Кольцо в стене

– Если этот разрушитель не успокоится, у вас могут быть большие проблемы с полицией, – сказал сидевший на корме Абдулле, когда я рассказал ему, что произошло в баре.

– Именно этого он и хотел. Похоже, у нас с ним, как теперь говорится, намечается столкновение интересов, и ему нужно срочно нейтрализовать меня. Скорее всего, именно за этим он меня и заманил в Сенегал. Наверное, мне лучше всего покинуть страну каким-нибудь нетрадиционным путем. Не подскажете, как?

Пирога резво шла на север, не приближаясь к берегу ближе, чем на километр. Навстречу попадались прыгающие на волнах лодки с рыбаками, ставившими и вынимавшими сети, небольшие яхты с европейцами-отпускниками, а вдали медленно, словно улитки во сне, ползли по арке горизонта сухогрузы и танкеры. Здесь, у мыса Альмади, настоящий перекресток Атлантики. Светофоров только не хватает.

Внезапно мотор замолчал. Лодка-полумесяц увязла в золоте солнца, расплавленном и разлитом по густой океанской синеве.

– Давайте подумаем, что можно сделать, – произнес Абдулле.

– Скажите, а с чего вы взяли, что я хранитель? Телепатические способности? Чтение мыслей?

– Вы хранитель первого срока?

– То есть?

– Вы помните свои прежние жизни?

– Нет.

– Значит, все у вас впервые. Вы только выбираетесь из оболочки человека. Вынужден вас огорчить: у нас нет никаких сверхъестественных способностей – мы не проходим сквозь стены, не можем становиться невидимыми и уж, конечно, не читаем мысли. Правда, под плащом у наших антиподов-энтропистов тоже нет ничего особенного. Так, обычный набор: ложь, лицемерие, подкуп, яд, кинжал, пистолет, тротил, бомбы, ракеты… И еще: они не ограничены моралью в своем стремлении к разрушению. Им разрушать легче, чем нам сохранять.

– Вы не ответили – как вам удалось определить, что я хранитель?

– Это из того немногого, что нам дано в дополнение к обычным человеческим способностям, – умение распознавать своих и чужих.

– Почему же я вас не распознал?

– Разве? После разгрома бара вы побежали к берегу и сели именно в мою лодку. Вы доверились мне. Этого мало? Тогда вот вам простой способ: общаясь с человеком, задайте себе вопрос: «Это хранитель?» – и в голове у вас появится четкий ответ – «да» или «нет». То же и с разрушителями.

– Спасибо. С тех пор, как пятнадцать лет назад мне рассказали, кто я, только пару раз мне встречались хранители. Вы – третий случай.

– Я знаю, что вы хотите сказать, – вздохнул Абдулле. – Больше всего вы страдаете от одиночества, у вас нет семьи, вам не с кем поговорить.

– Да. Иногда бывает очень плохо. Иногда я думаю, что ничего не могу сделать для своего Николая. Иногда я не понимаю, зачем вообще я нужен. Иногда мне кажется, что мир катится к чертям – вроде того, что прятался под стойкой в баре «Париж – Дакар».

– Так и есть, а мы с вами этому препятствуем. Очень жаль, но с одиночеством ничего не поделать. Хранителям нельзя тесно общаться между собой, это может помешать выполнению миссии. Добро очень индивидуально, и то, что необходимо одному человеку, другому может принести вред.

– Что русскому хорошо, то немцу смерть. Есть у нас в России такая пословица.

– Очень точно сказано.

– Абдулле, если не секрет, а вы чей хранитель?

– Для вас не секрет: Кофи.

– Генсека?

– Да. Странно это, правда? Где он и где я? Вчера я видел его третий раз в жизни, и то издалека.

– Так как же вы его… храните? Откуда вы знаете, что вам надо сделать?

– Я ничего не знаю. Просто однажды я должен сыграть какую-то роль – обстоятельства подскажут, какую. И это поможет Кофи выполнить его предназначение.

Лодка покачивалась на груди спящего океана, повторяя его мерное дыхание. Все мои мучения последних без малого двадцати лет, оказывается, очень просто объяснялись: жди, и все придет само. Неужели моя жизнь сводится к одному-единственному выходу на сцену с репликой «кушать подано» или вовсе – к звуку падающего тела за сценой?

– Однако как же с вами-то? – Абдулле глядел на меня теперь мягко и с сочувствием. – Прегрешение у вас небольшое, но, я думаю, денег на возмещение ущерба ресторану у вас не хватит, и тогда вам дадут срок. Чего и добивается ваш противник, которому зачем-то нужно вас тут задержать. Когда приедете домой, немедленно выясните, где ваш подопечный… Знаете, у меня есть идея. Один мой знакомый, простой человек и далеко не ангел, работает в правительственном гараже…

Ночевать мне пришлось у Абдулле, в маленьком глинобитном доме. На следующий день, тщательно выбрившись, надев лучшие вещи из своего дорожного гардероба и нацепив на нос темные очки, я приехал в аэропорт имени Леопольда Седара Сенгора на личном «мерседесе» одного из министров. И в сопровождении его личного шофера (простого человека, далеко не ангела, забравшего поэтому триста долларов, еще остававшихся у меня, и все африканские франки, а в дополнение к ним то, что смог добавить Абдулле) за семь минут до отлета рейса на Париж быстрым шагом вошел в VIP-зал, бросил паспорт и билет на стойку регистрации, а шофер, которого здесь прекрасно знали, быстро затараторил на волоф, как мы договаривались:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Вы робот? *