Большие планы

 АНТОН ГОРЫНИН 

В СТУДИИ радио­стан­ции «Сло­ва и Музы­ка FM», несмот­ря на позд­ний час, было искус­ствен­но свет­ло и нату­раль­но сует­но. Не выклю­ча­ли свет и суе­ти­лись здесь все­го два чело­ве­ка: звез­да радио­эфи­ра, мате­рый интер­вью­ер Сер­гей Иса­ев и зву­ко­опе­ра­тор, а заод­но студентка-журналистка-практикантка Настень­ка. Девуш­ка была столь мило­вид­на и мала ростом, что назвать ее Ана­ста­си­ей или даже Настей ни у кого не пово­ра­чи­вал­ся язык.

Пока в радио­эфи­ре лилась спо­кой­ная, вполне себе вечер­няя музы­ка, что-то вро­де мод­но­го чил­ла­у­та, Настень­ка раз­ли­ва­ла мине­раль­ную воду по бока­лам с сим­во­ли­кой радио­стан­ции, а Сер­гей Иса­ев пере­чи­ты­вал тща­тель­но состав­лен­ные им самим вопро­сы сего­дняш­не­му гостю эфи­ра – моло­до­му, но уже чрез­вы­чай­но вос­тре­бо­ван­но­му акте­ру теат­ра и кино Вла­ду Кра­со­виц­ко­му…

* * *

Анна Михай­лов­на при­шла на, пря­мо ска­жем, нелю­би­мую рабо­ту, как все­гда, ров­но за пят­на­дцать минут до ого­во­рен­но­го с руко­вод­ством вре­ме­ни. Посколь­ку вве­рен­ный ей этаж офис­но­го поме­ще­ния весь день топ­та­ли раз­ные и, что самое непри­ят­ное, мно­го­чис­лен­ные люди, уби­рать­ся Анна Михай­лов­на долж­на была каж­дый день позд­но вече­ром – аж с один­на­дца­ти часов и… пока всё не будет бле­стеть, по выра­же­нию хозя­и­на офис­но­го зда­ния, как у кота за пазу­хой. Утрен­нюю кол­ле­гу Анны Михай­лов­ны недав­но уво­ли­ли в целях опти­ми­за­ции рабо­ты пер­со­на­ла, обслу­жи­ва­ю­ще­го офис­ное зда­ние.

Анна Михай­лов­на вышла из раз­де­вал­ки пере­оде­той в кра­си­вую, эсте­ти­че­ски выве­рен­ную уни­фор­му. Ее путь теперь лежал в под­соб­ку – за шваброй и вед­ром. Дер­жа этот путь к инвен­та­рю, Анна Михай­лов­на смот­ре­ла исклю­чи­тель­но на пол и дума­ла: «Сего­дня еще ниче­го, на улице-то посу­ше сего­дня, а то вчера-то мок­ро было, вот и насле­ди­ли… Но сего­дня нор­маль­но еще».

* * *

Сер­гей Иса­ев сел в крес­ло перед мик­ро­фо­ном, малень­кая и невы­но­си­мо оча­ро­ва­тель­ная в сво­ей лег­ко­сти Настень­ка при­зем­ли­лась воз­ле неболь­шо­го радий­но­го пуль­та.

– А он песен­ки свои при­не­сет, ска­зал, да? – спро­сил Настень­ку постав­лен­ным самой при­ро­дой голо­сом Иса­ев.

– Да, Сер­гей Сер­ге­е­вич, – сво­им муль­тяш­ным голо­сом отве­ча­ла Настень­ка. – Обе­щал, но если что, они все рав­но уже в Интер­не­те появи­лись. Я ска­ча­ла.

Сер­гей Сер­ге­е­вич улыб­нул­ся.

– С такой преду­смот­ри­тель­но­стью дале­ко пой­дешь.

Настень­ка улыб­ну­лась в ответ и тут же вспом­ни­ла, что удач­ное заму­же­ство ее инте­ре­со­ва­ло все-таки боль­ше, чем буду­щая карье­ра. Хотя, воз­мож­но, опыт­ный веду­щий гово­рил вовсе не о карье­ре.

Сме­нив при­вет­ли­вое выра­же­ние лица на строго-рабочее, Настень­ка наде­ла на свою в пря­мом и пере­нос­ном смыс­ле свет­лую голо­ву науш­ни­ки, дабы послу­шать, все ли в поряд­ке со зву­ком в эфи­ре. Эфир, конеч­но, транс­ли­ро­вал­ся и в сту­дий­ные колон­ки, но науш­ни­ки – это науш­ни­ки.

* * *

АННА МИХАЙЛОВНА наде­ла на руки оран­же­вые, как миро­воз­зре­ние малень­ко­го ребен­ка, рези­но­вые пер­чат­ки, затем в одну руку взя­ла вед­ро, в дру­гую шваб­ру и пошла в сто­ро­ну лиф­та.

Про­хо­дя мимо каби­не­тов с раз­ны­ми таб­лич­ка­ми, Анна Михай­лов­на обра­ща­ла вни­ма­ние на нали­чие полос­ки све­та под две­ря­ми, что­бы выяс­нить, сколь­ко еще наро­ду оста­лось на эта­же. Две­рей с полос­ка­ми све­та вни­зу ока­за­лось немно­го, что Анну Михай­лов­ну пора­до­ва­ло – зна­чит, осо­бо не натоп­чут до утра.

* * *

– Настень­ка, а тебе он нра­вит­ся? – обра­тил­ся Сер­гей Иса­ев к моло­дой кол­ле­ге.

Настень­ка сде­ла­ла вид, что не поня­ла, о ком речь.

– Гость наш сего­дняш­ний – как он тебе? Ты мно­го чего с ним виде­ла навер­ня­ка. Это я уже ста­рый для всех этих сери­а­лов…

– Он не толь­ко в сери­а­лах играл, – стро­го отве­ти­ла Настень­ка. – Он и в теат­ре игра­ет, и в автор­ском кино сни­ма­ет­ся.

Сер­гей Сер­ге­е­вич искренне уди­вил­ся, пото­му что видел во Вла­де Кра­со­виц­ком толь­ко бога­тую внеш­нюю фак­ту­ру и боль­ше ниче­го, ника­ких по-настоящему актер­ских дан­ных.

– А что он в теат­ре игра­ет – Гам­ле­та? – спро­сил он у явно более осве­дом­лен­ной кол­ле­ги.

Настень­ка нахму­ри­лась:

–  Поче­му сра­зу Гам­ле­та?..

– Не знаю,  – пожал пле­ча­ми Иса­ев и взгля­нул на сту­дий­ные часы. – Уж пол­ночь на дво­ре, а Вла­ди­ка все нет. Ско­ро зво­нить нач­ну. Прав­да, у меня толь­ко теле­фон его аген­та…

* * *

Анна Михай­лов­на все­гда начи­на­ла убор­ку с пло­щад­ки воз­ле лиф­та и отту­да про­дви­га­лась в дру­гой конец кори­до­ра. На очи­сти­тель­ном пути Анны Михай­лов­ны было пят­на­дцать каби­не­тов – офи­сов, в кото­рые она долж­на была загля­нуть со шваброй в обя­за­тель­ном поряд­ке. И туа­лет. Оби­та­те­ли осталь­ных пяти поме­ще­ний то ли сами уби­ра­лись, то ли про­сто эко­но­ми­ли на убор­щи­це, уто­пая в гря­зи. Анна Михай­лов­на скло­ня­лась к послед­ней вер­сии.

Когда Анна Михай­лов­на сде­ла­ла несколь­ко пер­вых раз­ма­зы­ва­ю­щих дви­же­ний шваброй, откры­лись две­ри лиф­та и из каби­ны выско­чил высо­кий сим­па­тич­ный моло­дой чело­век, пах­ну­щий доро­гой туа­лет­ной водой, и тут же спо­ткнул­ся о шваб­ру, задел убор­щи­цу лок­тем и чуть не упал.

– Ой, про­сти­те, пожа­луй­ста, – тут же после­до­вал при­ят­ный густой бари­тон.

– Чуть не убил, – бурк­ну­ла Анна Михай­лов­на и тут же поду­ма­ла про себя: «Чего ска­кать… моло­дой еще – все успе­ешь».

Но сим­па­тич­ный моло­дой чело­век в неброс­кой одеж­де уже мчал­ся даль­ше, в сто­ро­ну две­ри с таб­лич­кой «Радио Сло­ва и Музы­ка FM». Это был Влад Кра­со­виц­кий.

* * *

СТУДИЙНАЯ дверь откры­лась, и длин­но­но­гая офис-менеджер ука­за­ла худень­кой рукой Вла­ду Кра­со­виц­ко­му на место гостя воз­ле мик­ро­фо­на. Влад кив­нул, ска­зал «спа­си­бо» и как-то недву­смыс­лен­но пере­гля­нул­ся с офис-менеджером. Воз­мож­но, зна­ме­ни­тый холо­стой актер и раз­ве­ден­ная дол­го­нож­ка обме­ня­лись бы еще парой-тройкой недву­смыс­лен­ных взгля­дов, но вни­ма­ние Вла­да отвлек подо­шед­ший к нему Сер­гей Иса­ев. Радио­ве­ду­щий от всей души пожал Вла­ду Кра­со­виц­ко­му руку и повел его к госте­во­му крес­лу.

Настень­ка же стро­го посмот­ре­ла вслед ухо­дя­щей на длин­ных ногах офис-менеджеру. Надо ска­зать, что взгляд мини­а­тюр­ной, белой и раз­ве что не пуши­стой сту­дент­ки Настень­ки вооб­ще ста­но­вил­ся по-настоящему страш­ным, когда она смот­ре­ла на потен­ци­аль­ных кон­ку­рен­ток.

– Вы, Влад, пря­мо как экс­пресс, – гово­рил Иса­ев, уса­жи­ва­ясь на место веду­ще­го.

– В самом деле? – спро­сил Влад, пока его гла­за иска­ли боль­шие сту­дий­ные часы. Он знал, что в каж­дой радио­сту­дии такие есть – либо элек­трон­ные, либо меха­ни­че­ские.

– Еще минут­ка – и эфир, – ска­за­ла Настень­ка и мило улыб­ну­лась Вла­ду Кра­со­виц­ко­му. – Вам чай или кофе?

– Спа­си­бо, кофе, если мож­но. У меня еще ноч­ная съем­ка сего­дня, прям от вас и поеду.

– Здо­ро­во! – то ли искренне, то ли любез­но ска­за­ла Настень­ка, направ­ля­ясь к кофе-машине.

* * *

Во вре­мя выпол­не­ния зна­ко­мо­го до боли в суста­вах набо­ра меха­ни­че­ских дей­ствий – убор­ки офис­ных поме­ще­ний – Анна Михай­лов­на име­ла обык­но­ве­ние ухо­дить в соб­ствен­ные мыс­ли. Дума­ла пяти­де­ся­ти­де­вя­ти­лет­няя жен­щи­на о мно­гом. По сути, каж­дая, даже самая незна­чи­тель­ная мысль ее была весь­ма и весь­ма глу­бо­ка.

Сна­ча­ла Анна Михай­лов­на поду­ма­ла о сыне, потом о доче­ри, но через пару мгно­ве­ний вер­ну­лась к мыс­лям о сыне. Сын у нее был более непу­те­вым, чем дочь. Он сидел за нар­ко­ту. Срок неболь­шой – пой­ма­ли с несколь­ки­ми грам­ма­ми тра­вы, про­да­вать не про­да­вал, про­сто взял в кои-то веки для соб­ствен­но­го упо­треб­ле­ния, про­сто попро­бо­вать. По край­ней мере, он сам так рас­ска­зы­вал. Когда Анна Михай­лов­на спро­си­ла сво­е­го бедо­во­го сына, зачем он это сде­лал, сын, ни секун­ды не раз­ду­мы­вая и даже улыб­нув­шись, отве­тил маме:

- В жиз­ни надо все попро­бо­вать.

- Всё? – пере­спро­си­ла его тогда Анна Михай­лов­на.

- Да. Мало ли, вдруг зав­тра поды­хать, а я не знаю, как это – поку­рить тра­вы.

Так вот Анна Михай­лов­на заду­ма­лась на этот раз о сло­во­со­че­та­нии «зав­тра поды­хать». Поче­му «зав­тра»? И поче­му «поды­хать», а не «поми­рать»? Да, «поми­рать» зву­чит кра­си­вее… Но, «поды­хать», пожа­луй, более пра­виль­но в отно­ше­нии тако­го мерз­ко­го суще­ства, как чело­век…

Анна Михай­лов­на уди­ви­лась соб­ствен­ной мизан­тро­пии, когда дошла до восемь­сот седь­мо­го каби­не­та. Здесь она обыч­но ухо­ди­ла менять воду.

* * *

Глу­бо­ко­ве­чер­ний раз­го­вор­ный радио­эфир длил­ся уже десять минут. Влад Кра­со­виц­кий то и дело погля­ды­вал на сту­дий­ные часы, доб­ро­со­вест­ная Настень­ка сле­ди­ла за при­бо­ра­ми, хотя мало что в них пони­ма­ла. А Сер­гей Иса­ев про­дол­жал свер­лить сво­им жур­на­лист­ским взгля­дом звезд­но­го собе­сед­ни­ка.

– Я ведь пер­вые два кур­са «Щуки», откро­вен­но гово­ря, так ска­жем, про­гу­лял, про­ма­ял­ся дурью, – рас­ска­зы­вал Влад Кра­со­виц­кий. – Толь­ко на тре­тьем кур­се, когда меня чуть, про­сти­те, не вышиб­ли, стал зани­мать­ся… И вот тогда я по-настоящему влю­бил­ся в актер­скую про­фес­сию. Это воз­мож­ность за одну жизнь про­жить еще мно­же­ство раз­ных жиз­ней…

Сер­гей Иса­ев чуть при­щу­рил­ся. Это был его корон­ный мими­че­ский жест, кото­рый слу­чал­ся сам собой.

– Но посту­пить в теат­раль­ный вуз – дело непро­стое, тем более вы при­е­ха­ли из про­вин­ции, у вас не было «мох­на­той лапы», как я пони­маю…

– Да-да, я до сих пор не пони­маю, как я посту­пил, но, види­мо, так было угод­но судь­бе.

Здесь Влад Кра­со­виц­кий заду­мал­ся и в тече­ние несколь­ких секунд его «мха­тов­ской» пау­зы, пожа­луй, черес­чур пра­виль­ным лицом акте­ра любо­ва­лась забыв­шая о при­бо­рах Настень­ка. Опыт­ный интер­вью­ер Иса­ев, зная цену подоб­ным пау­зам в ходе раз­го­во­ра, так­тич­но мол­чал.

Нако­нец, извест­ный актер про­дол­жил:

– Пони­ма­е­те, мне послед­нее вре­мя все кажет­ся, что я мно­гое упус­каю, и я ста­ра­юсь боль­ше успеть и в про­фес­сии, и в жиз­ни. Меня как буд­то кто-то под­го­ня­ет… Хотя я еще, в общем, моло­дой чело­век…

Почув­ство­вав, что ста­но­вит­ся слиш­ком откро­вен­ным, Влад замол­чал и стро­го посмот­рел сна­ча­ла на Иса­е­ва, затем на Настень­ку, дав таким обра­зом понять, что с этой темой пора закан­чи­вать.

Сер­гей Иса­ев бро­сил взгляд на сту­дий­ные часы и ска­зал мик­ро­фо­ну:

– Это заме­ча­тель­но, что моло­дой чело­век ста­ра­ет­ся успеть как мож­но боль­ше. Обыч­но ощу­ще­ние конеч­но­сти жиз­ни при­хо­дит в гораз­до более позд­нем воз­расте. Напо­ми­наю, что у нас в гостях этим вече­ром извест­ный актер теат­ра и кино, при­ят­ный собе­сед­ник Вла­ди­слав Кра­со­виц­кий. Вер­нем­ся к нашей бесе­де через пару-тройку минут.

Лег­ки­ми дви­же­ни­я­ми мини­а­тюр­ной руки Настень­ка отклю­чи­ла мик­ро­фо­ны и выве­ла в эфир неесте­ствен­но бод­рый джин­гл, воз­ве­ща­ю­щий о нача­ле реклам­ной пау­зы.

– Толь­ко не Вла­ди­слав, а Влад, я вас про­шу, – обра­тил­ся Влад Кра­со­виц­кий к Иса­е­ву и Настень­ке одно­вре­мен­но.

Настень­ка улыб­ну­лась и тут же спря­та­ла гла­за в ком­пью­тер­ном мони­то­ре. Сер­гей Сер­ге­е­вич удив­лен­но под­нял бро­ви.

– Полное-то имя Вла­ди­слав?

– Да, но Влад Кра­со­виц­кий – это уже бренд такой, пони­ма­е­те?

Веду­щий пожал пле­ча­ми.

– Как ска­же­те.

* * *

…Сме­нив воду, Анна Михай­лов­на, чуть пере­ва­ли­ва­ясь с ноги на ногу (суста­вы!), с вед­ром в руке вер­ну­лась к восемь­сот седь­мо­му каби­не­ту. За ее спи­ной щелк­нул замок, и с дет­ства бди­тель­ная убор­щи­ца обер­ну­лась. Из восемь­сот пято­го каби­не­та – одно­го из немно­гих с полос­кой све­та под две­рью – вышел сотруд­ник реклам­ной ком­па­нии Лапин. Закры­вая каби­нет, Лапин при­вет­ствен­но кив­нул Анне Михай­ловне.

– Здрас­ь­те, – ска­за­ла Анна Михай­лов­на. – Сно­ва допозд­на?

Улыб­ка Лапи­на замет­но погруст­не­ла.

– Да, так полу­ча­ет­ся, – отве­тил он еле слыш­но и напра­вил­ся в сто­ро­ну лиф­та.

«Вся жизнь на рабо­те… И не жал­ко ее, жизнь-то? Она ведь про­хо­дит – и всё», – дума­ла Анна Михай­лов­на, про­во­жая взгля­дом ухо­дя­ще­го вдаль Лапи­на.

* * *

БОДРЫЙ джин­гл сме­ни­ла в эфи­ре рит­мич­ная инстру­мен­таль­ная музы­ка, гром­кость кото­рой прак­ти­че­ски сра­зу после вклю­че­ния пошла на убыль – это Настень­ка в сво­ей зву­ко­опе­ра­тор­ской ипо­ста­си вер­ну­ла радио­слу­ша­те­лей из реклам­ной пау­зы к вечер­ней радио­бе­се­де извест­но­го веду­ще­го Сер­гея Иса­е­ва и попу­ляр­но­го акте­ра Вла­да Кра­со­виц­ко­го. Сту­дий­ная таб­лич­ка «On air» вспых­ну­ла крас­ным цве­том, веду­щий подви­нул­ся побли­же к мик­ро­фо­ну и заго­во­рил:

– Еще раз при­вет­ствую всех на вол­нах радио «Сло­ва и Музы­ка FM». Сего­дня в каче­стве ноч­но­го гостя у нас заме­ча­тель­ный моло­дой актер, звез­да сери­а­ла «Бой­ня», таких филь­мов, как лидер рос­сий­ско­го про­ка­та «Пал­ки 3», и почти лау­ре­ат Золо­той паль­мо­вой вет­ви за фильм «Зима будет веч­ной». Мы вот, доро­гие радио­слу­ша­те­ли, во вре­мя реклам­ной пау­зы нача­ли с Вла­дом раз­го­вор о том, как все-таки мно­го наш гость успел сде­лать за два­дцать пять лет сво­ей жиз­ни…

– Два­дцать семь, – тут же попра­вил интер­вью­е­ра Влад Кра­со­виц­кий.

Настень­ка удив­лен­но под­ня­ла свои хоро­шо сде­лан­ные бро­ви. Сер­гей Иса­ев взял­ся за ком­пью­тер­ную мышь и вер­нул­ся к уже откры­той стра­ни­це Вла­да Кра­со­виц­ко­го в «Вики­пе­дии» – про­стить такой ошиб­ки в пря­мом эфи­ре он себе не мог.

– А в сети Интер­нет дру­гая инфор­ма­ция: два­дцать пять вам, – ска­зал Иса­ев, чуть ли не оправ­ды­ва­ясь.

– Как гово­рят, на забо­ре тоже мно­го чего напи­са­но, – отве­тил на это Влад Кра­со­виц­кий.

Веду­щий соглас­но кив­нул.

– Да уж. Как вы, кста­ти, отно­си­тесь к клу­бу два­дца­ти семи? – спро­сил он гостя неожи­дан­но для само­го себя.

Влад Кра­со­виц­кий пожал пле­ча­ми.

– Печаль­ное явле­ние.

– Вам тоже два­дцать семь, как мы толь­ко что выяс­ни­ли, и вы тоже име­е­те отно­ше­ние к музы­ке, о чем мы еще пого­во­рим чуть поз­же.

Влад Кра­со­виц­кий нахму­рил­ся и зачем-то потро­гал ста­кан с водой.

– Я на самом деле не счи­таю, что сде­лал очень мно­го, – ска­зал он после секунд­ной пау­зы. – Про­сто, посколь­ку я чело­век пуб­лич­ный, вся моя дея­тель­ность на виду, так ска­зать.

– Согла­сен, – ска­зал Иса­ев. – Пуб­лич­ный чело­век, гово­рят, вооб­ще про­фес­сия отдель­ная. Но я все же, изви­ни­те, про­дол­жу тему. Вы не бои­тесь, что всё вот так в один момент может закон­чить­ся для вас?

Влад Кра­со­виц­кий сно­ва нахму­рил­ся и неслыш­но отхлеб­нул кофе из малень­кой чаш­ки.

Сер­гей Иса­ев про­дол­жал сма­ко­вать явно несвое­вре­мен­ную и непри­ят­ную для моло­до­го и успеш­но­го твор­ца тему:

– Я не гово­рю о смер­ти, а вооб­ще о каких-то обсто­я­тель­ствах, кото­рые все рав­но силь­нее нас. Вы вооб­ще вери­те в судь­бу?

– В судь­бу… – Влад Кра­со­виц­кий непод­дель­но заду­мал­ся. – Пожа­луй, что верю, но вме­сте тем и боюсь ее.

– Бои­тесь?

– Да, боюсь как раз того, о чем вы гово­ри­те, того, что есть вещи, на кото­рые мы не можем повли­ять. И поэто­му, открою вам сек­рет, я решил… так ска­жем, зажить более серьез­ной жиз­нью.

Здесь Влад Кра­со­виц­кий мно­го­зна­чи­тель­но взгля­нул на Настень­ку, кото­рая пона­ча­лу сму­щен­но опу­сти­ла гла­за, но тут же, слов­но опом­нив­шись, награ­ди­ла моло­до­го чело­ве­ка таким же мно­го­зна­чи­тель­ным взгля­дом.

– У меня репу­та­ция тако­го… гуля­ки, при­вер­жен­ца лег­ких отно­ше­ний, что ли. Но теперь я хочу женить­ся, заве­сти семью, – ска­зал Влад Кра­со­виц­кий и несколь­ко кар­тин­но замол­чал.

Сер­гей Иса­ев одоб­ри­тель­но пока­чал голо­вой.

– Пони­маю. Зна­чит, сей­час вы в актив­ном поис­ке?

– Если чест­но, да, – отве­тил Влад.

– Ну так давай­те озву­чим кри­те­рии.

Наби­рая воз­дух в лег­кие для выда­чи сле­ду­ю­ще­го отве­та, Влад Кра­со­виц­кий уже откро­вен­но уста­вил­ся на Настень­ку.

– Кри­те­рии… Каких-то осо­бых кри­те­ри­ев нет. Она долж­на быть сим­па­тич­ной, блон­дин­кой, но необя­за­тель­но пуши­стой.

Настень­ка маши­наль­но потро­га­ла свои воло­сы и улыб­ну­лась Вла­ду. Эпи­зо­дик про­шел мимо Сер­гея Сер­ге­е­ви­ча, кото­рый смот­рел в это вре­мя в мони­тор ком­пью­те­ра.

– Ясно: джентль­ме­ны по-прежнему пред­по­чи­та­ют блон­ди­нок, – ска­зал он, про­дол­жая смот­реть на экран. – Вот тут уже пер­вые сооб­ще­ния от слу­ша­те­лей, точ­нее от слу­ша­тель­ниц, пошли. Спра­ши­ва­ют, как с вами свя­зать­ся.

Влад Кра­со­виц­кий пере­вел взгляд на веду­ще­го.

– Я есть в соци­аль­ных сетях.

Иса­ев ухмыль­нул­ся.

– Ну вы же пони­ма­е­те, что вас сей­час поклон­ни­цы одо­ле­ют…

– Да, но не хоте­лось бы про­сто так давать надеж­ду.

– Как же так? – уди­вил­ся веду­щий. – Мы же толь­ко что озву­чи­ли кри­те­рии…

– Все вер­но, но я при­вык делать жиз­нен­ный выбор быст­ро.

Про­из­но­ся послед­ние несколь­ко слов, Влад Кра­свиц­кий еще раз взгля­нул на Настень­ку, а буду­щая жур­на­лист кокет­ли­во опу­сти­ла гла­за, и этот эпи­зод без вни­ма­ния Сер­гея Иса­е­ва уже не остал­ся. Сле­ду­ю­щую репли­ку он про­из­нес, как бы пере­клю­чая вни­ма­ние моло­дых людей на себя.

– А сей­час мы позна­ко­мим­ся еще с одной ипо­ста­сью Вла­да Кра­со­виц­ко­го – музы­каль­ной. Но преж­де чем пого­во­рить об этом, послу­ша­ем пес­ню, кото­рая уже вовсю бороз­дит про­сто­ры радио- и теле­эфи­ров.

Иса­ев бро­сил взгляд на Настень­ку, Настень­ка нажа­ла малень­ким ука­за­тель­ным паль­чи­ком пра­вой руки кноп­ку «play» и под­ня­ла ползунок-фейдер вверх – радио­эфир запо­ло­ни­ла вити­е­ва­тая, но, в общем, неслож­ная мело­дия, испол­нен­ная на кла­ви­шах.

Настень­ка улыб­ну­лась Сер­гею Сер­ге­е­ви­чу и Вла­ду.

– Моя люби­мая, – ска­за­ла она, гля­дя в гла­за моло­дой звез­де. – Хотя мне все нра­вят­ся.

Влад Кра­со­виц­кий улыб­нул­ся девуш­ке в ответ.

– Эх, где мои сем­на­дцать лет… – вздох­нул Сер­гей Иса­ев.
Я сги­ну в радио­вол­нах,
Засты­ну в радио­вол­нах,
Остав­лю в этой тишине тебя одну…

Так вкрад­чи­во пел в колон­ках и науш­ни­ках голос Вла­да Кра­со­виц­ко­го.

* * *

МЫТЬЁ туа­ле­та Анна Михай­лов­на все­гда остав­ля­ла на потом. Мно­гие люди начи­на­ют рабо­ту с само­го слож­но­го, а вот Анна Михай­лов­на наобо­рот – самое непри­ят­ное остав­ля­ла напо­сле­док. Поче­му, и сама не зна­ла. Навер­ное, пото­му, что убор­ка сор­ти­ра вос­при­ни­ма­лась ею как куль­ми­на­ция убор­ки в целом.

Смы­вая чистя­щее сред­ство в послед­нем из доб­ро­со­вест­но почи­щен­ных уни­та­зов, Анна Михай­лов­на дума­ла такую мысль: чело­век видит собы­тие, упо­треб­ля­ет его, пере­ва­ри­ва­ет и, в кон­це кон­цов, от собы­тия, каким бы оно не было важ­ным или не очень важ­ным, не оста­ет­ся ниче­го, а то, что было, про­сто сли­ва­ет­ся в кана­ли­за­цию вре­ме­ни. И всё.

Мыс­ли тако­го рода посе­ща­ли Анну Михай­лов­ну отто­го, что она счи­та­ла свою жизнь про­шед­шей зря. Ведь она за свои почти шесть­де­сят лет не сде­ла­ла ниче­го из того, чего бы дей­стви­тель­но хоте­ла. А муж, дети – это муж и дети, не боль­ше и не мень­ше. Про­шла жизнь про­сто так. А вдруг жизнь у чело­ве­ка и вправ­ду одна и дру­гой не будет?

Анна Михай­лов­на вста­ла перед зер­ка­лом, вися­щим над рако­ви­ной, и при­сталь­но посмот­ре­ла на себя. От уви­ден­но­го ей тут же захо­те­лось скрыть­ся, и она опу­сти­ла гла­за вниз, в пол, кото­рый пока­зал­ся ей гряз­нее обыч­но­го. «Надо несколь­ко раз прой­тись, швабра-то есть, не на колен­ках пол­зать», – поду­ма­ла Анна Михай­лов­на и ста­ла наби­рать воду в вед­ро.

* * *

– Ваше люби­мое заня­тие? – про­та­ра­то­рил даже без вопро­си­тель­ной инто­на­ции Сер­гей Иса­ев.

– Моя про­фес­сия, – ни на секун­ду не заду­мы­ва­ясь, отве­тил Влад Кра­со­виц­кий.

– Чего вы боль­ше все­го бои­тесь?

– Ста­ро­сти.

– Как вы хоте­ли бы уме­реть?

– Вне­зап­но.

Сер­гей Иса­ев выдер­жал корот­кую пау­зу и сно­ва заго­во­рил:

– Это был Влад Кра­со­виц­кий, спа­си­бо боль­шое, ждем новых песен, филь­мов и спек­так­лей.

– Спа­си­бо. Уве­рен: все самое инте­рес­ное впе­ре­ди, пла­ны у меня боль­шие, – ска­зал Влад Кра­со­виц­кий, выпря­мил спи­ну и едва удер­жал­ся от того, что­бы не потя­нуть­ся.

– Отлич­но. Еще раз спа­си­бо, все­го доб­ро­го, – ска­зал Сер­гей Сер­ге­е­вич в мик­ро­фон и тоже выпря­мил­ся.

 
ТАБЛИЧКА «On Air» погас­ла. Сер­гей Иса­ев, Влад Кра­со­виц­кий и Настень­ка сня­ли науш­ни­ки и пере­гля­ну­лись друг с дру­гом. Веду­щий встал и про­тя­нул руку Кра­со­виц­ко­му. Влад тоже встал с крес­ла и пожал руку Сер­гею Сер­ге­е­ви­чу.

– При­ят­но было позна­ко­мить­ся и пооб­щать­ся, при­хо­ди­те к нам еще, – ска­зал Иса­ев.

– Вза­им­но, – отве­тил Влад и оки­нул взгля­дом малень­кую уют­ную эфир­ную радио­сту­дию. – У вас здесь мило очень, зови­те еще, при­ду обя­за­тель­но.

После этих слов Влад Кра­со­виц­кий про­тя­нул руку Настень­ке. Настень­ка пода­ла свою руч­ку акте­ру так, буд­то он соби­рал­ся ее поце­ло­вать.

Поце­луй заме­ни­ло почему-то очень креп­кое руко­по­жа­тие.

– Еще раз спа­си­бо. Счаст­ли­во, – ска­зал Влад, гля­дя Настень­ке пря­мо в гла­за.

Не знав­шая до сего момен­та настоль­ко креп­ко­го муж­ско­го при­кос­но­ве­ния Настень­ка не смог­ла вымол­вить ни сло­ва в ответ.

Ска­зав что-то про ноч­ные съем­ки, на кото­рые он уже опаз­ды­ва­ет, Влад быст­ро скрыл­ся за сту­дий­ной две­рью. Настень­ка посмот­ре­ла на свою рас­крас­нев­шу­ю­ся то ли от сму­ще­ния, то ли от необы­чай­но креп­ко­го руко­по­жа­тия ладо­шку. На ней лежал малень­кий листок с две­на­дца­тью циф­ра­ми и под­пи­сью: «Влад К.».
* * *

Влад Кра­со­виц­кий пулей выле­тел из офи­са радио­стан­ции «Сло­ва и Музы­ка FM», на ходу он раз­го­ва­ри­вал по теле­фо­ну со сво­им аген­том:

– Ну бегу-бегу, доеду быст­ро. Нет, я на сво­ей… Про­сто тут, я думал, на пол­ча­са, ока­за­лось, на час…

Взгляд Вла­да заце­пи­ла дверь с над­пи­сью «WC».

– Всё, давай, ско­ро буду. Подо­ждут! Звез­да я или где?!

Спря­тав труб­ку, актер напра­вил­ся в туа­лет.

Обще­ствен­ные пис­су­а­ры Влад Кра­со­виц­кий, интро­верт в душе, нико­гда не любил, так что даже малую нуж­ду справ­лял исклю­чи­тель­но в кабин­ках. С дет­ства. Сколь­зя по толь­ко что намы­то­му полу, Влад подо­шел к пер­вой же из каби­нок, открыл дверь и тут поскольз­нул­ся окон­ча­тель­но. В первую сотую долю секун­ды он уда­рил­ся вис­ком об ост­рый угол дер­жа­те­ля туа­лет­ной бума­ги, да так, что угол этот полос­нул по его вис­ку, нане­ся глу­бо­кую рану, вто­рая, уже черепно-мозговая трав­ма, слу­чи­лась в сле­ду­ю­щую сотую долю секун­ды, когда Влад со всей силой уда­рил­ся голо­вой об уни­таз. И пятер­ка по сценд­ви­же­нию не помог­ла.

Влад Кра­со­виц­кий упал и боль­ше не вста­вал. В луже соб­ствен­ной кро­ви актер про­ле­жал несколь­ко минут. Его, как потом выяс­ни­лось уже труп, нашла Анна Михай­лов­на, вер­нув­ша­я­ся в туа­лет, вспом­нив, что запа­мя­то­ва­ла про­те­реть зер­ка­ла.

Уви­дев пар­ня в луже кро­ви воз­ле уни­та­за, Анна Михай­лов­на схва­ти­лась за голо­ву и закри­ча­ла гром­ко и страш­но:

– Уби­ла!

* * *

ТЕЛО Вла­да Кра­со­виц­ко­го гру­зи­ли в тру­по­воз­ку через чер­ный вход офис­но­го зда­ния под нахально-пристальными взгля­да­ми сле­тев­ших­ся теле- и фото­ка­мер. Уже спу­стя несколь­ко часов новост­ные лен­ты пест­ри­ли хлест­ки­ми заго­лов­ка­ми о «зага­доч­ной» гибе­ли моло­до­го арти­ста, нахо­див­ше­го­ся на пике попу­ляр­но­сти. Пер­вы­ми и самы­ми ходо­вы­ми были вер­сии о том, что Влад Кра­со­виц­кий был пьян или нахо­дил­ся под воз­дей­стви­ем нар­ко­ти­ков. А кто-то уве­рен­но назвал смерть Кра­со­виц­ко­го убий­ством. Теле­ка­нал «Slive» уже на сле­ду­ю­щее утро фор­сил запи­сью с камер видео­на­блю­де­ния, на кото­рых чело­век, похо­жий на Вла­да Кра­со­виц­ко­го, раз­го­ва­ри­вая по теле­фо­ну, быст­рым шагом идет кори­до­ром офис­но­го зда­ния и сво­ра­чи­ва­ет в туа­лет. Всю недол­гую жизнь акте­ра Кра­со­виц­ко­го по мину­там и часам разо­бра­ли на самом попу­ляр­ном ток-шоу стра­ны «Будешь гово­рить!». В сту­дии при­сут­ство­ва­ла и пере­пу­ган­ная Анна Михай­лов­на, кото­рая в подроб­но­стях рас­ска­зы­ва­ла, в каком виде нашла Вла­да Кра­со­виц­ко­го, но так и не при­зна­лась, что упал он, ско­рее все­го, поскольз­нув­шись на мок­ром кафе­ле.

Свое­об­раз­ным вен­цом все­го это­го инфор­ма­ци­он­но­го пото­ка стал доку­мен­таль­ный фильм о Вла­де, пока­зан­ный на Глав­ном кана­ле. Сде­лан­ная на ско­рую руку доку­мен­тал­ка назы­ва­лась «Влад Кра­со­виц­кий. Боль­шие пла­ны». Кар­ти­ны жиз­ни и отрыв­ки из самых ярких теат­раль­ных и кино­ра­бот акте­ра сопро­вож­да­лись горь­ким музыкально-поэтическим рефре­ном – пес­ней Вла­ди­ми­ра Высоц­ко­го «Пре­рван­ный полет». Авто­ры доку­мен­таль­но­го про­из­ве­де­ния утвер­жда­ли, что послед­нее вре­мя Влад Кра­со­виц­кий стра­дал от оди­но­че­ства и хро­ни­че­ской депрес­сии, «вот и не спра­вил­ся в тот роко­вой вечер с управ­ле­ни­ем собой». Эпи­ло­гом невы­но­си­мо тро­га­тель­но­го филь­ма стал малень­кий отры­вок из послед­не­го радио­ин­тер­вью Вла­да Кра­со­виц­ко­го:

Сер­гей Иса­ев: Ваше люби­мое заня­тие?

Влад Кра­со­виц­кий: Моя про­фес­сия.

Сер­гей Иса­ев: Чего вы боль­ше все­го бои­тесь?

Влад Кра­со­виц­кий: Ста­ро­сти.

Сер­гей Иса­ев: Как вы хоте­ли бы уме­реть?

Влад Кра­со­виц­кий: Вне­зап­но.

Сер­гей Иса­ев: Это был Влад Кра­со­виц­кий, спа­си­бо боль­шое, ждем новых песен, филь­мов и спек­так­лей.

Влад Кра­со­виц­кий: Спа­си­бо. Уве­рен: все самое инте­рес­ное впе­ре­ди, пла­ны у меня боль­шие.

…Засты­ну в радио­вол­нах,
Осты­ну в радио­вол­нах.
А впро­чем, может, и тебя
С собой возь­му.

Голос Вла­да Кра­со­виц­ко­го вкрад­чи­во зву­чал на тит­рах сде­лан­ной на ско­рую руку доку­мен­тал­ки.


Антон Вале­рье­вич Горы­нин родил­ся в Орен­бур­ге в 1986 году. Окон­чил фило­ло­ги­че­ский факуль­тет Орен­бург­ско­го госу­дар­ствен­но­го педа­го­ги­че­ско­го уни­вер­си­те­та, спе­ци­аль­ность «Куль­ту­ро­ло­гия». Рабо­та­ет кор­ре­спон­ден­том инфор­ма­ци­он­но­го агент­ства «Оре­н­Ин­форм». Автор дра­ма­тур­ги­че­ских и про­за­и­че­ских про­из­ве­де­ний. Пье­сы «LOVEуш­ка» и «Зав­тра» вошли в лонг-листы Меж­ду­на­род­но­го дра­ма­тур­ги­че­ско­го кон­кур­са «Евра­зия», пье­сы «Вся прав­да о Рите» и «На луне» — в шорт-лист кон­кур­са «Вре­мя дра­мы, вес­на – 2016».
Побе­ди­тель област­но­го лите­ра­тур­но­го кон­кур­са «Орен­бург­ский край – XXI век» 2015 года в номи­на­ции «Новые име­на».

Если вы нашли ошиб­ку, пожа­луй­ста, выде­ли­те фраг­мент тек­ста и нажми­те Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Вы робот? *