Попробовать стать поэтом…

 ЛЮБОВЬ СУХАРЕВА 

Снежная Королева

Снеж­ная коро­ле­ва
В ром под­ли­ва­ет колу.
Вер­ная рок-н-роллу,
Слу­ша­ет Iggi Pop.
В самом кон­це при­пе­ва
Жад­но вды­ха­ет смо­лы
И пожи­ра­ет рол­лы,
Не раз­ре­веть­ся чтоб.
Вечер доволь­но мерз­кий –
Ей не хва­та­ет вес­ких,
Что­бы не делать рез­ких,
Что­бы себя взбод­рить.
Быть пере­ста­ла дет­ской
Сказ­ка. И Кай в ней дерз­кий,
Слов­но крю­чок на лес­ке,
При­зван её драз­нить.
Снеж­ная та же баба –
Ждёт мужи­ка из паба
С запа­хом то ли кра­ба,
То ли тупой трес­ки.
Сле­ва сда­ви­ла жаба.
Каж­дый быва­ет сла­бым –
Снеж­ная та же баба
Курит и трёт вис­ки.
Passenger на повто­ре –
Это ещё не горе,
Толь­ко от ссо­ры к ссо­ре
Сту­жа внут­ри силь­ней.
Исти­на тонет в спо­ре,
В кри­ках и про­чем вздо­ре,
И зати­ха­ет вско­ре,
Впо­ру забыть о ней.
Остек­ле­нев к рас­све­ту
/Похорошев при этом/,
Про­сто соста­вит сме­ту,
Чтоб оце­нить урон.
Вновь поху­де­ет к лету,
Ста­нет давать сове­ты,
Плю­нув на все при­ме­ты,
Сно­ва взой­дет на трон.

За нами не придут

За нами не при­дут –
Иллю­зии смер­тель­ны.
Сест­ра, уйми свой плач,
Взгля­ни в гла­за зари –
Как алое пят­но
От раны огне­стрель­ной
Без­жа­лост­ный пожар
Рас­тёт у нас внут­ри.
За нами не при­дут.
Награ­да ли, про­кля­тье
Оста­вить нас пылать
На соб­ствен­ных кострах?
Нас про­кля­ли отцы,
Наси­ло­ва­ли бра­тья,
Теперь мы смот­рим сквозь
И пре­зи­ра­ем страх.
За нами не при­дут.
Ты можешь резать вены –
И сно­ва этот круг,
И сно­ва этот ад.
За нами не при­дут,
В пле­ну пустой Все­лен­ной
Ты осо­зна­ешь вдруг,
Что ты уже рас­пят.
За нами не при­дут –
Зали­ты веки рту­тью,
На сме­ну стра­ху – злость,
Под кожей холод ста­ли.
За нами не при­дут.
Сест­ра, мы на рас­пу­тье –
Сомне­ния отбрось,
Не думай о мора­ли.
Не думай ни о чем –
Мы бро­ше­ны, как дети.
За нами не при­дут.
Но кто
тогда
в отве­те?

Рисую

Я закры­ваю гла­за – зима,                                  
Я под­став­ляю ладо­ни – снег.
Так вот обыч­но схо­дят с ума –
Веч­ный холод и веч­ный бег.
Мой покой рас­кле­ва­ли воро­ны,
Мои баш­ни сорва­ны.
Я с ладо­ней корм­лю шака­лов,
Я уста­ла.
В голо­ве име­на и даты –
Не об этом вза­хлёб когда-то.

Я бро­жу сре­ди улиц блёк­лых
И рисую сти­хи на стёк­лах.

Весна

Закры­ваю гла­за и хочет­ся
До све­дён­ных тос­кою век,
Что­бы чёр­то­во оди­но­че­ство
Рас­тво­ри­лось, как гряз­ный снег.
Чтоб вес­на, да не кален­дар­ная,
Насто­я­щая – изнут­ри,
Слов­но пла­мя зажглась янтар­ное,
И гла­зи­ща – как фона­ри.
Чтоб уют –  креп­кий чай и пря­ни­ки,
Запах липы и тиши­на,
И напро­тив друг дру­га стран­ни­ки
У рас­пах­ну­то­го окна
Смот­рят в небо, сидят уста­лые,
Взяв­шись за руки под сто­лом.
И сме­ют­ся, как дети малые,
И не важ­но им, что потом.

Сколько?

Сколь­ко мож­но удер­жи­вать эти тис­ки?
Сколь­ко капель рас­плав­лен­ной белой тос­ки
Нуж­но вылить свин­цом на уста­лое темя,
Что­бы ты поня­ла,
Что не с теми?

Сколь­ким мож­но тебя обры­вать, слов­но нить?
Сколь­ким нуж­но тебя выедать и скоб­лить,
Пере­пач­кать золою иску­сан­ных губ,
Что­бы ты поня­ла,
Что ты труп?

Бес­по­кой­ное, сует­ное дитя,
Как на свет, они на тебя летят.
Бьют­ся боль­но, пада­ют, как от пуль
Сколь­ко лет ты ждёшь этот свой июль?

Тише

Тише, тише,
Дай мне собрать­ся с духом, не захлеб­нув­шись,
Не выда­вая плен­ных и несо­глас­ных.
Рушь­ся, Все­лен­ная, в про­шлое завер­нув­шись,
Зажи­во сгнив­ши, я вос­кре­саю наспех.
Тише, не надо –
Я боль­ше не слы­шу голос.
Ни по губам, ни жестам не будет веры.
Я сорва­лась, и имя пере­мо­ло­лось –
Пира не будет. Чуму пре­взо­шла холе­ра.
Тише. Без рук, без пре­пят­ствий, без гряз­ных напут­ствий.
Это не боль­но, но всё же сжи­ма­ет сле­ва.
Новая запись в тво­ем днев­ни­ке отсут­ствий –
Ты про­пу­стил изгна­ние коро­ле­вы.

Память

Если вытрях­нуть из баш­ки шмот­ки,
Шпиль­ки, цац­ки, ажур­ные кол­гот­ки,
Оста­нет­ся крик, похо­ро­нен­ный зажи­во в глот­ке,
И жут­кое жела­ние нажрать­ся вод­ки,
Резать кожу, рас­се­кая волок­на,
Нырять в окна,
Молить Бога, захле­бы­ва­ясь ядом неве­рия –
Даже перед собой не избе­жать лице­ме­рия.
Выжи­гать бук­вы, кото­рые не на теле, а мно­го глуб­же,
Пере­би­рать кам­ни, счи­тать мёрт­вые души,
Закры­вать што­ры, зами­рать под кровать/you,
На сколь­ко ещё меня хва­тит?
Я могу отру­бить себе руки,
пере­ло­мать ноги,
выплес­нуть чёр­ные кляк­сы зрач­ков,
Но кто мне под­ска­жет,
где нанять кил­ле­ра
для этих про­кля­тых снов?
Выре­за­ла кад­ры, бро­са­ла цве­там в алые пасти –
Девочка-ластик
с гла­за­ми вче­раш­не­го сча­стья.

Живьем

Сквозь застряв­шие в реб­рах сло­ва,
Уда­ет­ся дышать
Едва 

Это я
Это я и небо и я — тра­ва 
Этот кос­мос — моя голо­ва 
Из него как звез­ды гля­дят гла­за
На тебя пусто­го, как тот вок­зал
А ты смот­ришь в стро­ну, ночь чер­на
И ни сил не хва­тит мне, ни вина
Ни горя­чих вздо­хов, ни цеп­ких фраз,
Чтоб заста­вить Бога пове­рить в нас

Это ты
Это ты и воз­дух и пусто­та
Эйфо­рия, при­сту­пы, мае­та
Это ты и лава и ты — металл 
Это ты настиг/наступил/настал

Это чья то шут­ка навер­ня­ка ,
Раз в моей руке не твоя рука.
И улыб­ку неж­ную смял оскал…
Тот, кто это выдумал-хохотал.

Нас с тобой не ста­ло, но мы живем
Мы друг дру­га съе­ли с тобой
Живьем

Радуйся

Радуй­ся.
Радуй­ся небу
И тому, что сна­ру­жи,
И тому, что внут­ри.
Пусть оно дождит,
Моро­сит,
Невы­но­си­мо ску­лит,
Мажет сля­ко­тью и, кажет­ся, не отмыть.
Но ты сама выбра­ла «быть»
И не ныть.
Радуй­ся солн­цу, целуй золо­тые лучи,
Звёзд­ные рос­сы­пи пере­би­рай в ночи
И тому, о ком серд­це твоё кри­чит,
Радуй­ся
Но мол­чи.
Радуй­ся пти­цам, что рвут­ся сквозь рёб­ра под пото­лок
И клю­ют в гла­за, и сби­ва­ют с ног.
И порою кажет­ся, что не встать…
Радуй­ся,
Что научи­лась терять, про­щать,
Солью зали­зы­вать раны.
Радуй­ся, что назы­ва­ют стран­ной.
Всё сомни­тель­но, мно­го­гран­но.
Откры­вай окна, гла­за, стра­ны,
Ухо­ди тихо, при­хо­ди незва­ной,
Тан­цуй на оста­нов­ках, пой в ван­ной.
Радуй­ся!
Радуй­ся, когда мор­щин­ки затя­нут твоё лицо,
Когда вре­мя туго сожмёт коль­цо
И уста­лость в тело вольёт свин­цом.
Радуй­ся, и не назы­вай кон­цом
То, что есть нача­ло иных миров.
Радуй­ся, что зна­ешь на вкус любовь,
Что пила ее густой боже­ствен­ный сок.
Радуй­ся, что вся­ко­му есть свой срок.

Ты не можешь знать – для чего и кому всё это,
Но ты можешь влю­бить­ся в эту пла­не­ту
И попро­бо­вать стать поэтом.
Радуй­ся
!


Суха­ре­ва Любовь Вик­то­ров­на. Роди­лась и вырос­ла в горо­де Орен­бур­ге.

С 2015 г. явля­юсь рези­ден­том куль­тур­но­го про­ек­та наше­го горо­да «Дру­гая Сре­да», кото­рый поз­во­ля­ет доно­сить поэ­зию со сце­ны. Пер­вый автор­ский сбор­ник «Дру­гой Сре­ды» — «Исто­рии вдох­но­ве­ний» был пре­зен­то­ван 11 октяб­ря 2017 г., в него вошли и мои рабо­ты.

Луч­ший моло­дой поэт по ито­гам реги­о­наль­но­го семинара-совещания «Мы вырос­ли в Рос­сии» 2017 года.

Моё твор­че­ство это свое­об­раз­ный душев­ный стрип­тиз, в кото­ром я ого­ляю нер­вы и обна­жаю чув­ства настоль­ко откро­вен­но, что одни заво­ро­жен­но наблю­да­ют, а дру­гие в недо­уме­нии отво­ра­чи­ва­ют­ся.

Если вы нашли ошиб­ку, пожа­луй­ста, выде­ли­те фраг­мент тек­ста и нажми­те Ctrl+Enter.