Всё началось с «Привилегии»…

СЕРГЕЙ ХОМУТОВ 

О днях осно­ва­ния горо­да Орен­бур­га на пер­вом, вто­ром, тре­тьем и окон­ча­тель­ном месте напи­са­но и ска­за­но мно­го. Гораз­до мень­ше мы зна­ем о вре­ме­ни осно­ва­ния губер­нии. И уж совсем немно­го — об основ­ных реше­ни­ях и доку­мен­тах, кото­рые и при­ве­ли к воз­ник­но­ве­нию горо­да и губер­нии. Попы­та­ем­ся вос­пол­нить этот про­бел и обра­тим­ся к «При­ви­ле­гии Орен­бур­га», глав­но­му архив­но­му рари­те­ту Орен­бур­жья, кото­ро­му в этом году испол­ня­ет­ся 274 года.

Откуда есть пошло название «Оренбург»

«При­ви­ле­гия» — цар­ская гра­мо­та, раз­ре­ша­ю­щая заклад­ку горо­да. Стра­ни­цы доку­мен­та сде­ла­ны из теля­чьей кожи. «Для того, что­бы изго­то­вить эту «При­ви­ле­гию», при­шлось пожерт­во­вать дву­мя теля­та­ми», — счи­та­ют в Орен­бург­ском област­ном архи­ве.  Вся «При­ви­ле­гия» напи­са­на на цер­ков­но­сла­вян­ском. В тек­сте на трех стра­ни­цах пере­чис­ле­ны не толь­ко льго­ты, кото­рые предо­став­ля­ют­ся  всем, кто соби­ра­ет­ся здесь жить, но и их обя­зан­но­сти.

Дати­ро­ван этот доку­мент так: «Лета гос­под­ня 1734 г. июния седь­ма­го дня». А даль­ше — под­пись «Анна». Эти четы­ре бук­вы напи­са­ны рукой самой импе­ра­три­цы. Начи­на­ет­ся доку­мент сло­ва­ми:

«По поспе­ше­ству­ю­щею мило­стию Мы, АННА…».  Далее идет пере­чис­ле­ние офи­ци­аль­ных титу­лов импе­ра­три­цы, кото­рые зани­ма­ют более пяти про­цен­тов все­го тек­ста.

Сле­дом, как бы сей­час напи­са­ли, сле­ду­ет кон­ста­ти­ру­ю­щая часть, объ­яс­ня­ю­щая необ­хо­ди­мость заклад­ки ново­го горо­да, кото­рая закан­чи­ва­ет­ся сло­ва­ми «…того ради сей новой город, сею пер­вою Нашею при­ви­ле­гию все­ми­ло­сти­вей­ше жалу­ем, и в пред­бу­ду­щия веч­ныя вре­ме­на утвер­жда­ем».

К сожа­ле­нию «веч­ныя вре­ме­на» закон­чи­лись с при­хо­дом к вла­сти боль­ше­ви­ков, а то, мож­но было бы потре­бо­вать вос­ста­нов­ле­ния неко­то­рых льгот и при­ви­ле­гий.

Самым пер­вым пунк­том при­ви­ле­гий сто­ят такие сло­ва:

Сему горо­ду, с Богом, вновь стро­ить назна­чен­но­му, име­но­вать­ся Орен­бург, и во вся­ких слу­ча­ях назы­вать и писать сим от Нас дан­ным име­нем…

Исто­ри­ки до сих пор спо­рят о про­ис­хож­де­нии назва­ния горо­да. В совет­ское вре­мя пре­об­ла­да­ла точ­ка зре­ния, что оно свя­за­на с пер­вым местом горо­да на сли­я­нии Яика  с рекой Орь (в «При­ви­ле­гии» напи­са­но Ор). Поз­же появи­лась вер­сия, что появ­ле­ние  в назва­нии бук­вы «н» с этих пози­ций необъ­яс­ни­мо. В то же вре­мя «орен» явля­ет­ся каль­кой с немец­ко­го  «уши». Навер­ное, они были нуж­ны, что бы  слу­шать Азию. Таким обра­зом, в воль­ном пере­во­де мож­но назвать Орен­бург – Уши­креп­ском.

Оренбургский интернационал по-царски

Не знаю, как нынеш­нее поко­ле­ние, а все совет­ские люди были уве­ре­ны, что Рос­сия – тюрь­ма наро­дов. Разу­ме­ет­ся, цар­ская Рос­сия. Вла­ди­мир Ильич Ленин удач­но пере­фра­зи­ро­вал Марк­са, кото­рый в свою оче­редь поза­им­ство­вал яркий образ у фран­цу­за Астоль­фа де Кюсти­на. Так появил­ся этот штамп.

Одна­ко «При­ви­ле­гия Орен­бур­гу» Анны Иоан­нов­ны ука­зы­ва­ет на пря­мо про­ти­во­по­лож­ный век­тор цар­ской поли­ти­ки. Из два­дца­ти пунк­тов ука­за – десять, так или ина­че, содер­жат осо­бые пре­фе­рен­ции ино­зем­цам и ино­вер­цам, как под­дан­ным Рос­сий­ской импе­рии, так и ино­стран­цам.

В самом худ­шем слу­чае они урав­ни­ва­ют­ся в пра­вах с рус­ски­ми. В самом пер­вом пунк­те «При­ви­ле­гии» напи­са­но бук­валь­но сле­ду­ю­щее:

«Все­ми­ло­сти­вей­ше жалу­ем и даем соиз­во­ле­ние всем, и вся­ко­го наро­да Рос­сий­ским (Кро­ме бег­лых из служ­бы Нашей, и людей и кре­стьян, в подуш­ной оклад поло­жен­ных), купе­че­ству, масте­ро­вым и раз­но­чин­цам, так­же Ино­стран­ных Евро­пей­ских Госу­дарств ино­зем­цам, куп­цам и худож­ни­кам, и тутош­ным Баш­кир­ско­му наро­ду, и живу­щим с ними, и ново-подданным Нашим Кир­гиз­ским, Кара­кал­пак­ским наро­дам, и из Ази­ят­ских стран при­ез­жим Гре­ком, Армя­ном, Индей­цом, Пер­сам, Бухар­цом, Хивин­цом, Таш­кен­цом, Кал­мы­кам, и иных вся­ко­го зва­ния и веры, при­хо­дить селит­ца жить, тор­го­вать и вся­ким ремеслом про­мыш­лять, и паки на свои преж­ния жили­ща отхо­дить сво­бод­но и невоз­бран­но, без вся­кой опас­но­сти и удер­жа­ния».

Что же это за тюрь­ма, из кото­рой мож­но сво­бод­но и невоз­бран­но выхо­дить?

Этни­че­ская и рели­ги­оз­ная толе­рант­ность, кото­рой все­гда сла­вил­ся Орен­бург, была зало­же­на цар­ским пове­ле­ни­ем, еще до заклад­ки само­го горо­да. Один­на­дца­тый пункт гла­сил:

«Тамож Все­ми­ло­сти­вей­ше соиз­во­ля­ем в сем новом горо­де, Евро­пей­ским ино­зем­цам и Ази­ат­ским наро­дам сово­бод­ное содер­жа­ние их вер, и Духов­ных пер­сон, и стро­е­ние по сво­им зако­нам церк­вей».

При­ме­ча­тель­но, что в совре­мен­ном Орен­бур­ге есть неболь­шой уча­сток, почти пол­но­стью реа­ли­зу­ю­щий план импе­ра­три­цы. На пере­ул­ке Шев­чен­ко друг на дру­га смот­рят зда­ние сина­го­ги и орен­бург­ской мит­ро­по­лии Рус­ской пра­во­слав­ной церк­ви, а упи­ра­ет­ся пере­улок в ули­цу 8-го Мар­та, на кото­рой рас­по­ло­жен костел церк­ви като­ли­че­ской. Конеч­но, жаль, что бли­жай­ший мина­рет мече­ти нахо­дит­ся на ули­це Киро­ва и его не вид­но из-за стро­е­ний.

Но в любом слу­чае, три авра­ами­че­ские рели­гии все­гда мир­но сосед­ство­ва­ли в Орен­бур­ге.

А как же льготы?

Соглас­но «При­ви­ле­гии», все решив­ши­е­ся посе­лить­ся в Орен­бур­ге, полу­ча­ли воен­ную, поли­цей­скую, судеб­ную  и юри­ди­че­скую защи­ту. Бес­плат­но полу­ча­ли зем­лю под стро­и­тель­ство не толь­ко соб­ствен­ных домов, лавок, мастер­ских и амба­ров, но и под воз­ве­де­ние заво­дов и фаб­рик на пусту­ю­щих местах до 100 верст в окру­ге. Спе­ци­аль­но ого­ва­ри­ва­лось, что если эти зем­ли при­над­ле­жат, напри­мер, баш­ки­рам, то они не могут быть пере­да­ны без­воз­мезд­но, а лишь на осно­ва­нии пись­мен­но­го дого­во­ра с вла­дель­ца­ми.  Под стро­и­тель­ство выде­лял­ся товар­ный бес­про­цент­ный кре­дит  сро­ком до 10 лет. Обра­зо­ва­ние и лече­ние долж­ны быть доступ­ны­ми, о чем пред­ла­га­лось поза­бо­тить­ся Маги­стра­ту. Жите­ли осво­бож­да­лись от ряда пошлин. Им было раз­ре­ше­но тор­го­вать оптом. Нико­го не раз­ре­ша­лось вопре­ки соб­ствен­ной воли при­вле­кать к обще­ствен­ным, пусть даже опла­чи­ва­е­мым, рабо­там. Постою ника­ко­го у граж­дан не ста­вить, а для воен­ных и дру­гих коман­ди­ро­ван­ных людей иметь осо­бые дома.

При­ме­ча­тель­но, что царица-матушка осо­бо поза­бо­ти­лась о «кон­флик­те инте­ре­сов» сво­их под­чи­нен­ных и пове­ле­ла: «Кро­ме купе­че­ства и ремес­лен­ных, и Баш­кир­ско­го и дру­гих ино­вер­че­ских наро­дов, дру­гим, как воин­ским, так и духов­ным и штат­ским чинам, отнюдь тор­гов не иметь…».

Инте­рес­но, при­слу­ша­лась ли к это­му пове­ле­нию тогдаш­няя бюро­кра­тия или на манер неко­то­рых нынеш­них депу­та­тов Гос­ду­мы и чинов­ни­ков  пере­пи­са­ла свой биз­нес на род­ствен­ни­ков?

В «При­ви­ле­гии», прав­да, об этом ниче­го не ска­за­но.

Справка

Рос­сий­ская импе­ра­три­ца Анна Иоан­нов­на — дочь Иоан­на V Алек­се­е­ви­ча, пле­мян­ни­ца Пет­ра 1. В 1710 г. была выда­на замуж за Фри­дри­ха Виль­гель­ма  Кур­лянд­ско­го и в этом же году овдо­вев, ста­ла гер­цо­ги­ней Кур­лянд­ской. На пре­стол была воз­ве­де­на Вер­хов­ным тай­ным Сове­том, при усло­вии огра­ни­че­ния само­дер­жа­вия в поль­зу фео­даль­ной ари­сто­кра­тии (не объ­яв­лять вой­ны, не заклю­чать мира, не вво­дить новых нало­гов и т. д.) без согла­сия на то чле­нов Сове­та.

Анна Иоан­нов­на согла­си­лась на эти усло­вия. Но потом, опи­ра­ясь на дво­рян­ство и гвар­дей­ских офи­це­ров, отка­за­лась от под­пи­сан­ных обя­за­тельств (1730 г.) и пра­ви­ла само­сто­я­тель­но. Был уни­что­жен Вер­хов­ный Тай­ный Совет и учре­жден каби­нет мини­стров, отме­нен указ Пет­ра 1 о еди­но­на­сле­дии. Дво­рян­ство полу­чи­ло зна­чи­тель­ные льго­ты.

Открыт пер­вый кадет­ский кор­пус, учре­жде­ны гвар­дей­ские пол­ки — кон­ный и Измай­лов­ский. Анна Иоан­нов­на неда­ле­ко­го ума, лени­вая и мало­об­ра­зо­ван­ная, пре­да­ва­лась пирам и раз­вле­че­ни­ям. Глав­ной опо­рой Анны Иоан­нов­ны были при­бал­тий­ские дво­ряне — нем­цы, заняв­шие во гла­ве с фаво­ри­том Э. И. Биро­ном гос­под­ству­ю­щее поло­же­ние в пра­ви­тель­стве.

Годы жиз­ни: 1693–1740, годы прав­ле­ния: 1730—1740.


Сергей Хомутов

ХОМУТОВ Сер­гей Нико­ла­е­вич родил­ся в 1960 году, окон­чил Орен­бург­ский пед­ин­сти­тут, пре­по­да­вал, рабо­тал на теле­ка­на­лах «Реги­он», «РИАД-ТВ» и «ОРЕН-ТВ», в пресс-службах губер­на­то­ра и «Орен­бург­га­з­про­ма», был редак­то­ром газе­ты «Мос­ков­ский ком­со­мо­лец» в Орен­бур­ге». Член Сою­за рос­сий­ских писа­те­лей. Печа­тал­ся в сам­из­да­тов­ских жур­на­лах, мест­ных газе­тах, аль­ма­на­хах «Баш­ня» и «Чаша кру­го­вая», жур­на­ле «Урал». В 1998 году издал под одной облож­кой четы­ре кни­ги сти­хов: «Вто­рое зре­ние», «Свет­лые пес­ни», «Арьер­гард», «Зим­няя раду­га», в 2003-м в серии «Авто­граф» вышла кни­га «При­вкус веч­но­сти», в 2006-м – повесть-сказка «В поис­ках Живой воды» (в соав­тор­стве с Вяче­сла­вом Мои­се­е­вым).

ПУБЛИКАЦИИ: 

поэтика

из кни­ги «алфа­вит» 
из кни­ги «нарас­та­ю­щий итог»

проза

минус четыр­на­дцать

публицистика

кри­ти­ка кри­ти­ки –
Союз рос­сий­ских писа­те­лей
или Союз писа­те­лей Рос­сии?

вре­мя ново­го Пуш­ки­на?..

наша история

Рома­но­вы и Орен­бур­жье

Гори­зон­та­лью по вер­ти­ка­ли
(опыт зем­ства в Орен­бур­жье)

Всё нача­лось с «При­ви­ле­гии»…

Не делай­те из Рыч­ко­ва Ломо­но­со­ва!

Брон­зо­вый век начи­нал­ся в Орен­бур­жье

Если вы нашли ошиб­ку, пожа­луй­ста, выде­ли­те фраг­мент тек­ста и нажми­те Ctrl+Enter.