Старик и мост

 ОЛЕГ МАСЛОВ 

«Сби­вать углы в короб­ках – боль­шое искус­ство. И к тому же тяже­лей­ший труд», – рас­суж­дал май­дан­щик Сухарь, лежа на верх­ней пол­ке. «Но с дру­гой сто­ро­ны… А что с дру­гой сто­ро­ны?»

Нет, он совсем не имел склон­но­сти к само­ана­ли­зу, был легок как воз­дух, но в эту ночь сон почему-то не имел над ним вла­сти, и Суха­рю ниче­го не оста­ва­лось делать, как пре­да­вать­ся бес­по­лез­ным раз­мыш­ле­ни­ям, слов­но какому-то фра­е­ру. Кста­ти, о фра­е­рах. Им-то хоро­шо, они-то сей­час слад­ко поса­пы­ва­ют, их не вол­ну­ет, что там за кра­со­ты скры­ва­ет ночь. А ты гля­ди в окно и выис­ки­вай в гущи ночи кра­со­ту.

Любуй­ся!

Ну вот небо. Небо чер­ное. Звез­ды совсем низ­ко, так и поще­ко­тал бы их брюш­ко. Огни, дале­кие огни. Стан­ции, кро­хот­ные дере­вень­ки. Кто там живет? Что там за люди? Они тоже ездят в поез­дах? Куда?

Поезд въе­хал на мост. Забле­сте­ла река. И вдруг Сухарь заме­тил старика-охранника с мел­ко­ка­ли­бер­ной вин­тов­кой. Сухарь даже тол­ком и не раз­гля­дел его, ста­рик про­мельк­нул и исчез.

Поезд тем вре­ме­нем дав­но пере­сек реку и вгры­зал­ся в кос­ма­тые пат­лы зем­ли. Спра­ва лес, сле­ва лес… и ника­ко­го наме­ка на суще­ство­ва­ние чело­ве­ка.

Сухарь вышел в там­бур поку­рить. Он все еще думал о ста­ри­ке. Вер­нее, мысль о ста­ри­ке теперь никак не поки­да­ла его. Ста­рик с вин­тов­кой и сей­час сто­ял у него перед гла­за­ми, но уже не на мосту, а пря­мо здесь, в там­бу­ре, улы­бал­ся и попы­хи­вал сига­рет­кой.

До само­го утра Сухарь не мог отвя­зать­ся от ста­ри­ка и толь­ко к утру ему открыл­ся смысл это­го нава­жде­ния. Неожи­дан­но для себя Сухарь понял, что ста­рик не важен ему сам по себе – ста­рик сим­во­ли­зи­ро­вал тягост­ное, бес­ко­неч­но дол­гое оди­но­че­ство. Сухарь уди­вил­ся само­му себе. «Но раз­ве каж­дый из нас не может являть­ся в чьих-то гла­зах неким сим­во­лом? Кто зна­ет, быть может, и я сим­во­ли­зи­рую что-то?»

Хотя уже было утро, и лохи зав­тра­ка­ли, раз­ло­жив на газет­ке хлеб, сыр и кол­ба­су, Сухарь не успо­ко­ил­ся и как бы невзна­чай выве­дал у кон­дю­ка, когда будет сле­ду­ю­щий мост, и с како­го бана туда про­ще все­го добрать­ся.

Кол­ту­ба­нов­ка. Назва­ние этой стан­ции ниче­го ему не гово­ри­ло, но наве­я­ло вос­по­ми­на­ния. До чего же при­чуд­ли­вы быва­ют назва­ния стан­ций! По назва­нию желез­но­до­рож­ной стан­ции мож­но дога­дать­ся или, хотя бы, пред­по­ло­жить, отку­да оно взя­то: от чело­ве­ка, реки, горо­да, села, но часто смысл назва­ния оста­ет­ся затем­нен­ным, поте­ряв­шись в беготне вре­ме­ни. Сколь­ко же их осе­ло у него в памя­ти! Пыта­ло­во, Пустош­ка, Удом­ля, Само­дед, При­юто­во, Обша­ров­ка, Кинель, Смыш­ля­ев­ка, Безы­мян­ка, Ржак­са, Валуй­ки… Вот она, поэ­ма его жиз­ни!

Через пол­ча­са Сухарь слез с поез­да, при­хва­тив с собой чужую дорож­ную сум­ку. Но посколь­ку поезд навсе­гда унес хозя­и­на, то сум­ка теперь была соб­ствен­но­стью Суха­ря, и он с хозяй­ским чув­ством рас­по­тро­шил ее, спря­тав­шись за вок­заль­ным туа­ле­том. Сум­ка была наби­та одеж­дой – вид­но, хозя­ин ехал дале­ко и надол­го, но одеж­да Суха­ря не инте­ре­со­ва­ла, он про­би­рал­ся вглубь, искал день­ги, кото­рые обыч­но пря­чут на самом дне. Одна­ко на дне денег как тако­вых не было, зато там был один из про­слав­лен­ных рома­нов Бори­са Аку­ни­на. Сухарь с побед­ным выра­же­ни­ем лица пере­ли­стал кни­гу, вынул несколь­ко крас­ных и зеле­ных бума­жек, а кни­гу бро­сил в урну.

В сущ­но­сти, Суха­рю боль­ше ниче­го не было нуж­но, доста­точ­но и того, что еще несколь­ко дней он будет чув­ство­вать себя вполне обес­пе­чен­ным чело­ве­ком, но по каким-то не вполне понят­ным при­чи­нам он решил во что бы то ни ста­ло добрать­ся до моста и пого­во­рить со ста­ри­ком, а Сухарь не сомне­вал­ся в том, что и этот мост, да и любой дру­гой мост охра­ня­ет точ­но такой же ста­рик с мел­ко­ка­ли­бер­ной вин­тов­кой.

«Непо­нят­но, что может быть обще­го у меня, чест­но­го вора, с дедом, охра­ня­ю­щим мост?» И будучи не в силах отве­тить на свой вопрос, Сухарь вну­шил себе мысль о том, что ему просто-напросто инте­рес­но узнать о жиз­ни это­го непри­мет­но­го чело­веч­ка, чье види­мое суще­ство­ва­ние длит­ся лишь секун­ды, чье лицо нико­гда не запо­ми­на­ет­ся, чья жизнь сокры­та от посто­рон­них глаз, но одна­жды он таин­ствен­ным обра­зом вхо­дит в твою жизнь – и с тех пор ты не можешь спать, не можешь есть, пока не про­ник­нешь в тай­ну его жиз­ни, пока не ста­нешь частью этой тай­ны. И тогда, быть может, тебе откро­ет­ся истин­ный смысл суще­ство­ва­ния это­го стран­но­го ста­ри­ка с мел­ко­ка­ли­бер­ной вин­тов­кой, сто­ро­жа­ще­го мост, что­бы тот не убе­жал.

– … Ну и вот, хожу я, зна­чит, по этой самой доро­ге, к это­му само­му мосту вот уже трид­цать лет. И зна­ешь, при­вык уже ко все­му. Дом у меня свой, ста­ру­ха, ско­ти­на, ого­род – все свое. Так я и живу себе спокойно-спокойно. Ничто не вол­ну­ет серд­ца, а что­бы дев­ка какая – ни-ни. А тут одна­жды, году в вось­ми­де­ся­том, стою как обыч­но на посту, поезд идет, все как обыч­но и вдруг смот­рю… боже ты мой… одна бабен­ка моло­дая свою грудь пря­мо в окно выста­ви­ла. Ей-богу, не вру. То ли спья­ну, то ли сду­ру, то ли еще чего – это уж не мое дело. Но выста­ви­ла, и попро­буй не заметь. А день был ясный-ясный. И небо такое чистое-чистое, как буд­то тря­поч­кой кто выли­зал. И вот пред­ставь себе: ни с того ни с сего жен­ская грудь – боль­шая, соч­ная, спе­лая, жаль толь­ко, что так быст­ро унес­лась, а то так бы и схва­тил­ся и не отпу­стил бы ни за что на све­те. Моло­дой был…

Сто­я­ла ночь. В при­вок­заль­ном буфе­те Сухарь щед­ро уго­щал старика-охранника, кото­рый утром чуть его не при­стре­лил, при­няв за зло­умыш­лен­ни­ка. Ста­рик был на ред­кость раз­го­вор­чи­вым, и Сухарь уже десять раз рас­ка­ял­ся в том, что увлек­ся этой глу­пой зате­ей. Но ста­рик все рас­ска­зы­вал и рас­ска­зы­вал, желая посвя­тить Суха­ря в самые сокро­вен­ные тай­ны сво­ей жиз­ни, как буд­то толь­ко и ждал, зате­рян­ный в пустыне ночи, что кто-нибудь най­дет его и потре­бу­ет отче­та о про­шлом. Так какой-нибудь древ­ний город, поко­я­щий­ся в глу­би­нах зем­ли, ждет не дождет­ся, когда его обна­ру­жат, изу­чат и сде­ла­ют досто­я­ни­ем тури­стов.

– …А я тем вре­ме­нем решил: наста­ла пора совер­шить что-то вели­кое… серьез­но гово­рю… как уви­дел эту грудь, то все… места себе не мог най­ти… жизнь так и пере­вер­ну­лась… и голос изнут­ри покоя не дает: сде­лай что-нибудь вели­кое, сде­лай что-нибудь вели­кое… а что я могу сде­лать?.. ну сам посу­ди… с моим-то обра­зо­ва­ни­ем… с моим ску­до­уми­ем… ну что я могу совер­шить вели­ко­го? Да ниче­го… ниче­го… и сно­ва я буду ходить к это­му мосту, по той же доро­ге… и сно­ва буду вгля­ды­вать­ся вдаль… на что-то наде­ять­ся… но нико­гда, нико­гда я боль­ше не уви­жу этой пре­крас­ной гру­ди… так и помру, зна­чит, не совер­шив ниче­го вели­ко­го… нет, была у меня одна мыс­лиш­ка… поезд лета­ю­щий постро­ить… поезд лета­ю­щий, а!.. это ж какая эко­но­мия в целом по стране… да и гарь вся будет на небо ухо­дить, а не в зем­лю… я все обду­мал, все… и чер­те­жи нари­со­вал, и желе­за со свал­ки натас­кал… но тут нача­лась пере­строй­ка… пом­нишь, да?..

И тут лицо ста­ри­ка, кажет­ся, поми­мо его воли сде­ла­лось серьез­ным и он спро­сил Суха­ря:

– Сынок, а ты чем зани­ма­ешь­ся?

– Ворую, батя.

Ста­рик пони­ма­ю­ще кив­нул, выпил пол­ста­ка­на без закус­ки и выдох­нул:

– Все вору­ют. Вре­мя такое.

Сухарь огля­нул­ся вокруг – кон­ту­ры людей были сма­за­ны, зву­ки поте­ря­лись, запах вок­заль­но­го буфе­та стал душить его.

Сухарь встал из-за сто­ла, пошат­нул­ся и пошел к выхо­ду. Ста­рик уже спал. Его голо­ва поко­и­лась на сто­ле сре­ди остат­ков закус­ки и пустых буты­лок из-под вод­ки, вина, пива.

Сухарь обер­нул­ся. Лицо ста­ри­ка было спо­кой­ным, бла­жен­ным и почти про­свет­лен­ным. Сухарь пред­ста­вил, как еще много-много дней и ночей ста­рик будет сто­ять на сво­ем посту, будет ждать поез­да, еще на что-то наде­ясь… А потом ста­рик умрет, и никто нико­гда о нем не узна­ет…

Жизнь.

Объ­яви­ли посад­ку на элек­трич­ку.

«Еще успею», – поду­мал Сухарь и при­ба­вил шагу.

2002 г.


Олег Алек­сан­дро­вич Мас­лов родил­ся в 1976 году в горо­де Сафо­но­во Смо­лен­ской обла­сти. В 1977 году семья пере­еха­ла в Орен­бург. В 1993 году окон­чил шко­лу, а в 2002-м – эко­но­ми­че­ский факуль­тет Орен­бург­ско­го фили­а­ла Совре­мен­но­го гума­ни­тар­но­го инсти­ту­та. Сей­час рабо­тет в «Орен­бург­ской газе­те». Его рас­ска­зы пуб­ли­ко­ва­лись в газе­тах «Орен­бург­ские губерн­ские ведо­мо­сти», «Орен­бург­ский уни­вер­си­тет», аль­ма­на­хе «Баш­ня» (2002), жур­на­ле «Вра­та Сиби­ри». Участ­ник Все­рос­сий­ско­го сове­ща­ния моло­дых писа­те­лей в Иши­ме Тюмен­ской обла­сти в мае 2003 года. В октяб­ре 2003 года в серии «Авто­граф» вышла его пер­вая кни­га «При­ду­ман­ный мир».

Если вы нашли ошиб­ку, пожа­луй­ста, выде­ли­те фраг­мент тек­ста и нажми­те Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Вы робот? *