Разговор с поэтом

 сергей ушаков 

разговор с поэтом или портретом

«Поэт в Рос­сии – боль­ше, чем поэт…»?
Смеш­но ей богу, вро­де взрос­лый дядя.
Устро­ил поэ­ти­че­ский кон­церт,
Вос­пла­ме­нил­ся на поклон­ниц гля­дя?
Я не шучу, я гово­рю все­рьёз:
– Дрянь само­гон­ка – мут­ная води­ца!
Нет, я не пьян, как стек­лыш­ко тве­рёз.
Тверёз-берёз… запом­ню, при­го­дит­ся.
Поэтов на Руси хоть пруд пру­ди
И я риф­мую, Вы чита­ли? Склад­но?
Ты к нам на сайт поча­ще захо­ди.
Мы… не на «ты»? Обид­но и досад­но…
А на мою стра­ни­цу как про­ник?
Ещё скажи…те: «есть своя стра­ни­ца»
Не может быть! Узнать поз­воль­те ник.
Ну не хре­на ……………! Пора опо­хме­лить­ся.
А где анонс? С копей­ка­ми напряг?
Гля­ди бод­рей, не будь таким сер­ди­тым.
Ты ж выхо­дил из вся­ких пере­дряг.
Не дрейфь, про­рвёшь­ся, будешь зна­ме­ни­тым!
Давай на посо­шок…  Лететь в Нью-Йорк?..
При­вет поэту – Тока­ре­ву Вил­ли!
А может, к чёр­ту этот горо­док –
И поси­дим на Вашей скром­ной вил­ле?
Мы водим вилы-перья по воде…
За всю стра­ну поэты не в отве­те…
Вра­ща­ем­ся в сомни­тель­ной сре­де…
Гуд-бай поэт, до встре­чи в интер­не­те…

 

мартовское

Вес­на кален­дар­но­го мар­та с про­шед­шей зимою на «ты».
Мой город – крап­лё­ная кар­та, (я видел во сне, с высо­ты)
Висту­ет с при­выч­ным азар­том, рис­ко­ван­но – норов таков.
В наш век невоз­мож­но без фар­та,
А впро­чем, во веки веков…
Воз­душ­ные тёп­лые мас­сы лас­ка­ют вет­ра­ми дома,
Раз­бу­же­ны снеж­ные бар­сы – лави­на­ми схо­дят с ума,
Летят в состо­я­нии тран­са с метал­ла рас­плав­лен­ных крыш,
Тран­зи­том  с далё­ко­го мар­са…
Проснись!
Если ты ещё спишь.
Капель­ная азбу­ка Мор­зе сту­чит мар­си­а­нам отчёт:
Охап­ка­ми вянут мимо­зы, и солн­це всё жар­че печёт,
Сосуль­ки нака­па­ли мор­су,
Но тают фуже­ры гостей…
Раз­ба­вят баналь­ную про­зу дета­ли днев­ных ново­стей:
Бере­мен­на листи­ком поч­ка, вол­ну­ет­ся – ско­ро апрель…
А даль­ше:
Тор­го­вая точ­ка.
У вхо­да в под­зем­ный тон­нель
«Рабо­та­ет» с мате­рью доч­ка – лежит на сту­пе­нях судь­бы
Невин­ное сча­стье в кулёч­ке.
(Про­хо­жие хму­ри­ли лбы)
Кон­тра­стом игри­вой пого­де скво­зит ощу­ще­нье тос­ки.
Ста­ру­ха с икон­кою, вро­де, тор­гов­ка, пла­точ­ки, нос­ки…
Сидит нище­та в пере­хо­де, в наив­ной сво­ей про­сто­те
Ища состра­да­нья в наро­де – в такой же, увы, нище­те.
Чуть ниже, в неле­пом бере­те, зачем-то гла­за опу­стив,
Дев­чон­ка игра­ет на флей­те хру­сталь­ный весен­ний мотив,
Муж­чи­на меч­тая о лете
Монет­ка­ми звя­ка­ет: «бис!»
Как стран­но, что есть на пла­не­те сту­пе­ни веду­щие вниз…

 

Южно-Уральские звёзды

«…если звёз­ды зажи­га­ют…» 
В. Мая­ков­ский

Южно-Уральские звёз­ды.
Зна­ешь, а это кра­си­во.
Не гово­ри: «слиш­ком  позд­но»
Холод­но.
Замо­ро­си­ло.
Ветер. Поры­ви­стый, дерз­кий…
Встре­чу тебя у вок­за­ла.
Ты уди­вишь­ся по-детски: «Что, как все­гда опоз­да­ла?..»
Если тебе это нуж­но,
(я не шучу, я серьёз­но)
в небе сомни­тель­но южном
я разо­жгу тебе звёз­ды.
Кли­мат души – мик­ро, мак­ро…
В мест­но­сти этой бру­таль­ной
холод­но мне или жар­ко,
рез­ко ли кон­ти­нен­таль­но…
мне всё рав­но –
это вечер,
ночь или ран­нее утро,
позд­няя осень и встре­ча…
позд­няя?
Вовре­мя.
Муд­ро
и не слу­чай­но,
так нуж­но,
зако­но­мер­но,
не позд­но…
В небе сомни­тель­но южном – Южно-Уральские звёз­ды…

 

я не видел войны…

Я не видел вой­ны,
Не вче­раш­ней, не поза­вче­раш­ней.
Я «счаст­лив­чик» Застоя, «не знав­ший афган­ской чумы».
Не сидел в блин­да­жах, не испы­ты­вал жуть руко­паш­ной,
Я убит напо­вал: рико­ше­том, оскол­ком вины.

По мет­ро, по утрам,
Коле­ся­ще­му мир­но по кру­гу,
Опус­кая гла­за, про­хо­дил моло­дой вете­ран,
Про­хо­дил вино­ва­то, нет, он не про­тя­ги­вал руку,
Да и что про­тя­нуть? Лишь обруб­ки без­жа­лост­ных ран!

Со спор­тив­ной сумой,
Вещ­меш­ком, или ста­рой котом­кой
Пере­ки­ну­той лов­ко, быть может невзго­дой самой.
«Раз­ми­нул­ся слу­чай­но, с могиль­ной, глу­бо­кой ворон­кой,
Изви­ни­те, — гла­за гово­ри­ли, — вер­нул­ся домой…»

Кошель­ки тере­бя,
Доста­ва­ли «Чер­вон­цы» и «сот­ки».
Вино­ва­тым почув­ство­вал каж­дый, навер­но, себя?
Ста­ри­ки и сту­ден­ты, рабо­чие, негры, кра­сот­ки.
А чинов­ни­ки? Нет! ИХ в мет­ро не быва­ет, а зря.

Заблу­ди­лась во тьме,
Заплу­та­ла чинов­ни­чья совесть,
Поми­ная по празд­ни­кам пав­ших на страш­ной войне.
Не допи­са­на? види­мо, веч­ная, скорб­ная повесть:
О цене лице­ме­рья, пре­да­тель­ства горь­кой цене.

 

жизнь — неслыханный джаз

Ты берёшь ноту «Фа»,  может, тре­тьей окта­вы и выше,
Я беру толь­ко «до», после тре­тьей, когда уже пьян,
В джа­зе пол­ный про­фан, бари­тон мой кар­та­вый чуть слы­шен,
«Рэ» даёт­ся с тру­дом, чёр­ту лысо­му про­дан баян.

«Ми»-«ми»-но, мон-а-«ми» –  нев­по­пад, про­дол­жаю рас­пев­ку
«Фа», «соль», «соль»… пол­ный бред:  пере­со­лен фасо­ле­вый суп.
Гово­ришь – «обни­ми, неж­но, слов­но рас­пут­ную дев­ку.
Нот­ный стан моих бед,  что не сме­ешь? Ах, как же ты глуп.»

Жизнь – неслы­хан­ный джаз, и не надо «ля»-«ля» про былое.
Пере­мен пере­лом по хре­бёт­но­му хрусту зна­ком.
Пара нот, пара фраз… ты заде­ла меня за живое
Воро­нё­ным кры­лом  или ост­рым калё­ным клин­ком.

Я забыл про рас­пев, а мело­дия льёт­ся и льёт­ся,
Кро­вью хле­щет из ран недо­ступ­но высо­кая — «си»
Свою низость пре­зрев, сла­бый голос в заоб­лач­ность рвёт­ся,
В мой при­ду­ман­ный храм воз­не­си… сохра­ни и спа­си!


Уша­ков Сер­гей Алек­сан­дро­вич родил­ся в 1964 г. в Орен­бур­ге, в 1983 г. закон­чил Орен­бург­ское худо­же­ствен­ное учи­ли­ще.
С мая 2008 г. пуб­ли­ку­ет­ся на сай­те «Стихи.ру» под ником Йегрес Вока­шу.
Явля­ет­ся чле­ном Ассо­ци­а­ции поэтов Ура­ла.

Если вы нашли ошиб­ку, пожа­луй­ста, выде­ли­те фраг­мент тек­ста и нажми­те Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Вы робот? *