Пугачевские клады в Оренбуржье

СЕРГЕЙ ХОМУТОВ 

17 сен­тяб­ря 244 год назад  начал­ся воору­жен­ный бунт  под нача­лом Еме­лья­на Пуга­че­ва. Наш сего­дняш­ний рас­сказ не о бое­вых дей­стви­ях, а о кла­дах, остав­ших­ся после вос­ста­ния. Сра­зу ого­во­рим­ся, что речь пой­дет о реаль­ных и пред­по­ла­га­е­мых кла­дах на тер­ри­то­рии совре­мен­ной Орен­бург­ской обла­сти. Мы не будем касать­ся кла­дов в Баш­ки­рии и Челя­бин­ской обла­сти, когда-то вхо­див­ших в состав Орен­бург­ской губер­нии.

К истории вопроса

ПОВСТАНЦЫ собра­ли зна­чи­тель­ные силы и бра­ли с боем цар­ские кре­по­сти и горо­да.

Посколь­ку воен­ные дей­ствия ино­гда велись в несколь­ких направ­ле­ни­ях одно­вре­мен­но – пуга­чев­ская каз­на не пред­став­ля­ла из себя еди­но­го цело­го. Стре­ми­тель­ное пере­дви­же­ние повстан­че­ских войск по обшир­ным тер­ри­то­ри­ям так­же спо­соб­ство­ва­ли тому, что цен­но­сти пери­о­ди­че­ски пря­та­лись и неиз­вест­но, какие из частей этой каз­ны были выко­па­ны, а какие до сих пор не вос­тре­бо­ва­ны и ждут сво­их новых вла­дель­цев.

Еще одна при­чи­на, по кото­рой Еме­лья­ну и спо­движ­ни­кам необ­хо­ди­мо было дроб­ле­ние каз­ны и ее сокры­тие  — боязнь пре­сле­до­ва­ния, а так­же воз­мож­ность под­стра­хо­вать себя на слу­чай, если при­дет­ся отсту­пать, или пустить­ся в бега. Дей­стви­тель­но, поте­рять всю каз­ну разом, было бы крайне обид­но, а ее «кус­ки», надеж­но спря­тан­ные в раз­лич­ных тай­ни­ках, мог­ли выру­чить в момент, когда вос­ста­ние потер­пит пора­же­ние.

Начи­ная с тех вре­мен, когда закон­чи­лось вос­ста­ние, и до наших дней, упор­ные кла­до­ис­ка­те­ли про­дол­жа­ют искать схро­ны, наде­ясь най­ти если не все сокро­ви­ща, то хотя бы их часть. И если рань­ше в помощь к лопа­те они име­ли толь­ко лозу, то сей­час мно­го­чис­лен­ная поис­ко­вая гвар­дия пус­ка­ет в ход все мощ­но­сти совре­мен­но­го обо­ру­до­ва­ния для поис­ка кла­дов. Руч­ные метал­ло­де­тек­то­ры, глу­бин­ные при­бо­ры и даже про­стей­шие щупы помо­га­ют про­ве­рить пред­по­ла­га­е­мые места зале­га­ния кла­дов.

И в Баш­ки­рии, и в Челя­бин­ской обла­сти люди тра­тят свое вре­мя и день­ги на поис­ки, а у нас, «как баб­ка отшеп­та­ла».

Клады заговоренные

ПРО «заго­во­рен­ность» пуга­чев­ских кла­дов в лите­ра­ту­ре суще­ству­ют пря­мо про­ти­во­по­лож­ные мне­ния. Одни утвер­жда­ют, что отря­ды дви­га­лись быст­ро и для слож­ной про­це­ду­ры при­вле­че­ния нечи­стой силы для охра­ны кла­дов у них не было вре­ме­ни. А зна­чит, сре­ди мно­же­ства раз­бой­ни­чьих кла­дов пуга­чев­ские — самые чистые и без­опас­ные. На них не лежат про­кля­тия, заго­во­ры и волш­ба.

Сто­рон­ни­ки дру­гой точ­ки зре­ния,  в ответ при­во­дят при­ме­ры нахо­док т.н. «заве­тов» пуга­чев­цев, мисти­че­ских ука­за­ний на место кла­да. В одном из таких, в виде кре­ста,  пред­ла­га­ет­ся в обмен на клад при­не­сти в жерт­ву двух мла­ден­цев.

Пик поис­ков и, что уди­ви­тель­но, нахо­док пуга­чев­ских кла­дов при­шел­ся на нача­ло XIX века. Сле­ду­ю­щий виток инте­ре­са – конец XIX – нача­ло ХХ века. В это вре­мя были опуб­ли­ко­ва­ны  запис­ки в «Памят­ных книж­ках» и «Тру­дах губерн­ских уче­ных архив­ных комис­сий» цело­го ряда поволж­ских и при­ураль­ских обла­стей.

Кла­до­вые при­ме­ты и зна­ки пуга­чев­ских кла­дов сохра­ни­лись во мно­гих обла­стях Рос­сии до сих пор.

В Орен­бург­ской губер­нии XIX века по уст­ным пре­да­ни­ям и кла­до­вым запи­сям было под­ня­то несколь­ко пуга­чев­ских кла­дов.

Поищем у нас

ПО ДОСТОВЕРНЫМ рас­ска­зам, самый круп­ный ненай­ден­ный  клад золо­тых и сереб­ря­ных монет зарыт под Орен­бур­гом, на бере­гу реч­ки Ящур­ки, впа­да­ю­щей в Урал. По пре­да­нию, день­ги зары­ва­лись в воло­вьих шку­рах, от Ящур­ки по тече­нию впра­во в сто­ро­ну на 20–30 мет­ров.

Совре­мен­ный госу­дар­ствен­ный реестр вод­ных ресур­сов Рос­сии такой реки в сво­ем соста­ве не име­ет. По неко­то­рым дан­ным она пере­сох­ла лет 100–150 назад. На ланд­кар­тах Орен­бург­ской губер­нии, издан­ных в 1755 году, такой реч­ки я не нашел. Впро­чем, несколь­ко мел­ких речу­шек на этих кар­тах обо­зна­че­ны, но не назва­ны. Так, что где про­те­ка­ла Ящур­ка и как меня­лась ее бере­го­вая линия мне неиз­вест­но.

В окрест­но­стях совре­мен­но­го села Тати­ще­ва, а тогда кре­по­сти,  пуга­чев­цы, тер­пя пора­же­ние от цар­ских войск, зато­пи­ли боч­ки с сереб­ря­ны­ми моне­та­ми. Есть досто­вер­ные сви­де­тель­ства, что часть этих денег лет через 15–20 извлек­ли. Назы­ва­ет­ся и точ­ное место затоп­ле­ния — озе­ро Бан­на.

Здесь начи­на­ют­ся загад­ки. Село Тати­ще­во неко­гда сто­я­ло пря­мо на бере­гу Ура­ла — на мысу, обра­зо­ван­ном Ура­лом и его при­то­ком Камыш-Самарой. Затем Урал пере­ме­стил­ся на несколь­ко сот мет­ров даль­ше от села, а вме­сте с ним ото­дви­ну­лось и устье Камыш-Самары. Теперь на месте было­го рус­ла Ура­ла оста­лась пере­сы­ха­ю­щая летом ста­ри­ца — Бан­ное озе­ро. Тож­де­ствен­ны ли совре­мен­ное Бан­ное озе­ро и озе­ро Бан­на – задач­ка для мест­ных кра­е­ве­дов и кла­до­ис­ка­те­лей.

Еще один частич­но рас­ко­пан­ный клад  — близ быв­шей кре­по­сти Рас­сып­ной (сей­час Илек­ский рай­он), в Дико­вой бал­ке. По рас­ска­зам сто­пя­ти­де­ся­ти­лет­ней дав­но­сти одно­го из мест­ных жите­лей, часть это­го кла­да было выко­па­на ещё в сере­дине поза­про­шло­го сто­ле­тия: «Здесь у нас, воз­ле Рас­сып­ной, есть бал­ка Дико­го. Там бег­лые и дикие люди скры­ва­лись. И вот одна­жды утром про­нес­лась мол­ва: «Клад, клад выры­ли!».  И пошли все смот­реть. Здесь была откры­та яма. Ста­ри­ки гово­ри­ли — это, мол, ураль­цы (т. е. ураль­ские каза­ки) выры­ли. У них каким-то родом оста­лась запись Пуга­чё­ва, и они зна­ли, что где зары­то, они при­ез­жа­ли к нам. Здесь в лесу ещё была берё­за. Под ней мно­го зары­то золо­та. Но най­ти её, берё­зу, они не смог­ли. А тот клад в Дико­вой бал­ке — факт, при мне был». Полу­ча­ет­ся, что клад под бере­зой – еще хра­нит­ся в зем­ле.

Очень ред­ко упо­ми­на­ет­ся еще один орен­бург­ский клад. Хотя сви­де­тель­ство о нем при­во­дит не кто иной, как Вла­ди­мир Даль. 19 сен­тяб­ря 1833 г. А. С. Пуш­кин и В. И. Даль при­ез­жа­ли в Бер­ды. Впо­след­ствии Даль писал: «В Бер­дах мы отыс­ка­ли ста­ру­ху, кото­рая зна­ла, виде­ла и пом­ни­ла Пуга­че­ва. Пуш­кин раз­го­ва­ри­вал с ней целое утро, ему ука­за­ли, где сто­я­ла изба, обра­щен­ная в золо­той дво­рец.., ука­за­ли на Гре­бе­ни, где, по пре­да­нию, лежит огром­ный клад Пуга­че­ва, заши­тый в руба­ху, засы­пан­ный зем­лей и покры­тый тру­пом чело­ве­че­ским, что­бы отвлечь вся­кое подо­зре­ние и обма­нуть кла­до­ис­ка­те­лей, кото­рые, дорыв­шись до тру­па, долж­ны поду­мать, что это — про­стая моги­ла».

Ско­рее все­го, в этой запис­ке идет речь не о селе Гре­бе­ни, а о Гре­бен­ской горе. От  Берд она отсто­ит на 20 кило­мет­ров, но в ясную пого­ду она хоро­шо вид­на. Как вы пони­ма­е­те, точ­но­го места ста­ру­ха не ука­за­ла.  

Так, что ста­рин­ные кар­ты — вам в руки, совре­мен­ные кла­до­ис­ка­те­ли.


Сергей Хомутов

ХОМУТОВ Сер­гей Нико­ла­е­вич родил­ся в 1960 году, окон­чил Орен­бург­ский пед­ин­сти­тут, пре­по­да­вал, рабо­тал на теле­ка­на­лах «Реги­он», «РИАД-ТВ» и «ОРЕН-ТВ», в пресс-службах губер­на­то­ра и «Орен­бург­га­з­про­ма», был редак­то­ром газе­ты «Мос­ков­ский ком­со­мо­лец» в Орен­бур­ге». Член Сою­за рос­сий­ских писа­те­лей. Печа­тал­ся в сам­из­да­тов­ских жур­на­лах, мест­ных газе­тах, аль­ма­на­хах «Баш­ня» и «Чаша кру­го­вая», жур­на­ле «Урал». В 1998 году издал под одной облож­кой четы­ре кни­ги сти­хов: «Вто­рое зре­ние», «Свет­лые пес­ни», «Арьер­гард», «Зим­няя раду­га», в 2003-м в серии «Авто­граф» вышла кни­га «При­вкус веч­но­сти», в 2006-м – повесть-сказка «В поис­ках Живой воды» (в соав­тор­стве с Вяче­сла­вом Мои­се­е­вым).

ПУБЛИКАЦИИ: 

поэтика

из кни­ги «алфа­вит» 
из кни­ги «нарас­та­ю­щий итог»

проза

минус четыр­на­дцать

публицистика

кри­ти­ка кри­ти­ки –
Союз рос­сий­ских писа­те­лей
или Союз писа­те­лей Рос­сии?

вре­мя ново­го Пуш­ки­на?..

наша история

Рома­но­вы и Орен­бур­жье

Гори­зон­та­лью по вер­ти­ка­ли
(опыт зем­ства в Орен­бур­жье)

Всё нача­лось с «При­ви­ле­гии»…

Не делай­те из Рыч­ко­ва Ломо­но­со­ва!

Брон­зо­вый век начи­нал­ся в Орен­бур­жье

Пуга­чев­ские кла­ды в Орен­бур­жье

Памят­ник — от сло­ва «память»

«Орен­бург­ское поле — как поле Кули­ко­во»

Плен­ные в Орен­бур­ге: могил нет

Если вы нашли ошиб­ку, пожа­луй­ста, выде­ли­те фраг­мент тек­ста и нажми­те Ctrl+Enter.