Форточка

 ДИАНА КАН 

ПРОТИСКИВАЯСЬ в фор­точ­ку, я лас­ко­вым тихим сло­вом вспом­ни­ла сра­зу двух вели­ких муж­чин – Ста­ли­на и Есе­ни­на. Пер­во­го за то, что в «домах-сталинках» фор­точ­ки не такие узень­кие, как в хру­щёв­ках. Вто­ро­го, как оправ­да­ние себе: «Если не был бы я поэтом, // То бы был раз­бой­ник и вор…» Хотя при чём тут вор? Воры-форточники регу­ляр­но лезут в чужие квар­ти­ры, а я впер­вые в жиз­ни пыта­лась вылез­ти из сво­ей. Где-то на задвор­ках мельк­ну­ла мысль о том, что хоро­шо, что неде­лю назад я-таки села на дие­ту и теперь про­со­чить­ся на ули­цу шан­сов поболь­ше, прав­да, всё рав­но велик риск, что фор­точ­ка ока­жет­ся тес­на в бёд­рах… Застрять напо­до­бие Винни-Пуха не очень хоте­лось, но в ито­ге так и вышло…

- Да ты сумку-то сни­ми! – участ­ли­во посо­ве­то­ва­ла досу­жая сосед­ка, преж­де едва здо­ро­вав­ша­я­ся со мной, на сей раз она сто­я­ла рядом в пол­ном наме­ре­нии руко­во­дить про­цес­сом извле­ка­ния меня из окна. – Сумка-то боль­шу­щая, меша­ет. 

При­шлось про­тис­нуть­ся обрат­но, снять сум­ку, поло­жить на под­окон­ник, и лишь затем ощу­тить, как фор­точ­ка раз­жа­ла свои дере­вян­ные челю­сти и выплю­ну­ла меня на зем­лю. Хоро­шо, что хоть пер­вый этаж, и рука лег­ко дотя­ну­лась до остав­лен­ной на под­окон­ни­ке во чре­ве квартиры-мышеловки сум­ки.

- Вы не поду­май­те ниче­го тако­го, — изви­ня­ю­щим­ся тоном нача­ла было я свои объ­яс­не­ния ситу­а­ции, попут­но отря­хи­ва­ясь от налип­шей на джин­сы извёст­ки со сте­ны ста­ро­го дома.

- Да что ты, деточ­ка! 

Надо же, поду­ма­лось, эта веч­ная неулыба-старушка спо­соб­на про­ник­нуть­ся сочув­стви­ем к кому-то, поми­мо без­дом­ных котов, кото­рых в изоби­лии под­карм­ли­ва­ет воз­ле дома. Види­мо, её участь – сочув­ство­вать обез­до­лен­ным, в кате­го­рию кото­рых нын­че попа­ла и я. 

– Я тебя пом­ню, ты Зои­на дочь… Не ушиб­лась? 

Да уж! Ушиб­лась ещё как! При­чем, головой-головушкой! А ско­рее даже не я ушиб­лась, а меня, види­мо, уро­ни­ли в дет­стве роди­те­ли, ина­че бы со мной пери­о­ди­че­ски не было так весе­ло и мне, и окру­жа­ю­щим… Ина­че бы связ­ку клю­чей в ком­на­те я тупо не захлоп­ну­ла! Ина­че бы не попёр­лась более чет­вер­ти века назад в нищую лите­ра­ту­ру вме­сто того, что­бы подать­ся в тек­стиль­ный инсти­тут… Ина­че бы в дет­стве вме­сто того, что­бы лазить по забо­рам, драть­ся с паца­на­ми и кру­тить соба­кам хво­сты, при­леж­но сиде­ла за про­кля­тым пиа­ни­но, дол­бя этю­ды и ада­жио, и зуб­ря на соль­феджио про сеп­так­кор­ды с сек­кунд­ак­кор­да­ми!.. Ина­че бы не напи­са­ла тон­ну невесть отку­да упав­ших на мою голо­ву сти­хов, где пред­рек­ла такое, что когда оно нача­ло сбы­вать­ся, за голо­ву схва­ти­лась уже не толь­ко я, но и мои близ­кие люди… Ина­че бы не наго­во­ри­ла в раз­ное вре­мя людям, кото­рые искренне меня люби­ли и любят, тако­го, что про­сто досе­ле, спу­стя годы, воло­сы дыбом ста­но­вят­ся… Ина­че бы… Одна­ко – стран­ное дело! — я вдруг уди­ви­тель­ным обра­зом ощу­ти­ла, что моё настро­е­ние, пять минут назад близ­кое к исте­ри­че­ско­му, рез­ко пошло на взлёт. А тут ещё неожи­дан­но выгля­ну­ло солн­це, при­чем, не чахо­точ­но ноябрь­ское, а самое насто­я­щее застен­чи­вое мар­тов­ское. Жизнь вро­де бы нача­ла нала­жи­вать­ся.

Попро­щав­шись с сосед­кой и пре­бы­вая в лёг­кой эйфо­рии, я набра­ла теле­фон сест­ры. 

- При­вет, это опять и сно­ва я! Нику­да не отпра­ши­вай­ся, я уже спра­ви­лась. Да очень про­сто! Вылез­ла в фор­точ­ку!

- Да ты что! – то ли охну­ла, то ли ахну­ла сест­ра, и в теле­фоне воца­ри­лось мол­ча­ние, пока­зав­ше­е­ся мне луч­шим из ком­пли­мен­тов, когда либо слы­шан­ных от обыч­но очень сдер­жан­ной сест­ры, меж­ду про­чим, спортсменки-конницы, к тому же увле­кав­шей­ся когда-то спе­лео­ло­ги­ей и про­чи­ми вида­ми спор­та экс­тре­мал­ки. Но даже сестра-экстремалка никак не ожи­да­ла от меня, нико­гда не отли­чав­шей­ся спор­тив­но­стью, такой пры­ти…

… Жизнь, конеч­но, начи­на­ла нала­жи­вать­ся, но клю­чи от квар­ти­ры тем не менее по-прежнему пре­бы­ва­ли в ком­на­те с захлоп­ну­той две­рью. Путь лежал к мужу на рабо­ту. Но пред­ва­ри­тель­но надо было отзво­нить­ся ему, что­бы пере­стал метать­ся меж­ду началь­ством, у кото­ро­го надо сроч­но отпро­сить­ся и так­си, кото­рое надо сроч­но вызвать, что­бы при­вез­ти непу­тё­вой жёнуш­ке, веч­но попа­да­ю­щей в исто­рии, свой ком­плект клю­чей… Шагая в направ­ле­нии муж­ней рабо­ты, опять вспом­ни­ла Есе­ни­на и поду­ма­ла о том, как мно­го, навер­ное, поэтов не состо­я­лись по боль­шо­му сче­ту толь­ко пото­му, что были недо­ста­точ­но «раз­бой­ни­ки и воры». Лите­ра­тур­ной тех­ни­ки в Рос­сии явно недо­ста­точ­но, что­бы быть поэтом. Нужен, как ни забав­но зву­чит, роман­тиЗЬм, вслед­ствии отсут­ствия кото­ро­го муж­чи­ны вна­ча­ле про­сто пере­ста­ли лазать в окна к люби­мым жен­щи­нам. А потом и попро­сту пере­ста­ли про­ла­зить в окна!

Хотя если гово­рить о раз­бой­ных спе­ци­а­ли­за­ци­ях, то на «долж­ность» вскры­ва­тель­ни­цы сей­фов, две­рей и так далее, я бы опре­де­лён­но не сго­ди­лась: все мои отча­ян­ные, пере­ме­шан­ные с моль­ба­ми и матом, попыт­ки стать мед­ве­жат­ни­цей и открыть про­кля­ту­щую дверь с помо­щью ножей, вилок, шпиль­ки, даже ста­мес­ки, с трес­ком про­ва­ли­лись. Дверь сто­я­ла насмерть! Воис­ти­ну, ног­ти пона­до­бят­ся вам через пол­ча­са после того, как вы их отстри­жё­те! Ров­но сут­ки назад я, как назло, непо­нят­но по какой при­чине, рас­ста­лась со сво­и­ми длин­ню­щи­ми ног­тя­ми. А ведь, воз­мож­но, они бы меня выру­чи­ли, как, пом­нит­ся, выру­ча­ли в ана­ло­гич­ном деле Оста­па Сулей­ма­на Бер­та Мария Бен­де­ра!… Но что теперь о ног­тях! Длин­ню­щие и вызы­вав­шие все­об­щее удив­ле­ние у жен­щин, они оста­лись в про­шлом нака­нуне про­ис­ше­ствия…

Лад­но, с про­фес­си­ей мед­ве­жат­ни­цы не повез­ло, зато – кто на что зато­чен! — про­фес­сию «фор­точ­ни­цы» я осво­и­ла с пер­во­го раза. Побе­да над фор­точ­кой бук­валь­но окры­ли­ла меня, я не шла, а лете­ла по ули­це, дау­ни­че­ски улы­ба­ясь в лица недо­уме­ва­ю­щих (вро­де не вечер пят­ни­цы!) про­хо­жих. Окры­ля­ло созна­ние, что я не про­сто мама 20-летней доче­ри, извест­ная поэтес­са, лау­ре­ат­ка, дипло­мант­ка, автор мно­же­ства книг и несчёт­но­го коли­че­ства пуб­ли­ка­ций, не толь­ко член ред­со­ве­тов и даже, страш­но выго­во­рить, член Сою­за писа­те­лей… Коро­че, состо­яв­ша­я­ся лич­ность и при­лич­ная дама, песен­ка кото­рой спе­та! Я ещё кое что могу! Про­хо­дить сквозь лите­ра­тур­ные сте­ны, кото­ры­ми меня пери­о­ди­че­ски окру­жа­ют окру­жа­ю­щие, мне при­выч­но, и это для меня ника­кое не дости­же­ние, а буд­нич­ная реаль­ность. Но вот лазать в фор­точ­ки!!!.. 

Муж Серё­жа встре­тил меня оза­бо­чен­ной полу­улыб­кой. Уви­дев моё, сия­ю­щее сча­стьем, лицо, он ото­ро­пел… Такой счаст­ли­вой я не ощу­ща­ла себя дав­но! Как же мало порой надо для сча­стья. Порой доста­точ­но закрыв­шей­ся две­ри и открыв­шей­ся фор­точ­ки, что­бы понять: если нет выхо­да – ищи вход!

Про­чи­тать дру­гие мате­ри­а­лы из жур­на­ла «Ари­на» №30 вы може­те, ска­чав pdf-файл вот по этой ссыл­ке.


kan[1]

Кан Диа­на Ели­се­ев­на — поэтес­са, автор книг: «Висо­кос­ная вес­на», «Сог­ди­а­на», «Бак­трий­ский гори­зонт», «Под­дан­ная рус­ских захо­лу­стий», «Меж­ду­ре­чье», «Поку­да гово­рю я о люб­ви», «Обре­чён­ные на сла­ву» — а так­же мно­гих пуб­ли­ка­ций в цен­траль­ных и реги­о­наль­ных изда­ни­ях Рос­сии — все­рос­сий­ских мос­ков­ских жур­на­лах, мос­ков­ских и реги­о­наль­ных газе­тах. Так­же сти­хи Диа­ны Кан печа­та­лись на стра­ни­цах реги­о­наль­ных жур­на­лов. Твор­че­ство Диа­ны Кан пред­став­ле­но на мно­гих элек­трон­ных сай­тах: «Камер­тон», «Моло­ко», Парус», «Гости­ный двор», «Рус­ский Крест», «Рус­ское Вос­кре­се­ние», «Рос­сий­ский писа­тель» и т.д. Сти­хи Диа­ны Кан вклю­че­ны в поэ­ти­че­ские анто­ло­гии: «Молит­вы рус­ских поэтов» (Москва), «Поэ­ти­че­ский Олимп» (Москва), «Анто­ло­гия рус­ской поэ­зии ХХ века» (Москва) и мно­гие дру­гие.
Окон­чи­ла Мос­ков­ский госу­ни­вер­си­тет им. М.В. Ломо­но­со­ва и Выс­шие лите­ра­тур­ные кур­сы (ВЛК) Мос­ков­ско­го лите­ра­тур­но­го инсти­ту­та.
Член редак­ци­он­ных сове­тов рос­сий­ских литературно-художественных и общественно-политических жур­на­лов: «Подъ­ём» (Воро­неж), «Ари­на» (Ниж­ний Нов­го­род), «Аргамак-Татарстан» (Казань), «Гости­ный Двор» (Орен­бург), «Дон» (Ростов-на-Дону), «Новый ени­сей­ский лите­ра­тор» (Крас­но­ярск), элек­трон­но­го жур­на­ла «Парус» (Москва) и мно­гих дру­гих.
Два­жды лау­ре­ат все­рос­сий­ской еже­год­ной пре­мии жур­на­ла «Наш совре­мен­ник» по ито­гам года (номи­на­ция поэ­зии). Лау­ре­ат все­рос­сий­ской пре­мии «Тра­ди­ция» за серию пуб­ли­ка­ций сти­хов о Рос­сии высо­ко­го граж­дан­ско­го зву­ча­ния. Лау­ре­ат все­рос­сий­ской пре­мии «Импер­ская куль­ту­ра» в номи­на­ции «Поэ­зия» за кни­гу сти­хов «Меж­ду­ре­чье». Лау­ре­ат Самар­ской област­ной губерн­ской пре­мии в обла­сти лите­ра­ту­ры. Лау­ре­ат пре­мии жур­на­ла «Гости­ный Двор». Лау­ре­ат Самар­ской реги­о­наль­ной лите­ра­тур­ной пре­мии «Рус­ское эхо». Лау­ре­ат Самар­ской реги­о­наль­ной поэ­ти­че­ской пре­мии им. Вик­то­ра Баг­ро­ва. Лау­ре­ат Все­рос­сий­ской лите­ра­тур­ной пре­мии им. свя­то­го бла­го­вер­но­го кня­зя Алек­сандра Нев­ско­го в номи­на­ции «Осо­бая пре­мия — Слу­же­ние Рос­сии» (Санкт-Петербург). Лау­ре­ат пре­мии жур­на­ла «Аргамак-Татарстан». Лау­ре­ат Все­рос­сий­ской Пуш­кин­ской пре­мии «Капи­тан­ская доч­ка».
Рабо­та­ет мето­ди­стом в Орен­бург­ском област­ном Доме лите­ра­то­ров име­ни С.Т. Акса­ко­ва.
Член Сою­за писа­те­лей Рос­сии.

Если вы нашли ошиб­ку, пожа­луй­ста, выде­ли­те фраг­мент тек­ста и нажми­те Ctrl+Enter.