Еще бы!

 ОЛЬГА ВЕСЕЛОВА 

еще бы!

Я вижу ваши глаза,
Удивленные и восторженные.
Еще бы! Знаю сама,
Что я на других непохожая:
Давно отшлифован взгляд
Нежностью и усталостью.
На мой небогатый наряд
Богатые смотрят с завистью.

Я вижу ваши мечты,
Смешные, небескорыстные.
Еще бы! Они просты,
Естественны и порывисты:
Давно отшлифована речь,
В голосе – нужная трещина…
Сколько безумных встреч
Обещано такой женщиной.

Я вижу ваши глаза,
Уверенные, влюбленные.
Еще бы! Ведь я не зря
Во взглядах таких искушенная:
Просто я одного
Училась с ума сводить.
И снова спешу домой,
Чтоб видеть его и любить!

цыганка

На старой кольцевой дороге
Цыганка за руку брала,
И про разлуки и тревоги
Рассказ свой древний завела.

Позолотив болтунье руку,
Я попросила об одном:
– Соври такое мне, подруга,
Чтоб я краснела перед сном…

власть

Не понятна моя вам власть?
Не понятна – и слава Богу!
Невозможно ее украсть,
Хоть желающих очень много.

Эта власть мне дана Бедой,
Но такой, что крушит, не руша,
Ампутированной мечтой,
Обжигающей чьи‐то души.
Вопреки и назло всему,
Что боится живого смеха,
Потому что я мзду беру
Пусть постыдным, но ярким блефом.
К этой власти причастен тот,
Кто спасал, и любил, и верил,
Кто в подарок построил плот
И деньгами меня не мерил.

Не понятна моя вам власть?
Не понятна – и слава Богу!
Не купить ее, не отнять,
Хоть желающих очень много.

кавычки

Он, глядя прямо мне в глаза,
Все задавал вопрос жестокий:
– Меня убили. Выжил я.
И должен через униженья
Доказывать свои права?
Ну в чем, скажи, я виноват?
В том, что воскрес из списка павших?
Я должен собирать бумажки,
Чтоб доказать, что я солдат,
Что я спецназовец, десант?..

А я и вас там защищал,
И тех, кто мне бумажки пишет,
И маму – как она ждала!
Я даже защищал мужчину,
К которому ушла жена…

Он замолчал. Афган… Чечня…
Вы ужасающе похожи –
И лица те же, те же рожи,
Катастрофически ничтожны
Всех бюрократов имена…
Что я могу сказать, солдат?
Тебе я нервно чиркну спичкой.
Ты не задумывался, брат –
То, что должно нас защищать –
Оно же пишется в кавычках!

яд

И что вы мне налили в бокал?
Опять примитивный яд?
Но это же глупость, самообман…
Ну, хорошо. Яд взят.

Поверьте, я зла на вас не держу,
Не стану вас выдавать.
От вашего яда я не умру –
Не мастер вы убивать.

Вот, видите – выпила все до дна.
Не бойтесь в глаза смотреть.
Я просто очень ему нужна.
Ну как я могу умереть?

в такси

Позвонил! Эй, такси, скорее!
И не меньше ста двадцати!
Ах, быстрее, прошу, быстрее,
Вы со мной – вам должно везти!

Светофоры зеленым светом
Освещают наш с вами путь.
Стал «москвич» ваш кабриолетом,
А дорога блестит, как ртуть.

Сколько лет мне? Да я забыла.
Что‐то «около» или «за»…
Говорите, что я красива…
А другой мне и быть нельзя!

Тормозите, водитель милый!
Вон стоит огромный букет…
Правда, он у меня красивый?
Я ждала его тысячу лет!

на лезвии

На лезвии сегодняшнего дня
Я не кричу от страха и от боли.
Не балансирую, не вытираю крови
От всех камней, ударивших меня.

На ржавой бритве устоять несложно:
Она внизу, а вниз я не смотрю.
– Его любила, видимо, безбожно, –
Я про себя кому‐то говорю. –
От бешенства до забытья и крика,
От опусканья рук и до креста.
И сколько раз я им была забыта?
И сколько раз я прыгала с моста?

И не было в душе эквивалента –
Ведь в этот мир пришла я для того,
Чтобы воспеть божественность момента,
Как я к раскаянью пришла через него.

На лезвии сегодняшнего дня
Я не кричу от ужаса и боли –
Ужасней нет и нет прекрасней доли:
Любить –
На лезвии сегодняшнего дня.

риторика

Предвосхищая ваш вопрос,
Накину шаль, задую свечи,
И риторический допрос
Умышленно я не замечу.

Владея словом, промолчу.
Владея рифмой, стану прозой.
Не обижайтесь, что мечту
Я превращу в метаморфозу.

Предвосхищая вашу роль,
Лишь к пальцу прикоснусь губами.
Ну разве выразить словами
Нериторическую боль?

о чем вы?

Кто вы? Простите, я вас не знаю.
О чем вы? Как глупо. Когда, когда?
Но я не помню такого мая,
И, уж тем более, января.

Кто – я?! Неужели тайно?
К Вам? Потрясающе! А потом?
Жаль, что закончилось столь печально.
И надо же – чудным весенним днем…

Каким уж вы были в том мае – не знаю.
Сегодня, простите – облезлый кот.
И, как не обидно – подумайте сами:
Ну кто же гулящих котов узнает?


Ольга Александровна Веселова родилась 31 января 1965 г. в Магдебурге в семье военнослужащего. В 1982 году закончила школу и поступила в Симферопольский государственный университет им. М.В. Фрунзе. В 1987 году получила диплом о высшем образовании по специальности «филолог». С 1987 по 2002 гг. работала учителем в школе. В дальнейшем освоила профессии корректора, журналиста, редактора. В Оренбурге проживает с 1995 года. Стихи пишет со школьных лет. Серьезно стала относиться к творчеству с 1995 года.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Вы робот? *