Вся правда о Рите

 АНТОН ГОРЫНИН 
социальная драма в двух действиях

Действующие лица:
В а д и м
Р и т а
М а р и н а
Н и к о л а й
Н а д е ж д а
У ч а с т к о в ы й
Р е ж и с с е р
П а р т н е р 1
П а р т н е р 2
П а р т н е р 3
П а р т н е р 4
П а р т н е р 5

В каком-то провинциальном российском городе. Наши дни.

ДЕЙСТВИЕ I

Сцена первая

Богатый, но безвкусно обставленный кабинет. За столом сидит Партнер 1, разговаривает по телефону, перед столом стоит Режиссер.

Партнер 1 (в телефонную трубку). Да, и его тоже на продажу. Давай, чтобы к вечеру уже клиент был. Рафик, реконструировать можно, только для кого? Ты в этот, прости, господи, кинотеатр пойдешь? Я тем более. А у народа Интернета навалом. Продадим, распилим, как обыч… (поднимает взгляд на Режиссера.) Распределим средства на другие нужды. Все, давай (кладет трубку.) Еще раз, кто вы?
Режиссер. Режиссер.
Партнер 1. А?
Режиссер. Режиссер!
Партнер 1. Что-то не похоже.
Режиссер. Я начинающий.
Партнер 1. Что?
Режиссер. Начинающий!
Партнер 1. Голос-то у режиссера командный должен быть.
Режиссер. Сделаем.
Партнер 1. А?
Режиссер. Сделаем!
Партнер 1. Что?
Режиссер. Голос.
Партнер 1. Не понял.
Режиссер. Голос сделаем!
Партнер 1. А… Голос голосом. Кино-то не голосом, а талантом делается. Имеется у вас такой?
Режиссер. Таланта навалом! Всего остального нет!
Партнер 1. Чего нет?
Режиссер. Ничего нет!
Партнер 1. А сюда зачем пришли?
Режиссер. Ну как… Облросгоскино здесь же находится?
Партнер 1. Что?
Режиссер. Обл-рос-гос-кино здесь находится?!
Партнер 1. А, в этом смысле. Здесь. Хотите помощи попросить? Или просто денег?
Режиссер. Помощи! И денег…
Партнер 1. Не понял.
Режиссер. И денег!
Партнер 1. И денег… Сняли что-нибудь уже?
Режиссер. Ну так… дома, своих.
Партнер 1. Громче, не понимаю я.
Режиссер. Дома снимал кое-что! Со своими!
Партнер 1. То есть фильмографии нет?
Режиссер. Нет.
Партнер 1. Нет?
Режиссер. Нет!
Партнер 1. Так что ж вы пришли сюда, если еще ничего не сняли? Откуда я знаю, какой из вас режиссер? Как я могу вкладывать деньги и ресурсы оставшиеся в неизвестность?

Режиссер обреченно кивает, разворачивается, подходит к двери.

Режиссер. А они у тебя есть вообще?..
Партнер 1. Что?
Режиссер. Деньги у вас есть?!
Партнер 1. Какое это имеет значение?
Режиссер. Пожалуй, что никакого…
Партнер 1. А?
Режиссер. Никакого значения не имеет! Я же начинающий! Пойду сниму что-нибудь стоящее на мобильник!
Партнер 1. Вот. Правильно. Начинать нужно с малого.
Режиссер. С малого я уже начал.
Партнер 1. Не понял.
Режиссер. И не поймёшь.
Партнер 1. Да что ты там бубнишь, режиссер?
Режиссер. Пошел ты.
Партнер 1. Так, я все слышу! Ну-ка сам пошёл отсюда! Ишь ты…

Режиссер уходит, громко хлопнув дверью.

Партнер 1. Не с того начинаешь! (Задумывается, остывает.) Что-то я не спросил, чего он снять-то хочет. Ладно, все равно. Чем мы ему поможем?.. Самим бы кто помог… (Задумывается, застывает.)

 

Сцена вторая

Маленькая спальня, полуторная кровать. В постели Вадим и Марина лежат в обнимку. Глубокая ночь.

Марина. Вадик. Вадик!
Вадим. М-м-м?
Марина. Спишь?
Вадим. Уже нет.
Марина. Тоже не спится…
Вадим. Уже три раза было, давай поспим уже.
Марина. Да я не в этом смысле.
Вадим. А в каком еще?
Марина. Думаю о нас. Сегодня уже год, как мы вместе.
Вадим. Летит время.
Марина. Да я не про это.
Вадим. А про что?
Марина. Хорошо найти ту самую любовь именно в тридцать лет. Правда?
Вадим. Почему?
Марина. Потому что есть еще молодость… и жизненный опыт уже есть.
Вадим. Какой опыт?
Марина. Личный. Опыт отношений, сексуальный опыт.
Вадим. У кого как.
Марина (игриво). У меня серьезный опыт, знаю, о чем говорю.
Вадим (окончательно проснувшись). О чем ты говоришь?
Марина. О мужчинах.
Вадим. В смысле?
Марина. Ну, в смысле… Их в моей жизни запутанной было много. Но все какие-то… А потом появился ты. И я полюбила. По-настоящему.
Вадим. А до меня никого не любила?
Марина. А я теперь и не знаю. Во всяком случае, это были приключения. Все мои бывшие… все заканчивалось очень быстро… но все они составили тот опыт, который помогает мне в отношениях с тобой.
Вадим. Как это он тебе помогает?
Марина (начинает ласкать Вадима). Ну, например, я не смогла бы делать тебе так, как ты любишь, если бы на других не потренировалась…

Вадим отстраняется от Марины, та продолжает его ласкать. Наконец Вадим вскакивает с постели и подходит к окну.

Марина. Что?
Вадим. То есть ты мне сейчас говоришь о том, что ты тренировалась-тренировалась, а потом успокоилась… как бы.
Марина. А, понятно. Зачем ты опять все с ног на голову переворачиваешь?
Вадим. Я тебя просил не рассказывать мне о своих бывших.
Марина. Вот именно, что они «бывшие». К прошлому ревнуешь?
Вадим. Я готов уважать твое прошлое, если там были чувства серьезные, но что-то не получилось. Понятно, жизнь очень по-разному складывается. Но вот эти твои «тренировки»…
Марина. Ну что ты к слову-то прицепился?
Вадим. Потому что не надо мне снова и снова рассказывать о своем блядском прошлом!

Молчание. Марина пристально смотрит на Вадима, и всего за несколько секунд взгляд ее превращается из теплого в холодный. Марина встаёт и начинает одеваться.

Вадим. Я не буду извиняться. Я сказал то, что сказал. Может это и грубо… но это просто экспрессия такая, сама довела.
Марина. Зачем нам вообще нужно было что-то начинать? По-твоему, все женщины с прошлым заведомого легкого поведения?
Вадим. Нет.
Марина. Вот и найди себе девственницу и молись на нее!
Вадим. Я не это имел в виду.
Марина. Только смотри, чтоб тебя не посадили – всем женщинам без прошлого не больше шестнадцати сегодня! Прощай.
Вадим. Куда ты пошла в три часа ночи?
Марина. Пойду отдамся кому-нибудь. (Выходит из спальни, через несколько мгновений раздается громкий хлопок входной двери.)
Вадим (сам с собой). Шлюха. Такая же, как и все. На что надеялся?.. Есть прошлое, нет прошлого, дело-то не в этом. А в том, что соитие… это же не просто, как зубы почистить. Это же таинство. Отдать себя просто так кому попало… Кому я все это говорю?.. (Смотрит в окно, открывает его, кричит.) Вернись, останешься до утра хотя бы! Слышишь?

Не дожидаясь ответа, Вадим закрывает окно, ложится в кровать. Лежит несколько секунд, затем резко встает и, захватив первую попавшуюся одежду, выбегает из спальни.

 

Сцена третья

За столиком в кафе Режиссер и Марина. На столике две чашки кофе, десерт и включенный диктофон.

Режиссер. Что, прям так и сказал: «блядское прошлое»?
Марина. Да. Меня это, честного говоря, даже не то, чтобы… Даже не знаю, как сказать… Ввело в ступор, что ли. Я, конечно, дико обиделась поначалу, а потом… Ну как-то… Он ведь всегда был очень корректен, даже на взводе. Да, даже я и не помню, когда он до этого был на взводе… Именно в тот момент, в ту ночь, в нем что-то надломилось необратимо.
Режиссер. Вы сказали, что сперва обиделись, а потом что?
Марина. Потом… потом я задумалась. А вдруг он абсолютно прав? (Задумывается.) Такое легкое, безответственное поведение чуть ли не нормой стало. Во всем.
Режиссер. Нет, все-таки по-прежнему легкое отношение к сексу осуждается в приличном обществе…
Марина. В приличном обществе… Вы хотите со мной подискутировать на эту тему или узнать правду о моем Вадике?
Режиссер. Нет, простите. Хочу рассказать историю.
Марина. Правдивую?
Режиссер. Да, конечно.
Марина. Я разговариваю с вами только потому, что вы хотите правду рассказать… показать.
Режиссер. Да, это будет фильм-мокьюментари, снятый как псевдодокументальный…
Марина. Псевдо?
Режиссер. Ну, то есть такой… рассказывающий о реальных событиях в эстетике, в стиле документального кино, только разыгранного актерами… И называться картина будет «Вся правда о Рите».
Марина. Кто будет играть заглавную роль?
Режиссер. Никто. То есть на роль Вадима я сейчас ищу претендентов, но в моем фильме… по вашей истории главной будет все-таки Рита. И ее в кадре не будет. Ну то есть она настолько чиста, что даже мы ее не покажем. Понимаете?
Марина. Бедная девочка… Но в детском доме ей, наверное, будет лучше, чем с такими родителями.
Режиссер. Может и так. С ней психологи не разрешают разговаривать.
Марина. Вы должны понимать, что я совсем перестала общаться с журналистами, потому что столько грязи, и так они как-то все переворачивают… А с вами согласилась пообщаться потому, что, во-первых, вы не журналист, а во-вторых, вы хотите именно правду рассказать, то есть показать. Я, правда, единственная собеседница?
Режиссер. Да. И я действительно хочу показать правду. Что вы знаете о детстве Вадима?
Марина (в сторону). Молодой человек, можно еще кофе? Спасибо. (Режиссеру.) Детство, насколько я знаю, у него было не из счастливых. Проблемы были именно по этой части…

Разговор продолжается, но тут кто-то включает громкую музыку. По какому-то попсовому радио какая-то девочка поет о какой-то любви.

 

Сцена четвертая

Площадка перед подъездом, глубокая ночь, сверчки. На одной из двух скамеек сидит и, кажется, спит Николай. Из подъезда выбегает полуодетый Вадим и тут же останавливается, оглядываясь по сторонам.

Вадим. Марина! Марин!

Николай вздрагивает и ежится.

Вадим. Марин, я знаю, ты здесь где-то, никуда ты не ушла, не ври. Марин!
Николай. Уехала.
Вадим. А? Здорово, Коль.
Николай. Здорово. Уехала она.
Вадим. На чем?
Николай. Ну на такси.
Вадим. На такси?
Николай. Ну.

Вадим садится рядом с Николаем. Николай достает из-под скамьи бутылку пива.

Николай. Будешь?
Вадим. Нет, спасибо. И тебе не советую.
Николай. И не советуй. (Делает большой глоток из бутылки.) Поругались, значит?
Вадим. Можно и так сказать.
Николай. На какой предмет?
Вадим. На предмет… да, в сущности, не такой уж и предмет, чтобы вот так расстаться.
Николай. Что, вообще ушла?
Вадим. Не знаю. Надеюсь, что нет. Люблю ее. Поэтому так и ревную, наверное.
Николай. Ревность – это да, это вообще… А что, прям поводы дает?
Вадим. Ну как сказать… давала.
Николай. Кому?
Вадим. Да много кому. До меня.
Николай. Ну вот видишь, и тебе повезло.
Вадим. Повезло, блин (берет у Николая бутылку, отпивает.) Вот занимаемся мы с ней любовью, лежит она такая подо мной, вся такая моя. Смотрит в глаза любящими глазами своими… красивыми. А я в ее глаза смотрю и вот прям вижу ее это прошлое. Каких-то похотливых уродов, шпилящих ее просто так, потому что «природа требует». Она – такая девушка, такую заслужить надо! А этот похотливый обезьян просто оказался в нужном месте в нужное время. И все по пьяни, как правило. И, главное, она-то, она взяла и раздвинула ноги перед ним. О чем она думала? Она что – просто дырка безмозглая? Она же не такая. Не верю. Вот не верю и все!
Николай. Все они. Моя тоже, смотрю, на других нет-нет, да поглядывает. Изменяет, скорее всего… мысленно. Сучка. А ты просто им завидуешь.
Вадим. Кому?
Николай. Похотливым этим уродам, как ты их называешь. Тебе вот за ней долго ухаживать пришлось, потом жить с ней, уживаться. Терпеть то, что ты терпеть не можешь и не хочешь. И только потом, если у нее будет настроение, она тебе даст…
Вадим. Хорош чушь всякую нести. Я по любви вообще-то. Хотя в чем-то ты прав… (Задумывается.)

Пауза.

Николай. Есть полтинник, а лучше стольник до зарплаты?
Вадим. Ты же не работаешь.
Николай. Когда-нибудь буду.
Вадим. Когда-нибудь… Как вы живете вообще втроем на одно детское пособие?
Николай. Сами в шоке.
Вадим. Как там Ритка ваша, кстати?
Николай. Да нормально.
Вадим. Разговаривать так и не начала?
Николай. Начала вроде. Ну так, «мама», «папа», «дай»…
Вадим. Дочь своих родителей.
Николай. Ну так займешь сто пятьдесят?
Вадим. Пошли ко мне, водки налью.
Николай. Ну хотя бы так.

Вадим и Николай встают со скамьи и направляются в подъезд. Вадим оглядывается по сторонам.

Николай. Да уехала она, врать что ли буду? Позвони.
Вадим. Да не возьмет она трубку, знаю.
Николай. Тогда только пить остается.

Вадим и Николай скрываются за подъездной дверью. Глубокая ночь, сверчки.

 

Сцена пятая

Окно «Скайпа». В окне Партнер 2. Режиссер сидит перед компьютерным монитором в наушниках с микрофоном.

Режиссер. Привет. Слышно меня?
Партнер 2. Привет! Слышно, да. О чем поговорить хотел? По переписке нельзя?
Режиссер. Наверное, можно. Но я вообще встретиться хотел лично.
Партнер 2. Вот мы и встретились!
Режиссер. Да уж. Я вот по какому поводу: делаю первые шаги в кино, есть замысел шикарный…
Партнер 2. Прям шикарный?
Режиссер. Ну я в нём не сомневаюсь. На основе реальных событий.
Партнер 2. Это хорошо! Главное – идея. Открою секрет страшный – наше сообщество не знает, чего хочет, но, как сказал однажды Феллини, молодые люди не знают, чего хотят, однако полны решимости добиться этого. Тебе нравятся фильмы Федерико?
Режиссер. Подожди, как это вы не знаете, чего хотите? Зачем вы тогда собрались?
Партнер 2. Да мы еще и не собирались. Только собираемся собраться в реале.
Режиссер. Я смотрю, паблик «Кино нашего города» был создан больше трех лет назад…
Партнер 2. Да, это я его создал, и у меня большие планы: мы хотим снять несколько короткометражек, затем, победив на паре-тройке фестивалей, заключить контракт с большой студией столичной и снять полнометражное кино, затем мы организуем свою студию и будем поднимать киноискусство здесь – в родном городе.
Режиссер. А у нас есть что поднимать?
Партнер 2. Не, ну я о нашем творчестве.
Режиссер. И ты будешь в будущей крутой студии главным?
Партнер 2. Да, большому кораблю большие планы. Но для начала надо как-нибудь собраться в реале, конечно.
Режиссер. Всем двенадцати участникам…
Партнер 2. Не, все двенадцать не соберутся. На самом деле, трое нас единомышленников: сценарист, режиссер и я – продюсер.
Режиссер. Понятно.
Партнер 2. Присоединяйся. Ты Тарковского любишь? Я вот первую короткометражку в формате «Зеркала» хочу снять, даже раскадровку начинал делать, правда, быстро психанул и бросил, потому что рисовать не умею.
Режиссер. А как это в формате «Зеркала»? Ты, наверное, хотел сказать в эстетике Тарковского, авторского кино?
Партнер 2. Ну в эстетике, не суть. А у тебя что за шикарный замысел? Может, вместе замутим что-нибудь?
Режиссер. А как же твои сценарист и режиссер?
Партнер 2. Да ну их. Один женился, другой бизнесом занялся, а в творчество надо целиком погружаться.
Режиссер. А ты чем занимаешься в жизни?
Партнер 2. Да, можно сказать, всеми видами творчества. Пишу, рисую, фотографирую, на гитаре учусь играть.
Режиссер. Работаешь где или учишься?
Партнер 2. Ни то ни другое. С работой все никак не срастается, учебу бросил – что там делать? Правда, маман иногда рычит, мол, иди работать, я спокойно к этому отношусь, она же не знает, какая карьера меня ждет. Так что за замысел у тебя?
Режиссер. Думаю, тебе это будет неинтересно, извини, что отнял время.
Партнер 2. Нет, ну скажи, я не украду, у меня своих идей много.
Режиссер. В общем… Ты слышал эту историю про то, как взрослый мужчина выкрал из семьи алкоголиков маленькую девочку, чтобы вырастить из нее себе жену достойную, целомудренную? История Риты так называемая…
Партнер 2. А, про этого педофила, который по целкам прикалывался? Помню, еще по «НТВ» показывали. Слышь, в кои-то веки наш город на федеральном канале упомянули, а то даже в прогноз погоды не попадаем…
Режиссер. Да уж, прославились. Так вот он не педофил, никаких следов насилия у девочки не нашли. У него, Вадим его звали, были благородные цели, он не принимал современного легкого отношения к любви и сексу и хотел вырастить девушку с правильными моральными качествами, только вот какой-то скользкий путь выбрал…
Партнер 2. Вообще ничего так, занятно. Давай еще на днях спишемся, обсудим, а то меня маман ужинать зовет.
Режиссер. Ну давай, приятного аппетита.
Партнер 2. До связи.
Режиссер. Успехов творческих.
Партнер 2. Ага. (Отключается.)

Режиссер берет в руки записную книжку и ручку и проводит на одной из страниц горизонтальную черту.

Режиссер. Минус еще один путь.

 

Сцена шестая

В маленькой спальне с полуторной кроватью Вадим и Марина. У Вадима плачевный внешний вид и початая бутылка пива в руке, Марина складывает вещи в чемодан.

Вадим. Так и будешь молчать?
Марина. А что говорить?
Вадим. Не знаю.
Марина. Вот и я не знаю.

Пауза.

Вадим. Я все-таки должен попросить прощения?
Марина. Да ладно. Хамство, как и блядство, – обычное дело сегодня, не так ли?

Пауза.

Вадим. Куда ты уходишь?
Марина. Ты, наверное, хотел спросить, к кому я ухожу? У меня же обязательно тут же кто-то должен появиться.
Вадим. Почему нет? Ты вон какая…
Марина. Какая? Шлюховатая на вид? Ноги сами собой раздвигаются?
Вадим. Ну хватит уже.

Пауза. Марина закрывает чемодан.

Вадим. А почему ты не спрашиваешь, с кем я остаюсь?
Марина. Ух ты, уже нашел кого-то. Надеюсь, поцелкомудреннее меня (взяв чемодан, выходит из комнаты.)
Вадим. А вот и да! Все правильно! Она лучше тебя! Пока. И только я могу сохранить ее чистоту! Для себя.

Входная дверь захлопывается, Вадим допивает содержимое бутылки и поворачивается к окну.

 

Сцена седьмая

В парке на скамейке сидят Режиссер и Марина, между ними – включенный диктофон.

Марина. …я тогда не придала значения, решила, что он меня нарочно злит просто.
Режиссер. А оказалось, что это правда…
Марина. Нет, на тот момент нет. Он тогда еще ничего не решил. Но ему всегда нравились маленькие девочки. Это я уже потом вспомнила. В хорошем смысле – он всегда так умилялся, называл их не иначе, как ангелами.
Режиссер. А он хотел ребенка?
Марина. Да, только не девочку. Он боялся, что она генами пойдет в его мать, которая меняла мужчин, как перчатки, я вам уже рассказывала.
Режиссер. Да-да.
Марина. Понимаете, у него вообще была какая-то навязчивая идея чистоты, что ли. Во всем. Мы когда только начали жить вместе, я все удивлялась – мужик, а какой чистюля. Мне это нравилось, конечно. И умиляло.
Режиссер. Ну, судя по тому, что вы рассказали о детстве Вадима, это неудивительно.
Марина. Да, это что-то вроде комплекса, наверное. Или страха. Понимаете, он как бы боялся грязи всякой. Он говорил, что мир вообще грязная штука и не только потому, что вокруг нас миллиарды микробов…
Режиссер. Он был моралистом?
Марина. Что? Нет… нет, не был. Он был нормальным человеком, потому что был идеалистом.
Режиссер. Нормальный человек должен быть идеалистом?
Марина. Конечно. Разве не этим мы отличаемся от других животных? Идеализм – это наш двигатель. Если бы нас все и так устраивало, жили бы мы в пещерах до сих пор, не тужили бы.
Режиссер. Вы знаете, чем больше я узнаю о вашем возлюбленном, тем мне жальче, что его уже нет.
Марина. Да, такие люди нужны миру.
Режиссер. Как вы считаете, то, что произошло, произошло потому, что он не смог справиться с грязью вокруг?
Марина. Думаю, что ему не хватило терпения и веры. Имея их, он бы справился с этой грязью, я уверена.
Режиссер. Вы одобряете его поступок?
Марина. Странно, что вы об этом еще не спрашивали. Нет, не одобряю. Но понимаю.
Режиссер. Вы бы могли поступить так же?
Марина. Нет. Я бы предпочла вряд ли более легкий, но другой путь – родить ребенка и попытаться воспитать его или ее в правильном русле. Как говорил один мой бывший, люди рожают детей для того, чтобы выращивать из них тех, кем не смогли стать сами.
Режиссер. Да, наверное. Что было дальше?
Марина. А на чем мы остановились?
Режиссер. Мы остановились на том, что вы собрали вещи и ушли, а Вадим прокричал вам, что у него кто-то уже есть…
Марина. Да, все так и было. С чемоданом наперевес я пошла бродить по городу и думать. Правильно ли я поступаю? Что со мной, а главное, с ним будет дальше?
Режиссер. И вы вернулись.
Марина. Нет. То есть да, но не в этот день.

Марина снова задумывается, Вадим вглядывается в дисплей диктофона.

 

Сцена восьмая

В грязной обшарпанной квартире за столом с пустыми бутылками из-под алкоголя и скупой закуской сидят трое: Вадим, Николай и Надежда, все трое изрядно пьяны.

Надежда. …и этот козел так и ушел от нее. Еще и золотишко прихватил.
Николай. Какое у твоей Ирки золотишко, гонишь, что ль?
Надежда. Кто гонит? Ты сам гонишь. Было у нее, от предков досталось. Этот мудак и забрал последнее… вместе с последней верой в любовь.
Николай (Вадиму, ухмыляясь). Слышь, у Ирки, ну ты ее не знаешь, одноклассница ее, кроме хорошей задницы, было еще и фамильное золото, а она проституткой стала. Ну вот как так?
Надежда. Сам ты проститутка! А Ирка просто невезучая на мужиков…
Николай. И знатная любительница этого дела. А ты везучая?
Надежда (оглядывая Николая). Да уж, повезло один раз, теперь всю жизнь расхлебывать.

Надежда и Николай смеются, милуются, Вадим, морщась от приторных ласк собутыльников, перебирает несколько стоящих на столе бутылок – пусто.

Вадим. И чего, больше ничего?
Николай. Что, сколько ни бери, все равно три раза бегать?
Вадим. Серьезно, нету больше? Я пошел к себе. (Встает.)
Надежда. Да есть заначка – у Ритки в комнате, сходи, раз уже встал.

Вадим неуверенно направляется в детскую комнату.

Надежда. Ритка спит, наверное, ты тихонько. Там, на нижней полке за бельем, увидишь.
Николай (Надежде). А я не понял, от кого у тебя заначки, от меня, что ли?
Надежда. От самой себя.
Николай. Нет, ты объясни, почему у нас все не как у людей?
Надежда. А как у людей?
Николай. Это у меня, как у мужчины в доме, должна быть от тебя заначка.
Надежда. Ой, а то ты не бухаешь в одну харю…

Из детской выходит Вадим с початой бутылкой водки в руках.

Николай. В харю никогда, только с друзьями, да, Вадян?
Вадим. Угу.
Надежда. Ритка спит?
Вадим. Спит. Как ангел.
Николай. Ангелы не спят.
Надежда. А «какангелы» спят.

Надежда и Николай смеются, Вадим садится за стол и разливает по рюмкам содержимое бутылки.

Вадим. Нет, Маргарита у вас не «какангел», а самый настоящий ангел. Кто сказал, что они не спят?
Николай. А зачем им спать, они же не люди…
Вадим. Не люди, и в этом их чистота кристальная, людьми они становятся потом. И почему этот процесс необратим?
Николай. Оу-оу, друган, ты чего-то совсем разгунделся. Давай-ка за чистоту кристальную рюмочку хрустальную.
Надежда. Если бы. Стеклянную пока.

Вадим, Николай и Надежда чокаются, выпивают, закусывают. Вадим неожиданно для всех бьет кулаком по столу.

Николай. Что, плохо пошла?
Надежда. Ты запей, Вадик.
Вадим. Что вы с ней делаете?
Николай. Кто?
Надежда. С кем?
Вадим. С дочерью своей. С ангелом. Вот она растет и что видит?
Николай. Что?
Вадим. Ваши пьяные рожи она видит!
Николай. Ты чего, Вадян?
Надежда. Ты сейчас на свою посмотри. Зеркало дать?
Вадим. Сама смотрись в свое зеркало!
Николай. Братан, ты мне на жену не ори.
Вадим. Заткнись!

Николай пытается встать, Надежда его удерживает.

(Успокаиваясь.) Жалко просто дочку вашу, хорошая она, возможно, самая лучшая на свете. Вот мы тут шумим, пошлим, не стесняясь, а она спит. Почему? Потому что привыкла уже к вашим попойкам. А что из нее вырастет? С кем она будет? Сколько у нее будет трахалей? А сколько будет хоть немного достойных ее? (Николаю.) Ты когда-нибудь думал, кто у нее будет первым? Такой же алкаш и ублюдок, как ты? Тебя это устроит? (Надежде.) А тебя, тебя, мать, это устроит?

Николай бросается на Вадима, Надежда бросается их разнимать.

Надежда. Коля, Коля, не пачкай об него руки, пусть просто валит отсюда!
Николай. Сейчас я его урою, потом пусть валит!

Неуклюжая потасовка продолжается, явных победителей и фаворитов нет, квартира погружается в темноту.

Детский голос. Мама!

Шум пьяной драки резко прекращается.

 

Сцена девятая

Свет загорается вновь, только мы уже не в квартире, а в кабинете Участкового. Перед Участковым сидят, стыдливо пряча глаза, побитые и мятые Вадим, Надежда и Николай.

Участковый (Вадиму). Ну Надежда и Николай давно у меня на карандаше. Вы-то как попали в эту компанию?
Вадим. Запил.
Участковый. Трудности в личной жизни?
Вадим. Что, по мне так заметно?
Участковый. А от чего еще мужики пьют?
Вадим (бросает взгляд на Николая). От безделья.
Участковый. Как бы там ни было, не советую продолжать.
Вадим. И не советуйте.
Участковый. На первый раз предупреждением отделались.
Надежда. То есть ему ничего не будет?
Участковый. Я же сказал – предупреждение.
Николай. А с нас штрафы?
Участковый. За нарушение общественного порядка. Соседи-то постоянно жалуются. Не первый раз попадаетесь, куда только органы опеки смотрят…
Надежда. Вы туда уже заявляли?
Участковый. Нет еще, кроме вас дел много, что дает вам шансы.
Надежда. И не надо заявлять.
Участковый. А вот я посмотрю на ваше дальнейшее поведение и сам решу, надо или нет.
Вадим. Если вы лишите их родительских прав, я готов взять опеку над девочкой.
Николай. Не дождешься.
Участковый. Благородно, только вы, Вадим Иванович, над собой опеку возьмите для начала.
Надежда. Что? Девочку нашу захотел? Да он же педофил, вы посмотрите на него – вылитый.
Николай. А где ты еще педофилов видела?
Вадим. С языком поосторожнее, ладно? Какой я тебе педофил, синявка?
Николай. Ну ты дождался опять! (Встает и замахивается на Вадима.)

Руку Николая, мгновенно среагировав, перехватывает Участковый.

Ай, больно, начальник!
Участковый. Вообще, что ль, допились, в кабинете участкового подраться решили?
Надежда. Отпустите мужа, он больной!
Участковый. Я вижу. (Отпускает руку Николая, но остается возле него.)
Вадим. Нет, ну какой из меня любитель детей в плохом смысле? Я интеллигентный человек, у меня полтора высших образования…
Надежда. Не факт.
Вадим. Факт! У меня и диплом со справкой есть. (Участковому.) Нет, вы ей верите, что ли?
Участковый. А что вы так напряглись-то?
Вадим (смутившись). Нет, ну вдруг поверили.
Участковый. Да кто я такой, чтобы верить или не верить? (Садится на свое место.) Мое дело проверять, и как можно быстрее.
Надежда. Вот и проверьте.
Вадим. Да тихо ты.
Николай. Сам тихо.
Участковый. Хватит уже шипеть друг на друга. Для протокола спрашиваю, в чем причина вашей ссоры была?
Надежда. Решил он нас жизни поучить…
Вадим. Какой из меня учитель жизни? Дело в том, товарищ лейтенант, что я не приемлю такого легкого современного отношения к любви и половым отношениям вообще, я за семейные ценности, понимаете?
Участковый. Пока не очень.
Вадим. Ну, вот пришла к нам с Запада сексуальная революция так называемая, вроде свобода и все такое, а что мы имеем на самом деле? Случайные связи, СПИД, разрушенные браки, падение рождаемости, при этом переполненные детдома… Потому что все можно: встретились, перепихнулись, разошлись – легко и просто все. Я не ханжа, но вы когда-нибудь слышали от современных молодых и относительно молодых людей «что-то у меня давно любви не было»? Нет, в ходу фраза «что-то у меня давно секса не было», а с кем и зачем – не важно. А по телику что показывают всем – спите, с кем хотите или с кем повезет, это нормально, берите от жизни все. (Надежде и Николаю.) Вы хотели, чтобы появилась Рита? Готов поспорить, на сколько хотите бутылок, что она получилась случайно, по пьяни, так?
Надежда. Да, хоть бы и так, твое какое дело?
Николай. Ну все! (нападает на Вадима.)
Участковый. Да, твою ж мать! (Начинает разнимать Вадима и Николая.)

 

Сцена десятая

Режиссёр и Марина прогуливаются по аллее. В руках у Режиссера диктофон.

Марина. …в общем, мужикам по пятнадцать суток дали за потасовку у участкового.
Режиссер. Это действительно был его первый привод?
Марина. Да, за всю жизнь. Я, когда узнала, поняла, что дело совсем плохо, надо спасать любимого.
Режиссер. И как пытались спасать?
Марина: Для начала я решила вернуться к нему. Он во мне нуждался, я это чувствовала.
Режиссер. Он вас сразу принял?
Марина. Если бы он меня принял, ничего бы этого не случилось, и мы бы сейчас не говорили о нем в прошедшем времени.
Режиссер. Так что же было дальше?
Марина. Дальше… я приходила к нему несколько раз в неделю, готовила, убирала и каждый раз пыталась помириться. Все напрасно, вот надломилось в нем что-то, и все.
Режиссер. А Рита?
Марина. Как я поняла, он с соседями помирился. Ну как помирился? Задобрил их покупкой большого литража алкоголя. И стал гулять с Ритой.
Режиссер. А родители?
Марина. А они были только рады. Избавлялись от ребенка на какое-то время. Да еще и водку за это получали.
Режиссер. Ничего себе.
Марина. Нет, гулял он с ней просто, ну как с собственной дочкой, во дворе. Однажды я их видела вместе…
Режиссер. И?
Марина. Не напирайте на меня, злоупотребляете моим расположением…
Режиссер. Простите.
Марина. И я пожалела, что мы не муж и жена, а это не наша дочь.
Режиссер. А как сама Рита к нему относилась?
Марина. Как к дяде Вадику. Много вопросов ему задавала, почемучка. Она ведь более-менее разговаривать поздно начала. И говорила только с ним.
Режиссер. Все-таки я не понимаю, почему бы ему не жениться на такой женщине, как вы, и не родить себе дочку… даже неважно кого, мальчика или девочку, и воспитать достойного, по его мнению, высоконравственного человека?
Марина. Я вам уже говорила, он боялся, что гены матери…
Режиссер. Но ведь его мать не от хорошей жизни стала легкодоступной такой, ее бросил муж, которого она считала лучшим в мире… Так вы сказали.
Марина. Да, да, да. Только я не собираюсь с вами дискутировать, я просто рассказываю.
Режиссер. Да, прошу прощения, не могу оставаться равнодушным…
Марина. Перестаньте просить прощения, я вам не бог, просто слушайте.
Режиссер. Да, я слушаю. И даже записываю.

Режиссер и Марина продолжают идти и беседовать, постепенно скрываясь из поля зрения зрителей.

 

Сцена одиннадцатая

Утро. На кухне Надежды и Николая бардак – пустые бутылки, не убранная со стола закуска, гора посуды.
На кухне появляется заспанная Надежда и жадно пьет воду из чайника.
На кухне появляется такой же заспанный Николай.

Николай. Все не допивай.
Надежда. В кране вода есть.
Николай. Кипяченая полезнее.
Надежда. Кто сказал?
Николай. Я сказал. Вот это мы дали вчера! Чем все закончилось-то?
Надежда. А я помню?
Николай. Зря Вадян добавку принес…
Надежда. Ты ж его сам послал.
Николай. Да, это я еще помню. Звонил ему еще, он как раз с Риткой гулял.
Надежда. Да, хорошо день рожденья отметили. Надеюсь, Ритке понравилось.
Николай. Конечно, понравилось, ее же день рождения.
Надежда. Иди буди ее, жрать будем… что осталось после вчерашнего.

Николай уходит, Надежда собирает со стола остатки еды, заглядывает в холодильник, достаёт оттуда еще какие-то объедки.
Николай возвращается с растерянным выражением опухшего лица.

Николай. Ее нет.
Надежда. В смысле?
Николай. В прямом смысле. Нет. Физически.

Надежда пулей вылетает из кухни, слышны ее быстрые шаги, открывающиеся и закрывающиеся двери, а также истеричное «Ритка, где ты? Не беси мать!».
Наконец Надежда снова появляется на кухне.

Надежда. Дружбан твой ее вчера приводил обратно?
Николай. Чего это мой? И твой тоже…
Надежда. Приводил или нет?
Николай. Не помню, я думал, ты ее спать укладывала…
Надежда. Вроде не укладывала, а может, и укладывала. Звони этому педофилу.
Николай. Да не педофил он…
Надежда. Звони!
Николай. Сейчас. (Уходит из кухни, через мгновенье возвращается с дешевым мобильником в руке, внимательно глядя в его экран.) Тут сообщение от него, короче…
Надежда. Читай!
Николай (читает). Не ищите нас, мы уехали далеко и навсегда. Не волнуйтесь, мы будем прекрасной семейной парой.
Надежда. Точно педофил. Куда они уехали?
Николай. Может, прикол такой?
Надежда. Не смешно. Ну-ка пошли к нему. Вот сука же…
Николай. Кто – Ритка?
Надежда. Дебил! Дружбан твой!
Николай. А тебе не дружбан, что ли?

Надежда и Николай быстро выходят из кухни.

 

ДЕЙСТВИЕ II

Сцена первая

Большой, красивый со вкусом обставленный кабинет. За рабочим столом сидит Партнер 3, вертит в руках дорогой мобильник и пристально смотрит на Режиссера, сидящего напротив – ссутулившегося, видимо, от пристального взгляда богача.

Партнер 3. У меня не так много времени, но я вас слушаю, молодой человек.
Режиссер. Тогда я начну сразу с существа… по существу…
Партнер 3. Давайте.
Режиссер. Я – Режиссер. Начинающий.
Партнер 3. Так.
Режиссер. Хочу снять фильм на основе реальных событий.
Партнер 3. Каких событий?
Режиссер (старается сказать внятнее). Реальных.
Партнер 3. Ага.
Режиссер. Может быть, вы даже слышали. Год назад… История Риты, так называемая сейчас…
Партнер 3. Может быть.
Режиссер. Картина не должна быть дорогой…
Партнер 3. Какая картина?
Режиссер. Ну, в смысле фильм.
Партнер 3. А.
Режиссер. Так вот, совсем немного надо. Но история того стоит…
Партнер 3. Чего стоит?
Режиссер. Того, чтобы ее сделать. Превратить в фильм. А по деньгам совсем немного. Вот я к вам как к известному меценату и пришел.
Партнер 3. Да, я известен. Талантам нужно помогать, бездарностям, знаете ли, тоже нужно.
Режиссер. Да?
Партнер 3. А вы, простите, талант или бездарность?
Режиссер. Я?
Партнер 3. Да, вы. С собой-то я давно определился. Я бездарен, но имею финансовую удачливость.
Режиссер. Но деньги зарабатывать тоже нужно уметь…
Партнер 3. А кто вам сказал, что я их зарабатываю?

Пауза.

Партнер 3. Я их делаю. Играя то с несовершенством наших законов, а то и с доверчивостью наших граждан. Но я люблю людей, особенно творческих. Вот и стараюсь помогать всем, кто мне особенно понравится. И потом, если какой-нибудь бог есть, то, возможно, он меня прощает после каждого, так сказать, акта помощи.
Режиссер. За что?
Партнер 3. За все.
Режиссер. Понятно.
Партнер 3. Так вы не ответили на мой вопрос.
Режиссер. Это очень серьезный вопрос.
Партнер 3. То есть у вас нет ответа.
Режиссер. Я просто чувствую, что я должен заниматься кинематографом. Я должен говорить о чем-то важном…

В мобильнике Партнера 3 начинает играть классическая музыка.

Партнер 3 (вслушиваясь в красивую, витиеватую мелодию). Всё, молодой человек, ваше время истекло, вы не успели меня убедить в том, что действительно нуждаетесь в помощи.
Режиссер. Но я действительно нуждаюсь…
Партнер 3. Свободен.
Режиссер. Да, я понял. (Встает, идет к двери.)
Партнер 3. Я свободен решать, кому дать, а кому не дать… Меня можно попросить, но нельзя обязать… Когда мы изучали в школе Серебряный век, я хотел быть поэтом. Я мог бы быть поэтом, как вы считаете, молодой человек?
Режиссер. До свидания. (Уходит.)

Партнер 3 закрывает глаза и окончательно погружается в музыку.

 

Сцена вторая

Пошатнувшиеся деревянные ворота с маленькой калиткой закрыты. К воротам подходит Марина с большой дорожной сумкой. Марине тяжело. Она пытается открыть калитку – калитка заперта. Марина начинает стучать по воротам – сначала тихо, затем громче.

Марина. Вадик, я знаю, вы здесь, открывай!

Где-то рядом начинают лаять собаки.

Марина. Вадик, да, не сдам я тебя, за кого ты меня принимаешь?! Мы же ночевали как-то на этой дачке. Думал, я не найду? Вадим!

Марина стучит еще несколько раз, затем устало садится на сумку. Собачий лай постепенно стихает.

Марина. Ну и пошел к черту! Только девочку не губи, отдай родителям. И ей психику сломаешь, и сам в тюрьму попадешь…
Режиссер (из глубины зрительного зала). Стоп! Отлично! (Проходит к сцене с зеркальной фотокамерой в руках.) Пробы можно считать состоявшимися и успешными. (Поднимается на сцену.) Вы прирожденная актриса, Марина!
Марина. Да ладно, саму себя играла.
Режиссер. Так самого себя играть – это и есть самое сложное.
Марина. Не знаю, вы Режиссер, вам виднее.
Режиссер (демонстрируя камеру). И не только мне. Хотите посмотреть, как вы удачно смотритесь в кадре?
Марина. Нет, не хочу.
Режиссер. Почему?
Марина. Вы поймите, это для вас творчество, работа, радость, увлечение. А мне все это заново переживать.

Режиссер садится у ног Марины и смотрит на нее во всех смыслах снизу вверх.

Режиссер. Я понял, простите.

Марина машет рукой.

Но вы действительно очень красивая женщина и отлично смотритесь в кадре. Так вы согласны?
Марина. На что? А, да, на съемки… Соглашусь, пожалуй, только ради светлой памяти Вадима, вам понятно?

Режиссер кивает, не отрывая глаз от Марины.

Марина. Ну что вы так на меня смотрите?
Режиссер. И долго вы вот так на сумке просидели?
Марина. Часов до восьми вечера. А потом он мне все-таки открыл.
Режиссер. Впустил вас?
Марина. Нет. Он сказал, что это у таких, как я, психика сломана, а Риту он вырастит здоровой и полноценной женщиной, которую сам же из нее и сделает, с правильными, на его взгляд, моральными ценностями и нравственными ориентирами.
Режиссер. И он действительно хотел на ней жениться?
Марина. Да, он был настроен решительно.
Режиссер. А он говорил об этом самой Рите?
Марина. Не знаю, успел ли он ей сказать о своих намерениях напрямую, но мне он об этом постоянно твердил.

Режиссер запускает на фотокамере только что отснятое видео. Марина украдкой поглядывает на экран, затем пододвигается на сумке, уступая место Режиссеру. Режиссер садится рядом, теперь они оба смотрят на дисплей камеры. Видео заканчивается.

Марина. А можно еще раз сначала, чтоб все эти… как вы их называете… дубли…
Режиссер. Конечно.

Режиссер снова запускает видео и внимательно наблюдает за тем, как Марина наблюдает за происходящим на экране.

 

Сцена третья

Участковый сидит в своем кабинете за столом, заваленным бумагами и папками. Что-то пишет. Робкий стук в дверь.

Участковый. Да.

Дверь открывается, на пороге показываются Николай и Надежда, оба трезвые и неприлично, но чисто одетые.

Участковый. А, вы.

Надежда толкает Николая в бок.

Николай. Можно… разрешите пройти?
Участковый. Даже сесть разрешаю.

Надежда решительно направляется к столу и тянет за руку Николая, сажает напротив участкового сначала Николая, затем садится сама.

Слушаю. (Возвращается к писанине.)
Надежда. Мы заявление подали.
Участковый. Разводитесь?
Николай. Нет, заява – о пропаже Ритки.
Участковый. Да, знаю. Розыск объявлен, о результатах пока ничего не могу сказать.
Надежда. Этот педофил… Он же ее убить может, в конце концов.
Участковый. Не пойман – не педофил.

Надежда толкает Николая в бок.

Николай. То есть его надо поймать с поличным? Прям за этим делом?
Надежда (бьет Николая в бок). За каким делом? Совсем что ли?
Николай. Ты ж сама сказала…
Надежда. Что я сказала?
Николай. Что он педофил.
Надежда. Сам ты педофил.
Николай. Я?
Участковый. Еще какие-то вопросы есть ко мне?
Надежда. Так вы и на первый не ответили.
Участковый (поднимает глаза на Надежду). Вообще-то ответил.
Николай (Надежде). Он же сказал…
Надежда. Помолчи. (Участковому.) Когда вы найдете нашу дочь?
Участковый. Ищем, поверьте.
Николай (Надежде). Ищут же. (Участковому.) А скоро найдете?
Надежда. Дебил, я то же самое спрашиваю.
Участковый. Я на ваш вопрос ответил. Если у вас все, прошу на выход, у меня отчеты.

Николай и Надежда переглядываются между собой, Надежда многозначительно кивает Николаю.

Николай (Участковому). Слушай, у тебя же кроме отчетов еще дочка есть, маленькая такая, я вас на районе как-то видел…
Участковый. И что?
Николай. Ну вот представь, что она пропала.
Надежда. Ага, с вашим другом-педофилом.
Николай (Надежде). И твоим тоже…
Участковый (встает из-за стола). Значит, во-первых, у меня нет друзей-педофилов. Во-вторых, ваше заявление принято, девочку ищут, могу посоветовать обратиться к волонтерам еще, которых через социальные сети легко найти. В конце концов, пойдите и расклейте объявления с фотографией девочки.
Николай. У нас Интернет отключен давно.
Надежда. За неуплату.
Участковой. Это ваши проблемы. А за дочерью следить надо было, чтобы не было поздно.
Надежда. Вы думаете, уже поздно?
Участковый. Вполне возможно.
Николай. Вполне?
Участковый. Возможно. Вас спрашивали, где ваш друг мог скрыться, вы сказали, что не знаете, ищем дальше, что еще?

Надежда встает и поднимает за руку Николая.

Надежда. Мы поняли, до свидания.
Николай. А ты все-таки представь, что это твоя дочь пропала…

Участковый с угрожающим видом берется за кобуру. Надежда толкает Николая в бок, оба скрываются за дверью.

 

Сцена четвертая

Режиссер и Марина сидят за столиком в ресторане. Рядом на штативе стоит фотокамера, направленная на Марину.

Марина. Может, и мне текст все-таки какой-то набросать?
Режиссер. Нет, не стоит. Говорите от себя, у вас хорошо получается.
Марина. Да?
Режиссер. Да, только не проглатывайте окончания и не причмокивайте.
Марина. Как это?
Режиссер. Ну, вот так. (Сглатывает слюну, громко причмокивая в конце.)
Марина. О боже, я так делаю?
Режиссер. Нечасто, но лучше вообще не делать.
Марина. Какой ужас…
Режиссер. Да все замечательно, не волнуйтесь только. Еще раз представьте, что перед вами Вадим. Что вы ему тогда говорили?
Марина. Когда?
Режисер. На вашем первом свидании в этом ресторане.
Марина. А, да.
Режиссер. Мы же договорились, что вы это в один план сыграете, то есть воспроизведете эту сцену, тот ваш первый разговор…
Марина. Да-да. (Несколько меняется в лице, убедительно изображая смущение перед понравившимся мужчиной.) А я…
Режиссёр. Стойте. Камера, мотор, начали.
Марина. А я работаю менеджером по продажам, вот так прозаично. В небольшой конторке, которая окна пластиковые на заказ делает. Ненавижу свою работу, если честно. Но деваться некуда. В столичный институт мечты я так и не поступила. Училась здесь, да не окончила. Ушла из-за неразделенной любви, не могла с ним в одних аудиториях сидеть. Он был у меня первым. Просто использовал, а любовь неразделенной осталась. Ой, что-то я не туда куда-то уже. Прости…
Режиссер (читает по бумаге). Да ничего, все понятно. Вообще, наверное, бурная личная жизнь у тебя была… или есть?
Марина. Да, пожалуй, что бурная. Была. Но это так все, без каких-то чувств особых. Простые интимные приключения.
Режиссер. Хорошее название для очередного шедевра Тинто Брасса. (Достает из кармана бумажник и открывает его.)
Марина. Да, наверное. А кто это Тинто… Брасс?
Режиссер. Да так, кинорежиссер один. (Жестом подзывает официанта.) Принесите счет, пожалуйста.
Марина. Мы уже уходим?
Режиссер. Я ухожу.
Марина. Да, я все-таки опять что-то не так сказала.
Режиссер (вглядывается в текст). Вста…ет. А, блин. (Встает.)
Марина. Всегда несу что-то не то перед понравившимся мужчиной.

Режиссер садится, глядя на Марину.

Ты мне нравишься, Вадим, правда.
Режиссер. Как и все остальные?
Марина. Нет, не так. Я вижу в тебе перспективу…

Режиссер явно неожиданно для Марины выключает камеру.

Марина. Что не так опять? Сглотнула, причмокнула?
Режиссер. Да нет, просто не могу поверить. Вы действительно вот так вот сидели и признавались ему в своих чувствах?

Марина встает, достает деньги из сумки.

Марина. Все, хватит с меня.
Режиссер. Я просто…
Марина. Просто, сложно, действительно, не действительно…
Режиссер. Не надо, я расплачусь. Давайте прервемся…
Марина. Прервались. Насовсем. (Оставляет несколько купюр, направляется к выходу.)
Режиссер. Марина, хорошо, я больше не буду так спрашивать. Просто многое меня поражает…
Марина. Больше и не надо. (Указывает на камеру.) И не дай бог, это где-то в Сети появится. (Уходит.)

Режиссер в сердцах бьет по камере, а в следующую секунду судорожно начинает проверять ее работу.

 

Сцена пятая

Николай и Надежда сидят на скамейке возле подъезда, обоих то и дело потряхивает.

Николай. Думаешь, поможет?
Надежда. На свежий воздух выйти никогда не вредно.
Николай. Это здесь, что ли, свежий воздух?
Надежда. Ну все-таки не квартира.

Пауза.

Николай. Когда ее уже найдут?
Надежда. Я тоже жду ее возвращения. Главное, чтоб ее с нами оставили.
Николай. А они заметят, что мы реально не пьем?
Надежда. Заметят, Коля, заметят.
Николай. И тогда… ну, когда она… ее… вернут, можно будет выпить опять, да?
Надежда. Кому че, а плешивому выпить…
Николай. А самой-то?
Надежда (вздрагивает с особенной выразительностью). Я терплю.
Николай. Я вижу. (Вздрагивает сам.)
Надежда. Я после такого вообще никогда пить не буду.
Николай. Ой ли?
Надежда. Не буду, сказала.
Николай. Посмотрим.
Надежда. И ты не будешь.
Николай. Почему?
Надежда. Потому. Дочку будем растить.
Николай. Трезвенницей?
Надежда. Лишь бы не язвенницей.

К подъезду подходит Вадим.

Вадим. Привет соседям.
Николай. О, здорово (протягивает руку Вадиму).
Надежда. Привет.

Вадим, поздоровавшись за руку с Николаем, заходит в подъезд. Николай и Надежда переглядываются.

Надежда. Э!
Николай. Стой!
Надежда. Стой, педофил!

Вздрагивая, Надежда и Николай встают со скамейки и заходят в подъезд.

 

Сцена шестая

Возле пошатнувшихся ворот стоят Вадим и Марина. Рядом с Мариной дорожная сумка. Вадим плохо выглядит, небрит.

Вадим. Зачем опять приехала?
Марина. Хочу, чтоб ты перестал глупить. И еще продуктов привезла.
Вадим. Уезжай и не возвращайся, все равно не впущу.
Марина. А мне и не нужно, чтобы ты меня впускал.
Вадим. Что тогда? Только не говори мне о большой любви и не таком отношении, как ко всем бывшим.
Марина. Девочку ищут, Вадим. Ко мне приходили. Я ничего не сказала.
Вадим. Совсем ничего?
Марина. Совсем.
Вадим. Я тебе благодарен, теперь иди.
Марина. За что ты так со мной?

На сцене появляется Режиссер с камерой в руках. Снимая Вадима и Марину, он медленно идет от одного края сцены к другому.

Вадим. За то, что ты такая же, как все.
Марина. Какая? Шлюха прирожденная? Ну и что же, что у меня до тебя кто-то был?..
Вадим. Много кто.
Марина. Неважно.
Вадим. Важно.
Марина. Тебе мало моей верности? Будешь продолжать ревновать к прошлому?
Вадим. Дело не в тебе и не во мне конкретно, как ты не поймешь? Дело в том, что мир катится в пропасть из-за этих загулов длиною в жизнь. Дам кому угодно, присуну, да какая разница, кому, это всего лишь секс. Перепих. А как иначе? Природа такая. (Смотрит прямо на Марину, распаляется.) Природа требует, да?

Марина закрывает лицо руками, садится на сумку.

Вадим. Разрушенные семьи, несчастные дети, а потом и взрослые, болезни, аборты, пидарасы, лесбиянки, как итог – вырождение! Вот в чем ты участвуешь! А я буду бороться с вами! С Ритой мы создадим новую жизнь. Мы будем настоящей семьей, и наши дети станут людьми, а не собаками, которые могут встретиться на улице, перепихнуться и побежать дальше в разные стороны. Понятно тебе это?
Марина. Какие дети? Ты сам себя слышишь?

Из-за ворот доносится шум непонятного происхождения.

Вадим (расплываясь в улыбке). Ангел мой проснулся. (Марине.) Все. Чтобы я больше тебя не видел, уходи. (Скрывается за воротами.)

Марина сидит на сумке и плачет, по-прежнему закрывая лицо руками.
Режиссер выключает камеру, подходит к Марине, садится рядом.

Марина. Сняли?
Режиссер. Да, шикарный дубль. Вы молодец.
Марина. Просто на этот раз так хорошо получилось его представить. Прям, как живой. Вы его не видели?
Режиссер. Нет. Потом найдем актера и…

Марина крепко обнимает Режиссера.

Марина. Простите меня за тот бзик в ресторане. Настолько непросто мне все это дается…
Режиссер (неуверенно приобнимает Марину.) Я понимаю.
Марина. Но мы должны сделать этот фильм. Ради Вадима, ради его идеи, ради правды. Мы расскажем всю правду о Рите, правда?
Режиссер. Да-да, все так и будет.
Марина. Вы талантливый человек. И хороший. Я в вас верю.
Режиссер. Спасибо.

Пауза. Режиссер и Марина смотрят друг на друга, их лица неприлично близки друг к другу.

Режиссер. На сегодня всем спасибо, снято. Насчет завтра созвонимся.

Марина молчит.

Режиссер. По домам?

Марина кивает, оба встают с сумки, Режиссёр кладет туда камеру, Марина вытирает глаза. Режиссер берет сумку, оба уходят.
Из ворот выглядывает Вадим.

Вадим. Шлюха.

 

Сцена седьмая

Вадим, Николай и Надежда сидят на кухне. На столе бутылка водки, перед Николаем и Надеждой пустые рюмки.

Вадим. Наливайте, пейте.
Надежда. Нет.
Вадим. Нет?
Николай. Нет?
Надежда. Нет.
Вадим. Почему?
Надежда. Завязали.
Николай. Завязала. Я не завязывал.
Вадим. Я что, зря покупал?
Надежда. Зря… Не знаю. Где наша дочь, педофил?
Вадим. С выражениями полегче.
Николай. Да, а где Ритка-то?
Вадим. Маргарита в полной безопасности, под моей охраной.
Надежда. От кого охраняешь – от нас?
Вадим. И от вас тоже. Но главным образом от вседозволенности. Она девочка чистая, моя задача сохранить в ней ангела.
Николай. И как ты это делаешь?
Надежда. Долго объяснять. Может, хоть по рюмочке?
Николай (тянет руки к бутылке). Ну, если это надолго…
Надежда (бьет Николая по рукам, вырывает бутылку, ставит обратно). Рассказывай, педофил, пока ментам не позвонила.
Вадим. Еще раз произнесешь это слово…
Надежда. И что?
Вадим. Больше к вам не приду. И повзрослевшую Риту вам не покажу.

Надежда толкает Николая в бок.

Николай. Угрожаешь?
Вадим. А ментов вы и не вызовете.
Надежда. Это мы сами решим.
Вадим. Я за вас уже решил.

Надежда хватает телефон, лежащий неподалеку, нажимает на кнопки.

Я аккумуляторы вытащил из обоих телефонов, а городской у вас отключили давно, насколько я помню.
Надежда (бросает телефон на стол). Козел…
Вадим. Сама тварь. Я, пожалуй, пойду.
Надежда. Сидеть! (Николаю.) Наливай.
Николай. Точно?
Надежда. Лей, пока не передумала. (Вадиму.) А ты рассказывай, что ты там с ней делаешь? Кормишь хоть?
Николай (наливая Вадиму). Сам-то будешь?
Вадим. Нет. Мне ж еще к любимой возвращаться.
Николай. В смысле?
Вадим. В прямом. Не волнуйтесь, дорогие будущие мои тесть и теща, кушает Маргарита хорошо, лучше, чем здесь вы ее кормили.
Надежда. Не дави, рассказывай.
Вадим. Я бы вообще на вашем месте был мне весьма благодарен.
Надежда (берет рюмку). Это еще за что?
Вадим. За то, что ваша дочь вырастет приличной, целомудренной девушкой и станет женой достойного человека…

Николай и Надежда чокаются и выпивают – Николай с удовольствием, Надежда без удовольствия.

Надежда. Так что ты там с ней делаешь, извращенец?
Вадим. Много чего. Я придумал целую систему, мы много читаем, смотрим, слушаем, я взращиваю в ней поистине культурную личность, которой и в голову не придет раздавать кому попало. (Мечтательно.) Из совершенства маленького она вырастет в совершенство большое. Понимаете?

Надежда и Николай переглядываются.

Вадим. Да ни черта вы не понимаете, все мозги пропили. Наливай, Коля, если что, я еще сбегаю.

Николай смотрит на Вадима, как на врага, но, тем не менее, наливает.

Надежда. Еще конкретнее: что ты там с ней делаешь?
Вадим. Я не хочу рассказывать о настоящем. Хочу рассказать вам о будущем вашей Маргариты, об альтернативном будущем, о том, что с ней было бы, если бы не я.

Николай и Надежда чокаются.

Николай. За будущее.
Надежда. Заткнись. (Вадиму.) Продолжай.

Николай и Надежда выпивают.

Вадим. Если бы Рита осталась с вами, ее бы ждала нелегкая судьба без всякого счастья. Все ее впечатления от жизни были бы ваши вечно пьяные морды, нищета. Еще с первых классов школы, если бы она туда ходила, конечно…
Надежда. Ходила бы.
Вадим. С самых первых классов Рита, как и большинство других девочек, четко уяснила бы себе, что все мужики козлы, что это аксиома, и с этим придется жить. Сегодня он за косичку дернет, завтра залезет в трусы… в общем, поматросит и бросит. А если не бросит, то через пару лет окажется, что лучше бы бросил в самом начале. Ведь именно такие истории она бы постоянно слышала во взрослых разговорах.
Николай (Надежде). То есть лучше бы я тебя сразу бросил.
Надежда. Нет… Да. Не перебивай.
Вадим. Лет в тринадцать ровесницы Риты начнут одна за одной терять девственность. У одной из десяти девочек первый мальчик будет, по крайней мере, любимым. Да, в тринадцать-пятнадцать лет какая-то любовь еще возможна. Остальные будут отдаваться кому попало: прыщавым, несмышленым, но уже с твердым стояком ровесникам или безмозглым красавцам чуть постарше…

Николай разливает водку по рюмкам.

Вадим. Я часто задумываюсь, кто у такой девочки, как Рита, мог бы быть первым, если бы не я.

Надежда закашливается, Николай пытается постучать ей по спине, но получает мощный удар по руке от Надежды.

Надежда (Николаю). Пошел в задницу! (Вадиму). Она же еще совсем маленькая, урод.
Вадим. Но вырастет же, на себя посмотри.
Николай (берет рюмку). Ты к чему это все, Вадян?
Вадим. К тому, что я прошу руки вашей дочери. Сейчас.

Николай и Надежда подносят рюмки к губам, но останавливаются и, переглянувшись, ставят рюмки обратно на стол.

Надежда. Ты что, совсем охренел?
Николай. Чего, в смысле свадьба прям?
Вадим. Что за глупости, какая свадьба? Ты еще скажи венчание.
Николай. Венчание.

Надежда толкает Николая в бок, но на этот раз как-то вяло. Глаза Николая и Надежды начинают мутнеть, движения обоих как-то вдруг становятся плавными и неуклюжими.

Вадим. Нет. Я проведу свой ритуал, и мы, соединившись на века, уйдем от всей этой грязи. Навсегда.
Надежда. А если мы не согласны?
Вадим. Да мне, по большому счету, все равно, согласны вы или не согласны.
Николай. А чего приперся-то тогда?
Вадим. Хотел, чтобы все было по-хорошему.
Надежда. Хрен тебе, а не по-хорошему.
Вадим. Я знал, что вы меня не поддержите.

Надежда, а вслед за ней и Николай отваливаются на спинку кухонного дивана, хватаются каждый за свою шею.

Николай. Что-то не пошла.
Надежда (Вадиму). Зачем ты на самом деле пришел, педофил?
Вадим. А пришел я затем, чтобы избавить нас с Ритой от такой обузы, как вы – двух вечно пьяных, никчемных пока еще существ. (Встает, берет бутылку.) Прощайте. (Быстро уходит.)

Николай и Надежда пытаются что-то сказать, затем встать, но у них ничего не получается.

Николай (еле слышно). Слушай, а у тебя кто был первым?
Надежда (еле слышно). Да так, козел один.

Надежда, а вслед за ней и Николай закрывают глаза, открывают рты и замирают. Видимо, навсегда.

 

Сцена восьмая

В театральной гримерке никого, кроме скромно сидящего в углу Режиссера. По трансляции слышна музыка, аплодисменты, одобрительный свист и крики «браво!».
Голос помрежа по трансляции: «Спектакль окончен, всем спасибо, мальчики и девочки, до завтра».
В гримерку заходит Партнер 4 – заслуженный артист в полном БДСМ-облачении, внешне он удивительно похож на Вадима. Не замечая Режиссера, Партнёр 4 садится за стол напротив трехстворчатого зеркала.

Партнер 4 (глядя на себя в зеркало). Мы, дядя Ваня, будем жить. Проживем длинный, длинный, длинный, длинный ряд дней, долгих… вечеров. Дней длинных, а вечеров долгих, когда ж запомню уже?.. Ну а в остальном – молодец, профессионал, че!

Партнер 4 берет салфетку, начинает убирать грим.

Режиссер. Добрый вечер. Мы с вами созванивались.

Партнер 4 вздрагивает и оборачивается на Режиссера.

Вы сказали, можно будет вас в гримерке подождать.
Партнер 4. Нельзя же так пугать! Психика артиста, знаете ли… (Продолжает убирать грим.) Да еще и спектакль такой, знаете ли, затратный – «Дядя Ваня». Соню играю.
Режиссер (разглядывая сценический костюм Партнера 4). А…
Партнер 4. Современная трактовка. Постановщики из Москвы приезжали.
Режиссер. А зрители как же?
Партнер 4. Что?
Режиссер. Я говорю, зрители как же?
Партнер 4. Какие зрители? А, да, уходят понемногу – в основном в первом акте. Те, кто остается, кричат «браво!». Ну и так аплодируют, особенно после сцены, где я к дяде Ване пристаю с плеткой. Ржут. У Чехова этой сцены не было, конечно, додумали в процессе репетиций. Но мы там на грани, конечно…
Режиссер. Может, уже за гранью?
Партнер 4. Что?
Режиссер. Да так.
Партнер 4. Что-то вы какой-то тихоголосый режиссер. Я привык, что режиссер доминирует… в смысле орет… ну вы поняли.
Режиссер. Я начинающий, наверное, поэтому тихий пока.
Партнер 4. Начинающий? Люблю начинающих. У вас – у начинающих – все еще только впереди, все разочарования и штампы, вы такие наивные, открытые.
Режиссер. Уже не все.
Партнер 4. Что?
Режиссер. Я говорю, туго работа над фильмом идет, если честно. Про идею и реальные события, на которых он основан, я вам по телефону рассказывал.
Партнер 4. Да-да, ничего материал, что-то в этом есть.
Режиссер. Так вот Марину – девушку главного героя – у меня играет сама Марина.
Партнер 4. Ого…
Режиссер. Мы даже снимаем потихоньку. Ее одну. Я текст за главного персонажа читаю. Я вам сценарий на почту выслал, кстати. Вы читали?
Партнер 4. Нет еще. Новую роль учу. «Пигмалиона» худрук ставит на меня. Да – и что по поводу оплаты? Мы же так и не решили.
Режиссер. Дело в том, что у меня сейчас нет денег. Снимаю на фотоаппарат, своими силами…
Партнер 4. Но все-таки хорошего артиста на главную роль решили нанять.
Режиссер. Да, решил. Во-первых, вы визуально очень похожи на героя, на реального героя. Во-вторых, вы ведущий артист нашей драмы…
Партнер 4 (перестает убирать грим и поворачивается к Режиссеру). Во-первых, похож?
Режиссер. Да, прямо сходство есть…
Партнер 4. Во-первых, я еще молодой, но опытный и заслуженный артист. Как вы верно подметили, ведущий артист. Прирожденный актер, если хотите. Я могу перевоплощаться. (Начинает кривляться.) Могу быть таким, могу быть другим. Что ты улыбаешься, Режиссер? Я не клоун, я – артист. Большой артист. Я училище почти с красным дипломом закончил, меня сам Тарковский-младший в «Оттепель» приглашал. Ой, то есть Тодоровский.
Режиссер. Я вам верю.
Партнер 4. А я тебе нет. Ты откуда взялся вообще, Режиссер? Из какого ВГИКа?
Режиссер (встает). Ни из какого, самоучка.
Партнер 4. Много вас таких!
Режиссер. Я все понял, ухожу.
Партнер 4. Ты сначала в чужую игру удачно сыграй, а уже потом свою будешь навязывать всем!
Режиссер. Я не навязываюсь, извините, если что, звоните. (Уходит.)
Партнер 4 (поворачивается обратно к зеркалу, внимательно на себя смотрит). Приехал тут один такой. Нарядил, как для порнухи. Трактовка, блин. А что там у автора было, уже и не помнит никто. Лучше б я в ТЮЗе оставался, там хоть есть, для кого работать. (Смотрит на себя в зеркало, начинает гримасничать.) А кино – что кино? Где кино, а где мы? (Берет сигарету, выходит из гримерной.)

 

Сцена девятая

Вадим и Марина сидят возле дачных ворот на скамейке в обнимку. Это Вадим обнимает Марину.

Марина. Вечереет совсем. Холодеет.
Вадим. Холодает. (Еще сильнее прижимает к себе Марину.)
Марина. Лучше б в дом пустил.
Вадим. Я не виноват, что ты последним автобусом не уехала.
Марина. Я сказала, что не уеду без девочки. И без тебя.
Вадим. Оставьте нас в покое, в который раз прошу. По-хорошему.
Марина. Мы на «вы»?
Вадим. Нет, просто ты такая же, как все, поэтому через тебя ко всем и обращаюсь.
Марина. Ах, да. Только никуда вы с ней денетесь от всех.
Вадим. Нам только на время нужно схорониться, а потом все будут брать с нас пример, и мир станет совсем другим…
Марина. Господи, что ты несешь!..
Вадим. Нет, я не Господь, но у меня важное от него поручение.
Марина. Еще скажи «миссия». (Вздрагивает, ежится.)

Вадим прижимает к себе Марину еще сильнее. Молчание.

Вадим. Значит, не уйдешь?
Марина. Нет. Да и куда уже? Если только сосед какой есть у тебя с теплым домом.
Вадим (выпускает Марину из объятий). И постелью?
Марина. Ну конечно, целая ночь впереди.
Вадим. Какая же ты все-таки…
Марина. Какая? А? Похотливая?
Вадим. Да.
Марина. Вот и хорошо. Замерзла я, как сука. Говори, где ближайший сосед живет.
Вадим. А нет у меня больше соседей, убил я их.
Марина. Что это значит?
Вадим: То и значит.
Марина (встает). Это шутки такие, да? Видимо, общий сдвиг по фазе и на чувстве юмора сказывается…
Вадим (хватает Марину за руку). Я бы на твоем месте поосторожнее со словами был.
Марина. Это почему?
Вадим. Потому что я действительно их убил. Сегодня.
Марина. Кого?
Вадим. Соседей своих, я же сказал – Коляна и Надю его, своих теперь уже не состоявшихся тестя и тещу. Надеюсь, Надежда умерла последней. Ну, чтобы не нарушать общий порядок вещей…
Марина (безуспешно пытается вырвать руку из руки Вадима). Стоп, ты сейчас серьезно всё-таки?
Вадим. Все очень серьезно, Марина. И знаешь что из всего этого серьезнее всего? Мне понравилось убивать…
Марина (пытается вырвать руку). Руку отдай.
Вадим. Мне понравилось убивать за свою идею. Я же делаю таким образом мир чище, понимаешь ты? Вы его загрязняете, а я делаю чище.
Марина. Где Рита?
Вадим. Спит. Я ее укладываю ровно в девять. Но если у нас с ней ничего не получится, то, как бы мне ни было больно это сделать… Но ангел должен будет вернуться на небеса…
Марина. Что делать?
Вадим. Усыпить моего ангела. Ну что, ты еще хочешь к нам? Или в какую-нибудь другую постель пойдешь?

Марина после нескольких неудачных попыток все-таки вырывает свою руку из руки Вадима и убегает.

Вадим. Куда ты среди ночи? Есть у меня тут сосед один! (Смотрит вслед Марине, улыбается безумно, холодно и страшно.)

 

Сцена десятая

За окном бедно обставленной спальни едва начинает светать. Марина и Режиссер лежат в постели в обнимку, глаза у обоих открыты.

Режиссер. Сегодня ночью снимаем твой ночной побег из дачного массива. Ты готова?
Марина. Да.
Режиссер. Может быть, и главную сцену сегодня же снимем?
Марина. Опять вдвоем, без всех?
Режиссер. Потом подклеим остальных, современные технологии позволяют.
Марина. Я устала.
Режиссер. Хочешь, перерыв сделаем?
Марина. Я считаю эти съемки своим долгом, я хочу сделать с тобой этот фильм и расстаться с этой историей навсегда.
Режиссер. Понимаю. Подожди, а как же я? Я ведь тебе буду напоминать об этом все время…
Марина. И с тобой хочу расстаться. Хочу отмыться от всех вас, хочу быть чистой. Ведь мое тело было в стольких руках…
Режиссер. Значит, и я просто один из них. Но что тут такого-то? Как там, в этой песне… люди встречаются, люди влюбляются, расстаются… Тем более, говорят, что прикосновений вообще не существует, атомы только отталкиваются друг от друга…
Марина. Да при чем здесь атомы? Я не влюблялась, в том-то все и дело.
Режиссер. А я, кажется, влюбился (тянется к губам Марины.)
Марина (отворачивает от Режиссера голову.) Да прекрати, какая любовь еще?

Режиссер встает, надевает трусы и подходит к окну.

Режиссер (глядя в окно). Ты сразу решила его сдать?
Марина. Да, тогда же ночью и позвонила участковому, который ко мне приходил. А брали его рано утром.
Режиссер. В новостях говорили тогда, что он девочку в заложники взял, двустволка у него откуда-то была…
Марина. От деда-охотника осталась, он про нее рассказывал как-то. (Усмехается.) А еще пацифистом себя называл.
Режиссер. Про то, что Рита была в заложниках, это правда?
Марина. Да, домик его штурмом брали в итоге. Девочка испугалась, но толком ничего не поняла, я думаю. А до штурма Вадик стрелял в воздух, кричал что-то о чистоте, о мире, погрязшем в пороке, что мир спасет только целомудрие и так далее, и тому подобное.
Режиссер. Не пожалела о том, что сделала?
Марина. Пожалела, и очень горько. Но затем исправила ситуацию.
Режиссер (разворачивается к Марине). Как?
Марина (с грустной улыбкой). Я его спасла.
Режиссер. То есть?
Марина. На одном из свиданий в СИЗО, а ходила к нему только я, Вадим попросил меня передать ему что-нибудь острое.

В спальне появляется Вадим с телефонной трубкой в руке.

Марина. Я удивилась тогда, спросила: «Ты же вроде никогда не любил острого». А он и сказал шепотом…
Вадим (шепотом в трубку). «Что-нибудь такое, чем можно порезаться».
Марина. Я сразу все поняла и на следующий раз принесла ему лезвие – обычное, для бритвенного станка (протягивает Вадиму конфету без обертки). Я его поломала и спрятала в конфете так, чтобы даже в развернутом виде конфетка не вызвала подозрения у принимавшего передачу.

Вадим берет из руки Марины конфету, благодарно кивает, посылает ей воздушный поцелуй и исчезает.

Режиссер. Так вот чем он вскрылся.
Марина. Просто я поняла, что помыслы моего Вадика слишком чисты…
Режиссер. И наивны.
Марина. Слишком чисты для этого мира. Он бы просто не смог жить дальше. Вот так, дорогой мой режиссер. Как тебе такой финал?
Режиссер (в глубокой задумчивости). Ты знаешь, красиво (начинает одеваться.)
Марина. Куда ты?
Режиссер. Пожалуй, слишком красиво, чтобы стать фильмом (Уходит.)

Марина несколько секунд смотрит Режиссеру вслед, затем доносится звук захлопывающейся двери, одновременно с этим звуком Марина накрывается одеялом с головой. Свет гаснет. Совсем.

 

Сцена одиннадцатая

Маленький кабинет, находящийся в состоянии затяжной войны с порядком. Повсюду рекламные стенды, плакаты, афиши с громкими брендами и не менее громкими именами артистов. За столом перед компьютером сидит Партнер 5 – хипстерского вида молодой человек средних лет. Перед ним сидит Режиссер и что-то пишет на листке бумаге.

Режиссер (протягивая листок бумаги Партнеру 5). Вот, заполнил.
Партнер 5. Угу, давайте (берет листок, читает.) Ну что ж, для менеджера по рекламе испытательный срок у нас месяц, можете приступать, всю необходимую инфу получите у старшего менеджера…
Режиссер. Подождите, я заполнял анкету на должность автора рекламных роликов.
Партнер 5. Да, я вижу, но нам пока хватает своего копирайтера, а менеджеры по рекламе нужны всегда.
Режиссер. Но я совсем не умею продавать. Зачем вы тогда давали вакансию креативщика?
Партнер 5. Ой, она там уже года два, наверное, висит, всё никак не удалим.
Режиссер. Но я совсем не умею ничего продвигать.
Партнер 5. Послушайте, в наше время уметь продвигать, хотя бы даже самого себя, должны все. А иначе вы не современны и делать вам в преуспевающем рекламном агентстве нечего.

Режиссер достает из пакета файл с бумагами, из файла достает несколько листков и протягивает их Партнеру 5.

Что это?
Режиссер. Прочтите, там креатив для социальной рекламы, вы же такой рекламой тоже занимаетесь.
Партнер 5 (глядя в бумаги). Занимаемся, куда деваться? Есть у нас такое обязательство перед городскими властями. Но дохода, знаете ли, никакого абсолютно. Что тут?.. Так… занятно. Хотя где-то я слышал про мужчину, который выкрал девочку из неблагополучной семьи, чтобы воспитать ее в пуританском духе, он же этих родителей и умертвил вроде…
Режиссер. Да, это история Риты так называемая, полтора года назад…
Партнер 5. Да, слышал. И вы хотите сделать на этом социальный ролик, призывающий современное общество отказаться от свободной любви?
Режиссер. Да нет, в том-то и дело, что не о любви речь, а о сексе, легком поведении, которое стало нормой, и эта норма разрушает общество изнутри как бы, понимаете?

Несколько секунд Режиссер с надеждой смотрит в холодные глаза Партнера 5, затем резко берет из его рук свои листки и начинает их рвать.

Хорошо, менеджер, так менеджер. Жить на что-то надо. До завтра.
Партнер 5. Да, всего доброго, надеюсь, сработаемся.

Режиссер с клочками разорванной бумаги в руках выходит из кабинета.

Партнер 5 (нажимает на кнопку стационарного телефонного аппарата). Кстати, Наташ, а что у нас по рекламе противозачаточных нового поколения?

Занавес.

2016 год, весна

В разделе «Наши книги» Вы можете скачать в формате PDF книги Антона Горынина «Вся правда о…» и «На песке».


ГОРЫНИН Антон Валерьевич родился в 1986 году в городе Оренбурге. Окончил филологический факультет Оренбургского государственного педагогического университета, специальность «Культурология». Автор прозаических и драматургических произведений. Пьесы неоднократно становились финалистами международных драматургических конкурсов. Лирическая комедия «Серая пьеса» вошла в очередной номер электронного «Дайджеста лучших пьес России». Победитель регионального литературного конкурса «Оренбургский край. XXI век — 2015» в номинации «Новые имена», Лучший прозаик по итогам Межрегионального семинара-совещания молодых писателей «Мы выросли в России» 2016 года. Автор двух книг, член Союза российских писателей.