят не ста­ли менее вол­ну­ю­щи­ми. В Каре­лии гово­рят: «Pane sanat paikkaizeh, da älä tagaizeh aittaizeh» [Запом­ни хоро­шее сло­во и не забудь людям вер­нуть (карел.)] Откры­вая для себя эти дра­го­цен­ные, уни­каль­ные само­род­ки слов, мы ста­но­вим­ся духов­но бога­че.

Нам, взрос­лым, все­гда есть чему поучить­ся у детей. Гени­аль­ная рос­сий­ская поэтес­са Юнна Мориц напи­са­ла такое сти­хо­тво­ре­ние [6]:

Пиши­те для себя – как пишут дети,
Как дети для себя рису­ют зву­ки,
Не думая о том, что есть на све­те
Хре­сто­ма­тий­но твор­че­ские муки.

Пиши­те для себя – как бред любо­ви,
Как поце­луи пишут и объ­я­тья,
Не думая о том, что наго­то­ве
Ста­нок печат­ный дол­жен быть в кро­ва­ти,

Чита­ю­щий народ и сла­вы тру­бы,
И, уж конеч­но, прес­са миро­вая…
Пиши­те для себя – как пишут губы,
Само­заб­вен­но стро­ки повто­ряя.

Пиши­те для себя – как пишут втайне,
Где не рас­тут ничьи гла­за и уши.
Пиши­те для себя – как пишут крайне
Рани­мые и тре­пет­ные души.

Пиши­те для себя – как стро­ки эти,
В кото­рых ни малей­ше­го под­ло­га.
Пиши­те для себя – как пишут дети,
Как пишут эти поч­та­льо­ны Бога.

Да, имен­но «поч­та­льо­ны Бога»!.. Точ­ный образ.

В этом убеж­да­ешь­ся вновь и вновь, упи­ва­ясь поэ­ти­че­ски­ми посла­ни­я­ми Анны Сын­ко­вой (кура­тор Сма­ги­на Ната­лья Вале­рьев­на), Свет­ла­ны Лошад­ки­ной (кура­тор Гольд­берг Свет­ла­на Юрьев­на), Алек­сан­дры Кныр (кура­тор Пру­са­ков Илья Вла­ди­ми­ро­вич), Кри­сти­ны Вол­ко­вой (кура­тор Крив­чен­ко Свет­ла­на Нико­ла­ев­на), Ива­на Арсе­нье­ва (кура­тор Бул­ка Майя Вла­ди­ми­ров­на).

И окон­ча­тель­но поко­ри­ла меня Люд­ми­ла Дули­мо­ва из Аст­ра­ха­ни (кура­тор Гри­цен­ко Эле­о­но­ра Ана­то­льев­на). Она не про­сто пода­ри­ла всем нам пре­крас­ные сти­хи, пере­ло­жи­ла их на музы­ку, но и сама заме­ча­тель­но испол­ни­ла, акком­па­ни­руя под гита­ру. В ито­ге роди­лась пес­ня на рас­сказ «Рука­вич­ка» под назва­ни­ем «Пер­вый класс» (149). Послу­шай­те обя­за­тель­но:

http://kostjunin.ru/konkurs/2011___2012/poeziya/pervyj_shkol_nyj_klass___pesnya_na_rasskaz__rukavitchka__149_.html

Ради спра­вед­ли­во­сти под­дак­ну скеп­ти­кам: уро­вень посту­пив­ших работ раз­нит­ся. И тем не менее, в ори­ги­наль­но­сти не отка­жешь ни одной. Педагоги-новаторы с лег­ко­стью «сбра­сы­ва­ют с кораб­ля исто­рии» заста­ре­лые фор­мы, «рево­лю­ци­он­ный дер­жат шаг…» Напри­мер, биб­лио­теч­ный урок эко­ло­гии по… про­из­ве­де­нию «Тани­на лам­ба» (025). (Помни­те анек­дот про неопыт­но­го учи­те­ля гео­гра­фии, гло­бус?..) И уже не выгля­дит слу­чай­ной опис­кой фра­за: «На про­шлом зачя­тии…»

Или такое:

«Я про­чи­тал несколь­ко про­из­ве­де­ний, но боль­ше все­го мне запом­нил­ся и понра­вил­ся рас­сказ «Тани­на лам­ба». Глав­ная про­бле­ма здесь заклю­ча­ет­ся не в Тани­ной «рас­пу­щен­но­сти», а в том, что она помог­ла защи­тить рыб во вре­мя нере­ста, пус­кай и самым непри­лич­ным спо­со­бом». (185)

Да, воз­мож­но, не все мои рас­ска­зи­ки дет­ские, не все колы­бель­ные…

Четвертый год конкурсу «Купель»

Сего­дня, будучи сочи­ни­те­лем, меч­тать, что кто-нибудь озна­ко­мит­ся с тво­и­ми вир­ша­ми, – все одно как ста­вить не на орла-решку, не на реб­ро… Чаять, что моне­та завис­нет в воз­ду­хе!

Дол­жен откро­вен­но при­знать­ся: у меня ситу­а­ция осо­бая. За судь­бу сво­е­го сло­ва я спо­ко­ен абсо­лют­но. Ска­зан­ное наяву или во сне, все­рьез либо в шут­ку, сло­во мое не успе­ва­ет кос­нуть­ся зем­ли, его лов­ко под­хва­ты­ва­ют, запи­сы­ва­ют, береж­но хра­нят. (О таком инте­ре­се дру­гие бел­ле­три­сты могут лишь гре­зить и от зави­сти кусать ног­ти). Одна­ко при­чи­на не в гени­аль­но­сти сло­вес… Я не мечу афо­риз­мы. Увы! Про­сто вопро­сы, кото­ры­ми зани­мал­ся на обо­рон­ном заво­де, свя­за­ны с гостай­ной. Да, казен­ные слу­ша­те­ли – это здо­ро­во! Но мне, как и дру­гим писа­те­лям, хочет­ся иметь сво­их чита­те­лей. И, разу­ме­ет­ся, кон­курс «Купель» с его тыся­ча­ми участ­ни­ков со всей Руси, зару­беж­ны­ми кон­кур­сан­та­ми, чис­ло коих год от года рас­тет, для меня – Божья бла­го­дать.

«Тебе бла­го­дать, – ска­же­те, – а сами-то ребя­та с радо­стью участ­ву­ют или нет?»

Об этом луч­ше узнать из работ.

Реплика внутреннего голоса

– Да уж…

Вик­то­рия Ильи­на так и оза­гла­ви­ла: «Писать сочи­не­ние или не писать?» (721). Гам­ле­тов­ское «Быть или не быть?!» мерк­нет на фоне вопро­са, реб­ром постав­лен­но­го уче­ни­цей седь­мо­го клас­са из Липец­кой обла­сти. А вот откро­ве­ние Свет­ла­ны Тимо­хи­ной из дерев­ни Михай­ло­во Ива­нов­ской обла­сти (393): «Наконец-то про­шли все олим­пи­а­ды, и я со спо­кой­ной душой сно­ва могу при­нять­ся за уро­ки, хотя так не хочет­ся… Ока­за­лось, что я рано­ва­то обра­до­ва­лась. Обыч­ный учеб­ный день, ничто не пред­ве­ща­ло беды, все начи­на­лось как обыч­но, такие зна­ко­мые лица, шуточ­ки одно­класс­ни­ков…»

При­шла беда – отво­ряй воро­та! В клас­си­че­ских про­из­ве­де­ни­ях внут­рен­ний моно­лог героя с нарас­та­ю­щей над­рыв­ной тре­во­гой без­оши­боч­но ука­зы­ва­ет чита­те­лю: надви­га­ет­ся ката­стро­фа все­лен­ская; страш­ное чер­ное горе сей миг застит собой и день, и солн­це, и жизнь к чер­тям соба­чьим; нач­нет­ся вой­на – никак не мень­ше!.. Интри­га рас­кры­лась неожи­дан­но: учи­тель­ни­ца пред­ло­жи­ла Свет­лане участ­во­вать в кон­кур­се «Купель».

Подоб­ные сте­на­ния крас­ной нитью про­хо­дят через боль­шин­ство дет­ских работ.

Как вы пола­га­е­те, любят дет­ки писать сочи­не­ния?

Унеч­ская биб­лио­те­ка выпу­сти­ла спе­ци­аль­ный «Инфор­ма­ци­он­ный бюл­ле­тень школь­ни­ка «Ты и шко­ла. Знай свои пра­ва!». (468) Юве­наль­ная юсти­ция, чадо-право – это, конеч­но, здо­ро­во. Но нель­зя забы­вать об эле­мен­тар­ных обя­зан­но­стях «куку­шат». Пожа­луй, не открою вели­ко­го сек­ре­та, лишь напом­ню изби­тую исти­ну: зна­ния приходится-таки насаж­дать… Я и рань­ше заду­мы­вал­ся: зачем даже опыт­но­му спортс­ме­ну свой тре­нер? С «шилом» – резуль­та­тив­ней!

Совет­ская армия, поми­мо про­че­го, оста­ви­ла нам бога­тое лите­ра­тур­ное насле­дие – кла­дезь нетлен­ных афо­риз­мов. Самый-самый: «Дедов­щи­ну никто не отме­нял»… Для шко­лы, веро­ят­но, это пере­бор… А вот: «Суб­бот­ник для сол­да­та – дело доб­ро­воль­ное! А не то что “хочу – иду, хочу – нет”» – по-моему, в самый раз! Дру­гое дело – выбор кон­крет­но­го писа­те­ля, про­из­ве­де­ния. Вот тут, убеж­ден, нуж­но боль­ше дове­рять педа­го­гам, при­слу­ши­вать­ся к мне­нию школь­ни­ков. Опус-набат Свет­ла­ны Тимо­хи­ной закан­чи­ва­ет­ся сло­ва­ми: «Немно­гие писа­те­ли сво­и­ми рас­ска­за­ми остав­ля­ют отпе­ча­ток в судь­бе чело­ве­ка и застав­ля­ют пере­смот­реть взгля­ды на жиз­нен­ные момен­ты. Я нашла такой рас­сказ совер­шен­но неожи­дан­но для себя самой». А Вик­то­рия Ильи­на при­зна­ет­ся: «Чув­ства меня пере­пол­ня­ют. Думаю, что встре­ча с этим писа­те­лем не послед­няя. Его кни­га – доро­гой пода­рок. Я буду рас­ска­зы­вать сво­им дру­зьям о лите­ра­тур­ных геро­ях, кото­рые полю­би­лись». Кста­ти, мно­гие кон­кур­сан­ты под­ме­ча­ли за собой стран­ную мета­мор­фо­зу: читать при­ни­ма­лись с опас­кой – оси­лив текст, изум­ля­лись: «Понра­ви­лось!»

Да, в инфор­ма­ци­он­ной цепоч­ке «прозаик-учитель-школьник» послед­нее, замы­ка­ю­щее зве­но – глав­ное. Сде­ла­ет мла­дой чита­тель шаг навстре­чу или впредь будет шара­хать­ся при одном лишь упо­ми­на­нии о кни­ге – от это­го зави­сит в конеч­ном ито­ге судь­ба всей нашей лите­ра­ту­ры.

А писать сочи­не­ние, иллю­стри­ро­вать рас­сказ, пере­во­дить текст на иной язык – конеч­но труд. Труд тяже­лый. Но без тру­да чего добьешь­ся?.. И не беда, если полу­ча­ет­ся не сра­зу. Ели­за­ве­та Лок­те­ва из горо­да Каменск-Шахтинский Ростов­ской обла­сти всем сове­ту­ет: «Когда тебе кажет­ся, что ниче­го не полу­чит­ся, вспом­ни: Уолт Дис­ней был уво­лен за недо­ста­ток идей, Мен­де­ле­ев имел «трой­ку» по химии, Эйн­штейн не мог запом­нить номер сво­е­го теле­фо­на. У них тоже сна­ча­ла что-то не полу­ча­лось, но потом они пове­ри­ли в себя и доби­лись жела­е­мо­го». (458). В мето­ди­че­ском мате­ри­а­ле учителя-словесника Ната­льи Вик­то­ров­ны Дан­чи­но­вой из посел­ка Куту­лик Иркут­ской обла­сти (010) выска­за­на инте­рес­ная мысль: «Каж­дая про­бле­ма – это камень, кото­рый жизнь кида­ет в вас, но, сту­пая по этим кам­ням, вы може­те перей­ти бур­ный поток». А закон­чить класс­ный час она пред­ло­жи­ла мак­си­мой Леса Бра­у­на: «Цель­ся в луну. Даже если про­мах­нешь­ся, ока­жешь­ся сре­ди звезд».

9 янва­ря 2012 года Пре­зи­дент под­пи­сал Указ «О про­ве­де­нии в Рос­сий­ской Феде­ра­ции Года рос­сий­ской исто­рии».

Пер­вое место в номи­на­ции «Про­за», в воз­раст­ной груп­пе «стар­ше 18 лет», жюри при­су­ди­ло Надеж­де Нико­ла­евне Cизо­вой за «Попут­ный рейс к посел­ку При­див­ный» (105) (Кеме­ров­ская область, пгт. Тисуль). Тра­гич­ная история-быль повест­ву­ет о собы­ти­ях пяти­де­ся­тых годов про­шло­го века. Это была эпо­ха тру­до­во­го геро­из­ма и воин­ской доб­ле­сти, свя­той веры про­сто­го наро­да в ска­зоч­ную жизнь и тоталь­но­го тер­ро­ра.

Частень­ко люди стар­ше­го воз­рас­та и сего­дня зада­ют­ся вопро­сом: «Могут ли репрес­сии повто­рить­ся?» Надеж­да Ман­дель­штам во вто­рой кни­ге «Без покро­ва, без слю­ды…» выска­за­ла суж­де­ние свое: «В насто­я­щее бла­жен­ное вре­мя раз­ве­лось мно­го чистых и наив­ных непу­га­ных. В любой момент из них смо­гут выжать что угод­но. Им надо узнать, что было с нами – с поко­ле­ни­я­ми их отцов и дедов, ина­че они непу­га­ны­ми вой­дут в новый круг бед­ствий и ока­жут­ся совер­шен­но бес­по­мощ­ны­ми». По клас­си­фи­ка­ции поэтес­сы Анны Андре­ев­ны Ахма­то­вой – вре­мя сей­час в Рос­сии веге­та­ри­ан­ское. И боль­шая заслу­га в этом руко­вод­ства стра­ны. (Нуж­но не забы­вать!) А что­бы не повто­ри­лись ошиб­ки, пре­ступ­ле­ния про­шло­го, над­ле­жит всем изу­чать исто­рию род­ной стра­ны. Тогда, авось, в пас­са­жир­ское рас­пи­са­ние не вне­сут «рейс на бар­же» к тюрем­но­му посел­ку с сата­нин­ским назва­ни­ем При­див­ный.

Наци­о­наль­ный вопрос…

Акту­аль­ность его для нашей огром­ной дер­жа­вы невоз­мож­но пере­оце­нить. И пра­виль­но взя­тая нота, уме­лое руко­вод­ство всем оркест­ром со сто­ро­ны дири­же­ра – ключ к гар­мо­нии и про­цве­та­нию стра­ны. Не слу­чай­но при­зо­вое место полу­чи­ла Алек­сандра Тов­сту­ха (кура­тор Вера Юрьев­на Дани­ло­ва) за научно-исследовательскую рабо­ту по рас­ска­зу «Пово­дырь» (009) (Калуж­ская область, г. Балабаново-1).

С глав­ным пер­со­на­жем рас­ска­за, Маго­ме­дом Ага­е­вым, дирек­то­ром музы­каль­ной шко­лы из селе­ния Тат­ляр Дер­бент­ско­го рай­о­на Рес­пуб­ли­ки Даге­стан, я зна­ком лич­но. Это – насто­я­щий герой, наш совре­мен­ник.

В мос­ков­ском мет­ро при­ве­ла в дей­ствие взрыв­ное устрой­ство жен­щи­на, тоже, как ни жут­ко, школь­ный педа­гог по про­фес­сии, и тоже из Даге­ста­на. Погиб­ло мно­го без­вин­ных людей. Цен­траль­ные теле­ка­на­лы все­сто­ронне осве­ща­ли послед­ствия чудо­вищ­но­го тер­ак­та.

Два чело­ве­ка, два учи­те­ля – два полю­са: «плюс» и «минус», «свет» и «тьма».

Но хоро­ших людей в Даге­стане зна­чи­тель­но боль­ше!

Давай­те не толь­ко откры­то назы­вать зло – злом, но и доб­ро – доб­ром. Мы обя­за­ны видеть прин­ци­пи­аль­ные отли­чия меж­ду дву­мя эти­ми несхо­жи­ми поня­ти­я­ми.

Еже­ли в нашем созна­нии они сме­ша­ют­ся – беда! Беда будет… («Пи!» – один раз.)

Нель­зя это­го допу­стить.

Нель­зя сут­ка­ми транс­ли­ро­вать без­лун­ную ночь! («Пи!!!» – два раза.)

День и солн­це важ­нее…

Лишь в этом слу­чае у нашей моло­де­жи будут не искрив­лен­ные, а чет­кие, свет­лые ори­ен­ти­ры.

Конкурс «Купель» стал поистине всенародным

Мам, как жаль, что тебя нет со мной. Но верю, что ты видишь, что зна­ешь…

В оче­ред­ной раз лите­ра­то­ры, биб­лио­те­ка­ри, педа­го­ги и РОНО дей­ство­ва­ли сооб­ща. Да, и РОНО… Это толь­ко ста­рик Хота­быч недо­уме­вал: «Я не знаю, кто такой этот Роно?» И если нам, всем вме­сте, уда­лось, как писал поэт Нико­лай Теп­лов, «чей-то взгляд ожи­вить, чью-то душу согреть и над пош­ло­стью чьей-то поста­вить кре­сты», зна­чит, ста­ра­лись не зря.

С почте­ни­ем скло­няя голо­ву пред талан­том Сер­гея Довла­то­ва, я не отва­жил­ся на сей раз вели­чать себя «писа­те­лем». Набрал на кла­ви­а­ту­ре «Алек­сандр Костю­нин» и заду­мал­ся… Дочь за спи­ной груст­но вздох­ну­ла:

– Пап, столь­ко лет рабо­ту най­ти не можешь… Ты стал «никем»!

Я несо­глас­но мол­чал…

И вдруг память под­ска­за­ла: Алек­сандр Сер­ге­е­вич Пуш­кин на вопрос «Где вы теперь слу­жи­те?» гор­до отве­тил: «Я чис­люсь по Рос­сии!» [7]

Вслед за пер­вым поэтом мыс­лен­но повто­рил:

– Я чис­люсь по Рос­сии! Поели­ку аз есмь.

И на этом поста­вил точ­ку.

20 мая 2012 года

Ваш Алек­сандр Костю­нин

P.S. Как заин­те­ре­со­вать кни­гой детей?!
Ува­жа­е­мые кол­ле­ги, ваше мне­ние и нара­бот­ки по дан­но­му вопро­су, были бы инте­рес­ны широ­кой ауди­то­рии. Поде­ли­тесь опы­том сво­им… 
При­гла­ша­ем вас при­нять уча­стие в дис­кус­сии.

Примечания

[1] Сер­гей Довла­тов, «Блеск и нище­та рус­ской лите­ра­ту­ры». — Нью-Йорк: «Новый аме­ри­ка­нец», 1982, № 111;
[2] Ман­дель­штам Надеж­да – Кни­га вто­рая «Без покро­ва, без слю­ды…»;
[3] А.С. Пуш­кин Ода «Воль­ность», 1817; опубл. 1856; в Рос­сии: 1880;
[4] автор Юрий Ван­ник;
[5] Тол­стой Л. Н. Полн. собр. соч., т. 66. с. 366.;
[6] Сти­хо­тво­ре­ние опуб­ли­ко­ва­но с раз­ре­ше­ния Юнны Пет­ров­ны Мориц;
[7] Алек­сандр Сер­ге­е­вич Пуш­кин в ответ на вопрос: «Где вы теперь слу­жи­те?» (в кон­це 1828 г.), по вос­по­ми­на­ни­ям «Ста­ро­го лице­и­ста» (опубл. 1880). Гес­сен С. Я., Мод­за­лев­ский Л. Б. Раз­го­во­ры Пуш­ки­на. – М., 1991, с. 138.


Алек­сандр Вик­то­ро­вич Костю­нин родил­ся в 1964 году в Рес­пуб­ли­ке Каре­лия. Там сей­час и про­жи­ва­ет. Член Сою­за писа­те­лей Рос­сии, фото­ху­дож­ник. За кни­гу «В купе­ли белой ночи» ему в 2008 году при­сво­е­но зва­ние лау­ре­а­та пре­мии име­ни А.И. Куп­ри­на с вру­че­ни­ем памят­но­го зна­ка «За вклад в рус­скую лите­ра­ту­ру» и зва­ние лау­ре­а­та пре­мии име­ни С.В. Михал­ко­ва в номи­на­ции «Луч­шая кни­га 2007 года» Рос­сии.

Если вы нашли ошиб­ку, пожа­луй­ста, выде­ли­те фраг­мент тек­ста и нажми­те Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Вы робот? *