У истока эпохи

 ДИАНА КАН 

В Москве вышла кни­га мое­го самар­ско­го зем­ля­ка, про­за­и­ка и эссе­и­ста Эду­ар­да Кон­стан­ти­но­ви­ча Анаш­ки­на, сра­зу по выхо­де став­шая биб­лио­гра­фи­че­ской ред­ко­стью. Это кни­га о вели­ком рус­ском про­за­и­ке Вален­тине Гри­го­рье­ви­че Рас­пу­тине, кото­рый стал эпо­хой рус­ской лите­ра­ту­ры. А Эду­ар­ду Кон­стан­ти­но­ви­чу выпа­ло сча­стье и честь дру­жить с «эпо­хой» мно­гие деся­ти­ле­тия. Часть тира­жа кни­ги сра­зу целе­вым обра­зом была направ­ле­на в Совет Феде­ра­ции и Госу­дар­ствен­ную Думу РФ. Эду­ард Кон­стан­ти­но­вич на руки полу­чил лишь 50 экз. сво­е­го дети­ща, но очень рад, что кни­га уви­де­ла свет. Наде­юсь, что мне, как авто­ру пре­ди­сло­вия к этой кни­ге, Эду­ард Анаш­кин при­шлёт хотя бы один её экзем­пляр, но, если не при­шлёт, тоже не оби­жусь. И тоже ска­жу – глав­ное, что кни­га вышла, за что спа­си­бо име­ни­тым мос­ков­ским писа­те­лям, насто­яв­шим на её изда­нии. Хочу пред­ло­жить чита­те­лям своё пре­ди­сло­вие к кни­ге, бла­го оно-то у меня есть. И поздра­вить всех нас с тем, что эпо­ха Рас­пу­ти­на не закан­чи­ва­ет­ся с его ухо­дом из жиз­ни.

***
СТОИТ уме­реть вели­ко­му чело­ве­ку, как сра­зу появ­ля­ют­ся сот­ни дру­зей, воз­люб­лен­ных, а то и вне­брач­ных детей, кото­рые вза­хлёб начи­на­ют вспо­ми­нать о нём… При­чём, дела­ют это не в узком кру­гу, но ста­ра­ют­ся по мак­си­му­му при­дать обще­ствен­ную глас­ность сво­им вос­по­ми­на­ни­ям. Неслу­чай­но Анна Ахма­то­ва ска­за­ла, что есть такая посмерт­ная казнь для писа­те­ля – вос­по­ми­на­ния совре­мен­ни­ков. При­чём, что важ­но заме­тить, при жиз­ни вели­ко­го чело­ве­ка эти люди почему-то пред­по­чи­та­ли помал­ки­вать, и лишь после его ухо­да, когда уже он не смо­жет обо­рвать их поток сомни­тель­ных откро­ве­ний, их вдруг захлест­нул мему­ар­ный пыл. При­чём часто такие «откро­ве­ния» име­ют явную тен­ден­цию не столь­ко вспом­нить вели­ко­го чело­ве­ка, сколь­ко пока­зать себя, хоро­ших, при­ма­зать­ся к сла­ве покой­но­го и хоть так обо­зна­чить брен­ное своё суще­ство­ва­ние. Частень­ко такие «мему­а­ры» содер­жат и эле­мен­ты дис­кре­ди­та­ции вели­ко­го чело­ве­ка, ушед­ше­го от нас… Пото­му к вос­по­ми­на­ни­ям совре­мен­ни­ков и дру­зей я все­гда отно­шусь насто­ро­жен­но. Осо­бен­но, если нет инфор­ма­ции о том, что сам вели­кий писа­тель при жиз­ни  счи­тал того или ино­го мему­а­ри­ста близ­ким себе чело­ве­ком. Как гово­рит­ся, у побе­ды мно­го отцов, а пора­же­ние – все­гда сиро­та.  Сто­ит чело­ве­ку стать извест­ным, как у него вдруг появ­ля­ет­ся полным-полно «бла­го­де­те­лей», имён кото­рых он не знал, когда нуж­дал­ся в помо­щи и под­держ­ке…

Эта кни­га, посвя­щён­ная вели­ко­му рус­ско­му про­за­и­ку Вален­ти­ну Рас­пу­ти­ну, сто­ит отчёт­ли­вым особ­ня­ком от вала вос­по­ми­на­ний о Рас­пу­тине, что захлест­нул Росс­сию после смер­ти клас­си­ка — вос­по­ми­на­ний часто весь­ма сомни­тель­ных, о чём, в част­но­сти, в одной из сво­их ста­тей рас­ска­зы­ва­ет един­ствен­ный сын Вален­ти­на Рас­пу­ти­на – Сер­гей Вален­ти­но­вич. Эта кни­га дру­гая. Она напи­са­на чело­ве­ком, кото­рый знал Вален­ти­на Гри­го­рье­ви­ча задол­го до того, как наш буду­щий клас­сик издал свою первую кни­гу. Сибир­ский вол­жа­нин Эду­ард Кон­стан­ти­но­вич Анаш­кин, автор этой кни­ги, позна­ко­мил­ся с буду­щим клас­си­ком на ныне леген­дар­ном семинаре-совещании моло­дых писа­те­лей в Чите, где совсем моло­дой тогда Валя Рас­пу­тин пообе­щал ещё более моло­до­му на тот момент Эди­ку Анаш­ки­ну пода­рить свою первую кни­гу… когда она у него появит­ся. Обе­ща­ние своё, став клас­си­ком, Рас­пу­тин сдер­жал деся­ти­ле­тия спу­стя, пом­нил об Анаш­кине и об обе­ща­нии. А все эти деся­ти­ле­тия, про­шед­шие с момен­та лич­но­го зна­ком­ства, Эду­ард Кон­стан­ти­но­вич вни­ма­тель­но сле­дил за талант­ли­вым писа­те­лем, соби­рал мате­ри­а­лы о нём, кни­ги Рас­пу­ти­на и, мож­но ска­зать, не афи­ши­руя нигде свою вни­ма­тель­ность к жиз­ни и судь­бе вхо­дя­ще­го в извест­ность про­за­и­ка, фак­ти­че­ски посвя­тил Рас­пу­ти­ну мно­гие деся­ти­ле­тия жиз­ни.

Сколь­ко пом­ню, Эду­ард Кон­стан­ти­но­вич нико­гда не назы­вал свои отно­ше­ния с Рас­пу­ти­ным друж­бой. Он настоль­ко бого­тво­рил Рас­пу­ти­на, что, види­мо, нелег­ко было Эду­ар­ду Кон­стан­ти­но­ви­чу при­ме­нить это сло­во, под­ра­зу­ме­ва­ю­щее некое равен­ство сто­рон – к Вален­ти­ну Гри­го­рье­ви­чу.

Но меж­ду тем они были дру­зья­ми.  Не толь­ко пото­му, что пери­о­ди­че­ски пере­зва­ни­ва­лись и встре­ча­лись. И не толь­ко пото­му, что по лич­но­му при­гла­ше­нию Вален­ти­на Гри­го­рье­ви­ча Эду­ард Анаш­кин побы­вал на заме­ча­тель­ном Все­рос­сий­ском лите­ра­тур­ном празд­ни­ке «Сия­ние Рос­сии» в Иркут­ске, став­шем Рас­пу­ти­ну роди­ной. И не толь­ко пото­му, что почти каж­дую свою кни­гу Рас­пу­тин при­сы­лал Анаш­ки­ну, что ста­но­ви­лось для послед­не­го целым собы­ти­ем жиз­ни. А пото­му, что когда Рас­пу­ти­ну было печаль­но, он зво­нил Анаш­ки­ну. Так одним из пер­вых Эду­ард Кон­стан­ти­но­вич узнал от наше­го клас­си­ка страш­ную новость о ско­ро­по­стиж­ной смер­ти изда­те­ля рас­пу­тин­ских книг – Ген­на­дия Сапро­но­ва. После­ду­ю­щую чере­ду смер­тей люби­мых Рас­пу­ти­ным жен­щин – доче­ри и жены – автор этой кни­ги вос­при­нял, как тра­ге­дию лич­ную… Но глав­ное – глав­ное в том, что все эти деся­ти­ле­тия Эду­ард Кон­стан­ти­но­вич фак­ти­че­ски создал на дому твор­че­ский рас­пу­тин­ский музей! И види­мо, настоль­ко уже даже моск­ви­чи зна­ли об этом, что даже не толь­ко писа­те­ли, но и скуль­пто­ры ста­ра­лись попол­нить экс­по­зи­цию.  Так у Эду­ар­да Кон­стан­ти­но­ви­ча появил­ся бюст Вален­ти­на Рас­пу­ти­на, пода­рен­ный извест­ным мос­ков­ским скуль­пто­ром. Этот бюст про­пу­те­ше­ство­вал с ока­зи­ей через всё Повол­жье, будучи вру­чён скуль­пто­ром в Москве про­фес­со­ру фило­ло­гии из Тольят­ти. А уж она береж­но довез­ла его и вру­чи­ла Эду­ар­ду Кон­стан­ти­но­ви­чу столь весо­мый во всех отно­ше­ни­ях дар. Одна­ко дар этот, как ни жаль было с ним рас­стать­ся, но Анаш­кин решил пода­рить музею Рас­пу­ти­на в Иркут­ске, уже после смер­ти клас­си­ка. И сно­ва рас­пу­тин­ский бюст-путешественник поко­ле­сил по доро­гам необъ­ят­ной Рос­сии, на сей раз уже в сопро­вож­де­нии Эду­ар­да Анаш­ки­на…

Это лишь одна из мно­же­ства исто­рий жиз­ни авто­ра этой кни­ги, свя­зан­ная с рас­пу­тин­ской темой. Вален­тин Гри­го­рье­вич чув­ство­вал душев­ное отно­ше­ние к нему Эду­ар­да Кон­стан­ти­но­ви­ча. Неслу­чай­но, в канун одно­го из рас­пу­тин­ских юби­ле­ев, когда я позво­ни­ла Эду­ар­ду Анаш­ки­ну узнать, как у него дела, он был почти счаст­лив, ска­зав: «Мне вче­ра зво­нил Вален­тин Гри­го­рье­вич. Попро­сил напи­сать о том семи­на­ре моло­дых лите­ра­то­ров в Чите, где мы с ним, соб­ствен­но, и позна­ко­ми­лись…». Я спро­си­ла: «И как же ты, Эду­ард Кон­стан­ти­но­вич, будешь писать о том, что было почти пол­ве­ка назад? Раз­ве упом­нишь?». Он как бы даже и оби­дел­ся: «Да что ты! Я пом­ню этот семи­нар, слов­но вче­ра всё было, а что не пом­ню, у меня в днев­ни­ке запи­са­но, я же всю жизнь веду днев­ник… Для меня такая радость, что Вален­тин Гри­го­рье­вич пом­нит об этом семи­на­ре, соб­ствен­но, открыв­шем его, как писа­те­ля».  Так­же Анаш­кин был счаст­лив лишь тогда, когда Вален­тин Гри­го­рье­вич сам вызвал­ся напи­сать пре­ди­сло­вие к его кни­ге «Запря­гу судь­бу я в сан­ки» о дет­до­мов­ском дет­стве Анаш­ки­на…

А для меня радость, что эта кни­га о Рас­пу­тине выхо­дит в свет. Зная Анаш­ки­на, как чело­ве­ка дотош­но­го, не склон­но­го впа­дать в худо­же­ствен­ный вымы­сел там, где этот вымы­сел не нужен, могу ска­зать, что это очень точ­ная кни­га. И в этом её глав­ное досто­ин­ство. Это кни­га имен­но о Рас­пу­тине по прин­ци­пу «Тут не при­ба­вить, не уба­вить – так это было на зем­ле».  Это кни­га о чело­ве­ке, став­шем эпо­хой рус­ской лите­ра­ту­ры. И Эду­ард Кон­стан­ти­но­вич счаст­ли­вый, что ни гово­ри, чело­век, пото­му что сто­ял у исто­ков этой эпо­хи.


Кан Диа­на Ели­се­ев­на – поэт, член Сою­за Писа­те­лей Рос­сии. Закон­чи­ла МГУ и ВЛК Мос­ков­ско­го Лит­ин­сти­ту­та. Автор книг: «Висо­кос­ная вес­на», «Под­дан­ная рус­ских захо­лу­стий», «Сог­ди­а­на», «Поку­да гово­рю я о люб­ви», «Обре­чён­ные на сла­ву». Лау­ре­ат мно­го­чис­лен­ных лите­ра­тур­ных пре­мий, в т.ч. Орен­бург­ской пре­мии им. В. Прав­ду­хи­на. (Гости­ный двор). Диа­на Кан роди­лась  в Узбе­ки­стане, в горо­де Тер­мез, с юно­сти мно­го лет жила в Орен­бур­ге, зани­ма­лась жур­на­ли­сти­кой, после жила в Москве, в Сама­ре, где рабо­та­ла руко­во­ди­те­лем лите­ра­тур­но­го объ­еди­не­ния «Отчий дом»,  кото­ро­му при­сво­е­но зва­ние «Народ­ный кол­лек­тив».

Сей­час живет и рабо­та­ет в Орен­бур­ге, ведет заня­тия лите­ра­тур­но­го объ­еди­не­ния име­ни Акса­ко­ва при Област­ном Доме лите­ра­то­ров.

  

Если вы нашли ошиб­ку, пожа­луй­ста, выде­ли­те фраг­мент тек­ста и нажми­те Ctrl+Enter.