Кольцо в стене

– Вы не дослушали. В противном случае мне придется донести в полицию о нарушении законов Марокко иностранными гражданами, – и в его глазах промелькнула искра превосходства, замечаемая проигравшими у победителей.

Но я себя проигравшим не считал:

– Значит, так. Ничего я Николаю говорить не стану. И вы ничего Сальве не скажете. Послезавтра нас тут не будет, и для вас эта история закончится. Работайте себе дальше в этом отеле… Или вы тут тоже отпуск проводите?

– Я работаю не здесь, и отпусков у меня не бывает. Как, впрочем, и у вас, – внезапно что-то в нем изменилось, и перемена была настолько разительной, словно Фарид получил одномоментно мощный заряд энергии. – Я не ошибаюсь, господин хранитель? Впервые сижу вот так спокойно с представителем другого полюса. Недаром говорят: противоположности притягиваются. Очень интересно с вами болтать, узнавать ваши взгляды на существование. В мелочах, конечно. Мы ведь с вами отличаемся только в мелочах, а так делаем одно общее дело – вы со своей стороны, я – со своей. Вы упорядочиваете материю и энергию, а я их раскатываю в лепешку. Вы строите песчаные замки, а я их размываю прибоем и развеиваю по ветру.

– О чем вы? Я что-то ни черта не понимаю.

– Черта скорее мне следует поминать, не ваша это лексика. Притворяться только не надо, мы уже встретились, ничего не поделаешь, так давайте будем вести себя как разумные существа.

Вероятно, мой недоуменный вид заставил Фарида в чем-то засомневаться:

– Вы что же, действительно еще не осознали миссию?

– Да какую миссию?!

– Борца с энтропией, вестимо. Похоже, вы девственно чисты, озарение вас еще не накрыло. Держитесь, коллега! Мне выпала приятная миссия сообщить вам, кто вы такой. Сообщаю: вы существо, которому поручено находиться рядом с Николаем Самариным и охранять его от ненужных контактов, неправильных поступков и всего, что вредит делу борьбы с энтропией. Раньше таких, как вы, называли ангелами-хранителями. Сейчас – просто хранителями.

– Что за чушь! Какие хранители! Мне что – заняться больше нечем, кроме как Коле помогать?

– Конечно, нечем. Семьи у вас нет, работа необременительная, не требующая постоянного присутствия, так что все свободное время вы будете отдавать Коле. Точнее, его защите и обороне. Он ТАМ кому-то и зачем-то нужен, – Фарид пальцем ткнул в небеса. – В каком-то процессе его «задействовали». Интересное слово, правда? «Заде-е-ействовали».

Тут только я понял, что мы давно говорим по-русски.

– Жуткое слово. Гадость. «Завели и воздействовали». Я вам не верю насчет меня и Самарина. Я не имею к нему никакого отношения.

– Имеете. У вас очень ярко выраженный случай – даже имена и фамилии одинаковые. Неужели вы так плотно вошли в образ, что не оставили в памяти запасную ячейку с короткой записочкой: «Помни, кто ты и зачем ты»?

– Бред. Я не знаю, к чему вы мне все это говорите. Может, у вас с головой не в порядке, а, Фарид?

– Можете называть меня Федей, если хотите, или Фредом. Это не имеет значения. За первым же поворотом меня будут звать по-другому. Таких, как я и вы, много по всему земному шару, но мы редко соприкасаемся, искрит, знаете ли, сильно и запах гари. Обыватель пугается… Кстати, и вы сегодня Коля, а завтра будете Петя. Имена не имеют смысла. Мы с вами – неизвестные солдаты, безымянные герои. Я бьюсь за торжество Второго закона термодинамики, утверждающего, что любая система стремится перейти из более упорядоченного состояния в менее упорядоченное. А вы мне противостоите, сражаясь за все, что сумело родиться из хаоса: галактики, звезды, планеты, города, людей, картины, трактора, вино, компьютеры, жевательную резинку, переходящие знамена, колокольни и минареты, пальмы и березы, болезни и страдания, войны и оружие… Мы не принадлежим себе. И я, и вы созданы одной рукой, но я и те, что со мной, оттолкнули эту руку, осознав, что хаос непобедим и надо позволить Вселенной раствориться в нем. А вы продолжаете идти против Закона, натягиваете носовой платок над своими замками из песка, пытаясь уберечь их от шторма Времени, который рано или поздно раздробит все, что есть в этом мире, на атомы, рассеет энергию по всему мировому пространству, и при температуре чуть выше абсолютного нуля воцарится первозданный хаос. Тогда-то страдания закончатся, и в мире наступит покой на все времена.

– Но вас-то, я надеюсь, энтропия пощадит. Иначе кто будет любоваться этой идиллической картинкой?

– Не пощадит. Я же сказал: мы с вами просто солдаты, мы должны погибнуть на этой войне. Это часть плана.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Вы робот? *